Чтение онлайн

Её родители не были мертвы, как Джейд заявила, хотя они и умерли для неё. Я вспомнила, как её глазами смотрела на дом, погруженный во тьму, когда она убежала в ночь, чтобы больше никогда туда не возвращаться. Я чувствовала пронизывающий зимний холод, когда она пряталась в палатке в надежде, что её никогда не найдут. Я видела сострадание в глазах незнакомца, предложившего ребёнку работу. Я чувствовала, как её живот скрутило узлами, и слышала её горячие молитвы, пока она смотрела, как он читает её резюме, в котором большая часть информации была липой.

Я была в её теле, когда она ела холодные консервы. Когда она принимала душ в спортзале, надеясь, что никто не заметит, что она делает это каждое утро перед открытием и каждый вечер после закрытия. Я была там, когда она наскребла достаточно денег, чтобы позволить себе снять квартиру, напоминающую крысиную нору. Я чувствовала, какими потными были её ладони, когда она заполняла заявление на смену фамилии с Хатчинс на Вернер.

Я чувствовала, что ей не хватает самоуважения. Я была в её мыслях, когда она спрашивала себя, в чём она провинилась, что её отец делает с ней то, что он делает. Я была там, когда она задумалась, что можно сделать, чтобы это прекратить. Я ощутила её беспомощность, когда она нашла в себе мужество признаться матери в том, что с ней происходило.

"Ты лжешь," – её мать дрожащими руками налила себе выпить из бутылки, которую Джейд не должна была трогать.

"Мама".

"Нет, Коррин!" – её мать ударила рукой по столу. – Прекрати сейчас же! – она гневно указала на неё. – Ты никогда не заговоришь об этом снова ни со мной, ни с кем-либо другим. Тебе это ясно?"

Я был так зла. Я сидела и молотила подушку кулаками, скрежеща зубами с такой силой, что мне показалось, они сейчас сломаются. Как могла она – они – делать это с ребёнком? Я испытывала отвращение и бешеный гнев на её отца за то, что он сделал, но где-то в глубине души вскипала яростная ненависть к её матери. Она знала и не сделала ничего, чтобы остановить это.

Я никогда не задумывалась об убийстве, но я хотела приложить руку к смерти этих людей. Я хотела причинить им боль. Я хотела заставить их испытать то, что испытала я, что Джейд испытывала в течение долгих лет. Но Джейд была другой. Она больше не чувствовала ненависти. Она мысленно убила своих родителей, но я не могла. И за это ... я на неё злилась. 

"Вставай". Миранда открыла жалюзи, наполнив комнату светом.

Я натянула на голову одеяло и крепко сжала глаза.

"Сейчас ты встанешь, примешь душ и поешь. Ты два дня не выходила из этой комнаты". Миранда схватила одеяло и сдёрнула его с кровати.

"Убирайся! – я кричала на пределе моих легких. – Убирайся к чёрту и оставь меня в покое".

"Разве ты не хочешь узнать про Джейд? Тебе всё равно?" – голос Миранды был пронизан гневом и обидой.

Я покрепче свернулась в клубок, зажимая уши руками.

Она схватила меня за ногу и дёрнула. "Вставай, Слоан!"

"Сволочь!" Я стала брыкаться и кричать, но Миранду это не смутило. Она бросилась на кровать и, накрыв меня своим телом, ждала, пока я не замерла. Ухом я ощущала её горячее дыхание.

"Я не дам тебе уйти. Я не позволю тебе сдаться, – слёзы Миранды капали мне на лицо. – Я знаю, тебе больно и хочется убежать, но ты должна с этим справится ради себя и ради Джейд. Я не отпущу тебя. Я буду здесь и помогу тебе, как ты всегда помогала мне". Мы оставались в этом положении, пока мне не стало слишком тяжело от её веса.

Я усердно тёрла в душе свою кожу, пытаясь стереть из памяти его прикосновения и запах. Я провела там много времени, позволяя горячей воде струится по моему телу в надежде, что она смоет мою безумную ярость. Хотя, на самом деле я не хотела, чтобы это произошло, потому что под яростью пряталась такая острая боль, с которой бы я просто не справилась.

"Вот, – Миранда просунула полотенце за занавеску, когда услышала, что я отключила воду. – Я отвернусь, пока ты обтираешься и одеваешься, но я не уйду".

Она ходила за мной по пятам словно тень с тех пор, как я выползла из постели. Она не произнесла ни слова, пока я ела тост и пила молоко. Она ждала. Терпеливо ждала, пока я поем и приму душ, чтобы задать вопросы, на которые я не хотела отвечать.

Одевшись, я прошмыгнула мимо неё и опустилась на диван. Она последовала за мной и села рядом. "Я понимаю. Я понимаю, через что ты проходишь".

"Ты ни черта не знаешь. Тебя там не было. Не меньше часа я жила жизнью Джейд. Я была... изнасилована вместе с ней. У неё была целая жизнь, чтобы справиться с этим. А у меня всего пару дней, так что дай мне грёбаный перерыв".

"Тебе нужна помощь, – мягко сказала Миранда. – Тебе нужно с кем-то поговорить".

"И что я скажу? Что у меня есть дар, который позволяет мне переживать самые болезненные периоды жизни человека? Меня сразу упекут в психушку".

"Ты можешь сказать, что это тебя насиловали, – спокойно сказала Миранда. – Я полагаю, что лечение будет…"

"Я не признаюсь в этом! Я не собираюсь сидеть в каком-то офисе и позволять совершенно незнакомому человеку копаться у меня в голове. Это просто жалко".

Глаза Миранды наполнились болью, которую я не могла игнорировать. "Я делала это, и я не чувствую себя жалкой, – её глаза сузились. – Ты намеренно пытаешься задеть меня, чтобы целиком погрузиться в свою боль".

"Да, – кивнула я. – Я зла, и я хочу, чтобы так и оставалось. Это единственное, на что я сейчас способна. Я не могу думать. Я могу только злиться".

Склонив голову на бок, Миранда посмотрела на меня. "Злиться на кого?"

"Разве это не очевидно?"

"Да, верно, но я не думаю, что ты это осознаёшь, – Миранда вдохнула поглубже. – Это на Джейд ты злишься".

"Нет". Это была ложь, и мы обе это знали, но произнести это вслух означало, что с этим надо будет что-то делать, а я не была к этому готова.

Миранда покачала головой. "Я многого не понимаю, но ты лжёшь и мне, и себе".

"Я не могу встретиться с ней прямо сейчас. Она очень похожа на своего отца. Это делает всё слишком реальным".

"Ей очень больно. Она много лет хранила этот секрет, так никому и не рассказав. Хоть и не нарочно, но ты заставила её снова столкнуться со старыми демонами. Единственный человек, который действительно может понять её и посочувствовать, это ты. Если она тебе небезразлична, ты должна взять себя в руки и быть рядом с ней".