Чтение онлайн

Это короткое время, которое было дано ему свыше для пребывания в Карагандинской епархии, было наполнено активной, творческой и плодотворной деятельностью священнического служения. Дон Бернардо, казалось, спешил жить, чтобы успеть сделать возможное и невозможное.

В своем необыкновенном апостольском рвении он успевал бывать всюду, идя с помощью ко всем просящим его о помощи. Его активность была настолько очевидной и радостной, что он говорил: «Если вы увидите, что дон Бернардо уменьшил работоспособность, то это значит, что он умирает». Так и случилось.

Его служение отличалось великой любовью к Богу, а также полным и примерным послушанием церковной иерархии, особенно Папе Римскому и своим епископам. Своей жизнью он свидетельствовал глубокое почитание Иисуса в Пресвятой Евхаристии, и его часто можно было видеть перед Дарохранительницей. Пресвятая Дева Мария была его любимейшей Матерью, к которой он непрестанно возносил молитвы Розария, безгранично уповая на Ее помощь во всех делах, которые он совершал, и он гордился тем, что был услышан.

Благодать, которую он черпал из молитвы, проявлялась в его великой любви к семинаристам, а также постоянной поддержке священников и монашествующих в их повседневных трудах и заботах. Невзирая на свой почтенный возраст, он был полон юношеского энтузиазма, улыбка не покидала его лица. Даже страдая, он находил возможность укрепить грустных, вселяя в них надежду и любовь, которыми сам жил. Он умер с улыбкой.

Пример беззаветного служения монсеньора Бернардо Антонини в Карагандинской епархии оставил незабываемый след в памяти всех нас. Мы общались с пастырем, в полноте воплотившем в себе дар священнического призвания.

Мы очень благодарны Веронской епархии за столь великого пастыря, который отдал свою жизнь делу евангелизации Казахстана. Мы надеемся, что его яркое, хотя и короткое, служение воодушевит других священников, которые захотят последовать его примеру и продолжить его миссию во имя духовного блага людей, проживающих на этих территориях.

Светлая память о его жизни навсегда останется среди нас!

Ян Павел Ленга,

епископ Карагандинский

Шел 1987 год. Я и мои собратья, будучи проездом в Бренцоне, в одной церквушке увидели священника, совершавшего литургию. Я был потрясен тем, с каким вдохновением и благочестием он читал слова Евхаристического канона. Братья сказали мне: «Это дон Бернардо. Он будет твоим преподавателем в семинарии».

Маленькое отступление. Много лет назад я знал одного крестьянина, он был очень простым человеком. Когда мы с ним познакомились поближе, он начал умолять меня обращаться к нему «на ты». Когда я оставил в стороне излишнюю вежливость, он непонятно почему продолжал обращаться ко мне «на Вы». На мои возражения он отвечал так: «Брат Давиде, Вы — священник, человек, который говорит с Богом». Сначала я хотел пошутить, что он спутал меня с Моисеем, однако эти слова как будто застыли у меня на губах. Человек, который говорит с Богом… Дон Бернардо. Мы, семинаристы, любили его, прежде всего, как Божиего человека. Войдя в здание Богословского факультета им. св. Зенона, он немедленно шел к Пресвятым Дарам. А где его можно было встретить в перерыве между лекциями? Перед Дарохранительницей. Богослов — да, потому что говорил о Боге и с Богом.

Его лекции: поток знаний, смешное подражание «Полету валькирий» Вагнера или «Аллилуйя» Генделя, которыми он украшал разговор об Апокалипсисе, чемоданы книг, принесенные в семинарию, мальчишеский энтузиазм, знаменитые и забавные словечки-поговорки… Однако каждую лекцию он начинал, обратившись сердцем к Матери: Радуйся, Мария.

Пресвятая Дева Мария, как и его широкая, притягательная улыбка, была своего рода мерилом его жизни: в России дон Бернардо сталкивается с удручающей бедностью и трудностями, но не выпускает из рук четки. На вопрос чиновника, оформлявшего устав «Радио Мария», о том, как зовут владельца, он отвечает: «Пресвятая Богородица». — «Извините, а кто спонсор?» — «Божественное Провидение!»

Его заразительная, потрясающая радость, тем не менее, никого не вводила в заблуждение. Еще в семинарии ходили шутки о том, как он, испытывая пределы человеческой выносливости, занимается по ночам. Поэтому нередко из-за усталости его где угодно мог сморить сон, даже в автомобиле, пока мы по его просьбе читали Розарий чтобы как можно лучше использовать каждую секунду.

С Розария начинались уроки и в московской семинарии. Свои занятия он вверял и заступничеству святых, те самые лекции, которые в Вероне мы, студенты, поднаторевшие в хитрости, перебивали вопросами, чтобы отвлечь профессора и «увести» его в другую сторону. В память навсегда врезалось 14 февраля, когда мы «прикрылись» святыми Кириллом и Мефодием, попросив дона Бернардо рассказать нам о них. Однако наше ребячество потонуло в смущенной тишине: дон Бернардо, напомнив об апостольских подвигах святых братьев и их любви ко Христу, неожиданно остановился. Его голос задрожал — он плакал, и его слезы, проливаемые над мучениями Кирилла, обличали нашу рассеянность и теплохладность, перед подлинной любовью, которую он испытывал к Церкви.

Его радость была подлинным выражением единства со Спасителем и Его Крестом. «Все деяния Бога скрываются под тяжестью Креста», — писал кардинал Шустер, прославленный в лике блаженных, к другому блаженному, Иоанну Калабрии. Я размышлял об этом, глядя на священнический воротничок дона Бернардо. Молодежь ищет героев без страха и упрека, таких, как он; мы видели, что воротничок буквально болтается вокруг исхудавшей шеи священника, словно напоминая о том, что его хозяин за 13 лет миссии ради Христа потерял 26 килограммов…

Святой — тот, кто пробуждает в тебе жажду Христа, мужество подражать Ему, наполняет радостью и гордостью свидетельствовать о Нем. Святые не уходят, как и улыбка дона Бернардо, сияющая в наших сердцах.

В тайнике моего сердца, под рубрикой «дон Бернардо» хранится не пустой формуляр, а «фотография»: счастливый священник, с любовью совершающий мессу, не обделяющий никого своей улыбкой, знающий десять языков. На самом деле, в совершенстве он владел только одним — языком любви Господа, благодаря которому он соединял сердца верующих Вероны с братьями во Христе в России, Китае и Казахстане.

Помни о нас, дон Бернардо, и благослови Верону. С братским объятием

Брат Давиде Мария да Милано

Мне нравится обращаться к нему именно так, доверительно, уверен, что ему это тоже нравится. Он всегда улыбался, когда к нему обращались при помощи академических титулов — «доктор» или «профессор», или церковных — «монсеньор» и «Апостольский протонотарий», хотя он и «был награжден» ими заслуженно. Он умел ловко пользоваться ими, чтобы распахнуть нужные двери или получить желаемое; но никогда не кичился ими. Он был первым учеником в нашем классе, и не только по алфавиту…

Дон Бернардо был энтузиастом жизни, своего призвания и своей миссии. Он всегда улыбался и был открыт для диалога со всеми — для плодотворного диалога. Больше всего он любил: Слово написанное (Библию), Слово воплощенное (Иисуса в Евхаристии), Матерь Слова (Деву Марию) и Слово, ставшее Церковью (Церковь и ее священноначалие).

Ради этих идеалов он в буквальном смысле отдал свою жизнь, следуя примеру двух великих апостолов: Евангелиста Иоанна (любимый духовный автор дона Бернардо, он много изучал его наследие и часто обращался к нему во время лекций по Библии) и Павла из Тарса, ревностного проповедника Христа. Он жаждал, чтобы весь мир узнал Господа Иисуса, не щадил себя, не боялся, «много раз был в путешествиях, в опасностях на реках, в опасностях от разбойников, в опасностях от единоплеменников, в опасностях от язычников, в опасностях в городе, в опасностях в пустыне, в опасностях на море, в опасностях между лжебратиями; в труде и в изнурении, часто в бдении, в голоде и жажде, часто в посте, на стуже и в наготе» (см. 2 Кор 11,26–27).