Почтарская сказка
Шрифт:
– Что вы!
– возразил Францик.
– Мне стыдно ей на глаза показаться: ведь она столько времени ни одного письма от меня не получала. Верно, совсем уж меня забыла и не любит нисколько, - прибавил он сокрушенно.
– Идите вы, господин Колбаба; она живет вон в том домике, у которого окна такие чистые, как вода в колодце.
– Иду, - ответил г-н Колбаба.
Замурлыкал себе под нос: "Едет, едет, едет он, едет славный почтальон", и - раз, два, правой - к тому домику. А там, у чистого окошечка, сидела бледная девушка и подрубала полотно.
– Дай бог здоровья, барышня Марженка, - окликнул ее г-н Колбаба.
– Не платье ли себе шьете подвенечное?
– Ах, нет, - печально ответила барышня Марженка.
– Это я саван себе шью.
– Ну-ну, - участливо промолвил г-н Колбаба.
– Ай-ай-ай, угодники пресвятые, ей- ей-ей, мученики преподобные, может, до этого не дойдет! Вы, барышня, разве больны?
– Не больна я, - вздохнула барышня Марженка, - а только сердечко у меня разрывается от горя. И она прижала руку к сердцу.
– Господи боже!
– воскликнул г-н Колбаба.
– Подождите, барышня Марженка, не давайте ему разрываться еще немножко. Отчего ж это оно у вас так болит, позвольте спросить?
– Оттого, что вот уже год и день, - тихо промолвила барышня Марженка, - уже день и год я жду одного письмеца, а оно все не приходит.
– Не горюйте, - стал утешать ее г-н Колбаба.
– А я вот целый год и день письмо одно ношу в сумке и не найду кому отдать. Знаете что, барышня Марженка? Отдам-ка я его вам!
И он подал ей письмо.
Барышня Марженка побледнела еще больше.
– Господин письмоносец!
– тихим голосом промолвила она.
– Это письмо, наверно, не ко мне: на конверте нет адреса!
– А вы загляните внутрь, - возразил г-н Колбаба.
– Если не к вам, вернете мне, вот и все.
Барышня Марженка распечатала дрожащими руками письмо, и, только начала читать, на щеках ее выступил румянец
– Ну как?
– спросил г-н Колбаба.
– Вернете мне или нет?
– Нет, - пролепетала барышня Марженка, сияя от радости.
– Ведь это то самое письмо, господин почтальон, которою я целый год и день ждала! Не знаю, как и благодарить вас, господин письмоносец.
– Я вам скажу как, - ответил г-н Колбаба.
– Уплатите мне две кроны штрафа за то, что письмо без марки, понятно? Господи Иисусе, я ведь с ним целый год и день бегаю, чтобы эти две кроны в пользу почты взыскать! Вот так: покорно благодарю, - продолжал он, получив две кроны.
– А там вон, сударыня, кто-то вашего ответа ждет.
И он кивнул на шофера Францика, который - тут как тут стоял на углу.
И пока г-н Францик получал ответ, г-н Колбаба, сидя рядом с господином в черном, говорил ему:
– Год и день, ваша милость, я с этим письмом пробегал, да стоило того: во- первых, чего только не повидал! Такая это чудная, прекрасная сторона, - хоть у Пльзня взять, хоть у Горжице, либо у Табора... Ага, господин Францик уже назад идет? Ну, понятно: такое дело легче с глазу на глаз уладить, чем письмами без адреса.
А Францик ничего не сказал; только глаза его смеялись.
– Поехали, сударь?
– Едем, - ответил господин в черном.
– Сперва отвезем господина Колбабу на почту
Шофер сел за руль, нажал стартер, включил сцепленье и газ, и машина тронулась с места плавно, легко, как во сне. И стрелка спидометра сейчас же остановилась на цифре 120 километров.
– Хорошо идет машина, - с удовольствием отметит господин в черном.
– Она мчится так оттого, что ее ведет счастливый шофер.
Они доехали благополучно - и мы тоже.