Чтение онлайн

– Я не рассказывал вам, - тихо начал он, - но у меня есть пси-способности и со мной индивидуально занимается менталист-психолог. – Катэр на некоторое время замолчал, а потом уже более уверенно продолжил: - Оказалось, что я обладаю способностью блокировать ментальные атаки, совершаемые не только по отношению ко мне, но и по отношению к тем, кто находится рядом. Этакий щит от ментального воздействия, - неловко пошутил он.

– Второй контур обороны, - задумчиво сказала Селин и с грустью взглянула на Катэра. Менталисты, защищающие сознание людей во время атаки врага – были смертниками, их старались убить в первую очередь, чтоб иметь возможность манипулировать сознанием оборонявшихся. К тому же менталисты были вынуждены стоять впереди всех, закрывая ментальным куполом, тех, кто стоял за ними. Разумеется, их старались прикрыть и защитить всеми возможными способами, вот только едва враг вычислял менталиста и направлял на него всю свою мощь… никто из менталистов не выживал во время таких прорывов.

– Я это к чему говорю, - встрепенулся Катэр. – Чтобы понимать и ощущать ментальное или как правильно говорить пси-воздействие, я должен был сам ему подвергнуться. Скажу ощущения не из приятных, - засмеялся он, очевидно припомнив какой-то случай. – Так вот, я могу точно сказать, что вчера мы втроем подверглись такому пси-воздействию. Вернее, - запнулся он, не зная, как правильнее сформулировать свои мысли, чтоб и остальным стало понятно. – Пси-воздействие было несколько иным, чем то, которое я когда-то ощущал. Мягче что ли, как-то обтекаемее. Обычно ощущение от пси-удара такое, как будто в мозг возилось раскаленное сверло, но это ощущение мгновенно проходит, и ты уже не чувствуешь ничего. А вот вчера… я ничего не почувствовал, и только сегодня по косвенным признакам понял, что на нас ментально воздействовали, очевидно, принуждая забыть ту часть вечера, когда наши раны исчезли.

– Получается, что Льер враг? – с ненавистью сказала Селин, внимательно выслушав Катэра. – Хотя… - она задумалась. – Если бы он был врагом, то зачем ему себя обнаруживать? Зачем применять пси-воздействие?

– А если у него не было выхода? – возразил Керт. – Если он так поступил, чтобы не привлечь внимание полиции?

– Тогда она должен был бы закрыть память и мне! – возразила Селин. – И не на последний час этого вечера, а на весь вечер, начиная с той минуты, когда он выбрался из оврага.

– А ты не думаешь, что мы бы не забеспокоились, поняв, что не помним несколько часов из жизни? – вступил в спор Марти.

– А так мы что не забеспокоились? – иронично спросила Селин. – Наоборот, так мы насторожились еще больше!

– Ну, не знаю, - вынужден был сказать Керт, которого поколебали доводы Селин. – Но вы все равно должны признать, что Льер очень странный, и то, что он вчера сделал похоже… тоже очень странно, - решительно закончил Керт, не желая признать, что действия Льера можно назвать чудом или волшебством.

– Надо его найти и поговорить с ним, - предложила Селин. – Сделать это надо сегодня в выходной день. Завтра начнутся занятия и тренировки, и говорить будет некогда, а мы должны знать, что с Лейером и как нам с ним поступить. Марти, ты пойдешь в его комнату, Катэр в столовую, Керт – в душевую, я – пойду в спортзал. Кто первым его найдет, пусть вызывает остальных, в одиночку с ним лучше не разговаривать.
– Если парням и не понравился командный тон Селин, то они этого никак не показали, и молча, отправились в разные стороны.

Глава 8

Льер обнаружился в тренажерном зале. С каким-то остервенением он отжимался от пола, что-то выговаривая себе под нос на выдохе. Селин была поражена. До этого дня Льер никогда не был таким ярым приверженцем спорта. Желая выразить свое удивление и одобрение, она даже лениво пару раз хлопнула в ладоши.

– Не ожидала, - с явным сарказмом в голосе, начала она, - Лейер и отжимание! Кто бы мог подумать? А может я сплю?
– При первых звуках ее голоса Льер прекратил отжиматься и выпрямился, с каким-то странным интересом рассматривая ее, но едва в ее голосе зазвучали насмешливые нотки, губы Льера плотно сжались, глаза сощурились и полыхнули гневом. Селин стало не по себе, и она благоразумно замолчала, ожидая пока подойдут Керт, Марти и Катэр.

– Чем обязан? – нарушил молчание Льер, вновь как-то странно чуть поклонившись, и тут же с раздражением прошипев на самого себя: - Не кланяться! Когда же я запомню? Вот же… привычка! – Селин, ничего не понявшая из этих слов, но уловившая слово «кланяться», не смогла удержаться, чтобы ядовито не ужалить:

– Да кланяйся сколько хочешь, если тебе так это нравиться. Мне, лично, все равно. Нравится – кланяйся! – Льер промолчал, злобно сверкнув глазами. – Я вот что хотела спросить, - стараясь говорить спокойным, даже каким-то небрежным тоном сказала Селин. – Преподаватели знают, какими пси-способностями ты обладаешь? – несмотря на легкомысленный тон, взгляд Селин был полон настороженности, от ответа Льера зависело очень многое. Если бы вдруг выяснилось, что он так же, как и Марти, не афиширует свои способности, но с ним занимаются, и его способности находятся под контролем – это одно, но если о его способностях никто не знает… то Селин очень крупно влипла, не дождавшись прихода парней. Если он смог всем троим стереть или закрыть часть памяти, то с ней вообще сможет сделать, что угодно! Но снова ее проклятая интуиция молчала, косвенно сообщая о том, что угрозы нет.

Льер несколько секунд внимательно смотрел на нее, и Селин показалось, что он тщательно обдумывает ответ, взвешивая каждое слово.

– Разумеется, о моих пси-способностях знают, - медленно сказал он, и Селин перевела дух. Так грубо врать он ни за что бы не посмел, ведь его слова очень легко было проверить.

– И какие же это способности? – не удержалась она от вопроса, хотя хорошо понимала, что подобное любопытство, по меньшей мере, не прилично. Захотел бы – сам сказал, как это сделал Марти. К тому же зачем далеко ходить, она, например, никому не сказала о своих способностях, боясь, что ее замучают просьбами предсказать то или иное событие. – Можешь не говорить, - торопливо сказала она. – Это я так из любопытства.
– Их разговор прервали Керт с Марти и Катэром. Парни как-то так бочком, бочком зашли в зал и встали рядом с Селин.

– Льер как ты так сделал, что рана Марти и сломанный нос Катэра так быстро зажили, что не осталось ни малейшего следа? – прямо спросила Селин. – И, если ты к тому же упомянешь зачем закрыл им кусок памяти, это тоже будет нелишним, - быстро добавила она.

– Ты спрашивала о пси-способностях, - все так же медленно сказал Льер. – Моей пси-способностью является ускорение регенерации тканей. Как видите ничего особенного. Рана Марти не была сколько-нибудь серьезной. Кости были не задеты, связки не порваны, даже мышечные волокна не слишком пострадали. Так что я только ускорил процесс регенерации, заживления и восстановления. То же с Кертом и Катэром. А память я немного подтер, поскольку этот процесс очень болезненный, мне не хотелось, чтоб боль впечаталась в их сознание.

– Как ты добр, - сквозь зубы ядовито процедила Селин.

– Сам себе поражаюсь, - совершенно искренне ответил Льер. Селин не знала, что еще ему сказать, обычно, проблем с общением у нее никогда ни с кем не возникало, а уж тем более с Льером. Она всегда подсознательно чувствовала, что очень ему нравится, даже не так: он восхищался ею, это давало ей власть, власть говорить, что хотелось, и Селин не сдерживала себя в подколках и грубостях. Но сейчас… Льер был спокоен и уверен в себе. А еще ей не нравился его очень внимательный и оценивающий взгляд. Он рассматривал ее, рассматривал со всех сторон, не только внешне, но и внутренне. Оценивал каждое ее слово, перехватывал ее взгляды, улавливал малейшее изменение ее мимики, он ее… изучал. Да «изучал», было наиболее точным словом, характеризующим отношение Льера к ней. Это ее нервировало.

Не придумав, что ему еще сказать, Селин повернулась и пошла к выходу. В принципе все было в порядке. Инцидент исчерпан, никто ее наказывать не будет, а Льером пусть занимаются те, кому по должности положено этим заниматься… И все же, и все же, и все же… Она была слишком азартным, слишком увлекающимся, слишком небезразличным человеком, чтобы так просто успокоиться. Она знала себя, теперь, пока она не найдет ответов на все вопросы, от Льера она не отстанет.

– И что теперь делать? – в спину ей спросил Марти. Селин оглянулась и с удивлением обнаружила, что Керт, Марти и Катэр все это время плелись за ней, она остановилась, поджидая их. Теперь они были похожи на шайку заговорщиков, или банду. Последнее слово заставило Селин мучительно дернуться, поскольку она знала его не понаслышке. Банда… Банда в которую она входила, и из членов которой осталось в живых только трое, и она в том числе. Но сейчас было не время об этом думать, Селин тряхнула головой, и удивленно переспросила: