Чтение онлайн

– Не уходи со света. Тьма – его власть.

Серафим, увернувшись от размашистого удара кинжалом, нанес двойку в голову, но старый кожаный шлем на убийце смягчил тяжесть ударов, способных вырубить и быка. Убийца зашатался. Отступив на шаг, мотнул головой и снова ринулся на Апраксиса. Сержио отчаянно что-то искал в походной сумке.

–Замани его в руну! – крикнул архимаг.

Очередное заклятье прошло сквозь тень и угодило в магическую колбу.

Порох вспыхнул яркой вспышкой. Колба лопнула, обдав Темного снопом искр.

Тень отшатнулась и, тут же полоснув в горизонт, зацепила рукав рыцаря. Блеснула кровь.

 Амулет на шее Серафима сверкнул зеленым огнем. Тень застыла на какое-то мгновение. Авендул швырнул в убийцу жмень пороха. Вспышка заставила тень шагнуть назад. Воспользовавшись моментом, Апраксис, резко сократив дистанцию, нанес мощный кросс справа в челюсть ночного убийцы. Ассасин рухнул прямо в руну архимага. Попав в путы магических знаков, тень взвыла диким голосом. Сержио швырнул еще одну горсть пороха в рожу ночному убийце. На этот раз вспышка разорвала чары, призвавшие тень, а жертвенная кровь большой каплей расплескалась по жилищу архимага, изгадив все вокруг.

– Вот тебе и на, что это было-то?.. – Серафим переводил дыхание, тяжело дыша всей грудью.

–Надо добавить в порох наезанской соли и кристаллов альбара. Это увеличит поражающий эффект. – 4ех поднял перевернутый стол. – А толченый пирит усилит вспышку при детонации.

– Ты всегда думаешь о магии?

– Нет, конечно. Но тут магия тени, да еще и на крови. Подумай я об этом раньше, ты не успел бы сломать столько мебели.

– Я, как бы свою жизнь спасал.

– Убираться-то все равно мне.

Дружный истерический смех взорвал тишину.

Дверь в мастерскую мага распахнулась. Анаси, такая хрупкая и миниатюрная в ночной кружевной рубахе, заправленной в кожаные штаны, и в высоких ботфортах, с обнаженным мечом наперевес, вломилась в комнату.

Сержио повернулся к ученице:

– Кого спасать примчалась?

Девушка в смущении опустила оружие. Она все еще тяжело дышала после спринтерского забега.

– Ясно, что еще я не знаю?

Апраксис расстегнул ворот рубахи и взглянул на амулет. Маг с укором посмотрел на ученицу.

–Принцессе нельзя иметь долга жизни! – В ученице проснулась королевская кровь. Она бросила вызывающий взгляд на архимага, всем своим видом показывая, что не уступит.

– Анаси, вы мне ничего не должны.

Серафим склонил голову перед чародейкой. Архимаг подошел к рыцарю.

– Вы позволите?

– Я обещал его не снимать, ваше магичество.

– Я прошу разрешения лишь взглянуть.

Серафим посмотрел на принцессу, та кивнула в одобрение. Зеленый кристалл амулета блестел в пламени свечей.

– Блестяще, просто гениально.

– Обычный охранный амулет с заклинанием связи. – начала чародейка, но запнулась.

– Заклинание, наложенное на амулет, возможно, но камень… Это феонит. Легенды гласят, что творец создал флору именно из феонита. И именно из зеленого. Камень материализации. Поэтому вы, Апраксис, и бились с призванным, как с реальным соперником, а я – всего лишь с бестелесной тенью. Так что, Анаси, принцесса Севера, вы спасли нашему рыцарю жизнь. Без вашего камня он был бы уже мертв.

Серафим опустился на колено.

– Я снова в долгу перед вами, моя принцесса.

– Встань, рыцарь. Мы обсудим это позже. Завтра всем рано вставать.

* * *

Морфей не спешил объять чужеземца. Адреналин в крови после полуночной схватки еще не улегся. Устав ворочаться, Серафим, схватив сумку с пробными образцами гранат, направился в стойло грифона. Ночь была по-особому звездная. Луна светила, отражаясь в водных гладях раскинувших свои просторы озер. Темно-зеленая полоса девственного леса простиралась до горизонта. По плану было отлететь на несколько верст и бахнуть прототипы, но, едва поднявшись в небо, Молния увидела косулю. Апраксис не смог устоять перед лиловым взглядом питомца. Они сели у небольшого озерка неподалеку от лагеря. Сняв седло и упряжь, рыцарь нежно похлопал животное.

– Иди, иди, но недолго, у нас еще куча дел.

Грифон ткнулся головой в грудь папочки и взмыл в небо. Ночь была сказочно красивая, стрекотание цикад и сверчков наполняло тишину неким неведомым волшебством. Полная луна отражалась на водной глади большим светлым пятном. Легкий ветерок заигрывал с камышом, шелестя неведомую песню о любви. Лунный свет серебром обрамлял густую зелень вдоль глинистого берега. Безмятежность теплой ночи и аромат луговых трав сводили с ума, наполняя душу чем-то далеким и прекрасным, необъяснимым для слов городского жителя. Серафим впитывал это благоухание всеми фибрами своей зачерствелой и закостенелой за годы службы души. Легкая, едва уловимая тень мелькнула на поляне. Раздался легкий хруст веток, и на поляну к озеру прямо в шаге от человека вышел он.

Словно сотканный из лунного света, само совершенство. Отец магии и источник волшебства – белый, как первый непорочный снег, и в тоже время осторожный, как первая любовь, единорог. Рыцарь застыл от неожиданности. Волшебное существо шагнуло ближе, принюхиваясь к человеку. Серафим не удержался и протянул ладонь. Но единорог не двинулся, позволив дотронуться до себя. Неописуемый восторг и радость заполнили сознание, хотелось прыгать и веселиться, скакать и пританцовывать. Апраксис провел рукой по шее лесной легенды. Единорог одобрительно фыркнул и мотнул головой, словно благословляя своего визави, и не спеша двинулся в сторону леса. Березкин стоял, зачарованный этим живым воплощением красоты и магии, глядя вслед удаляющемуся чуду. Но идиллию прервали, как всегда, по-хамски грубо. Неизвестно откуда взявшаяся группа орков, голов восемь из них – тройка самок, разорвала бархат безмятежности дикими полупьяными криками и руганью. Апраксис шагнул за камыш. Разгоряченные вином, они предавались утехам прямо у воды. Сквозь плеск воды и гоготанье ясно слышались имена – одно из них показалось знакомым. И это на самом деле была она, та самая из лазарета. Авишай. Вместе с именем память вернула запавший в душу блеск ее небесных глаз. Именно ее он искал все это время. Именно в этих глазах он мечтал утонуть.

Она беспечно танцевала в лунном свете, покачивая соблазнительными бедрами, выставляя напоказ свои прелести. Ее формам позавидовал бы любой учебник геометрии. Такая желанная и недоступная. Все спуталось в голове. Серафим догадался о назначении танца. Дикое желание и безумная ревность заклокотали в сердце. Она была не его и танцевала для них. Он не мог оторваться от танца Авишай. Словно завороженный, он смотрел на ее движения. А рука сжала рукоять боевого молота. Разум твердил: «Уходи, ты знаешь, чем это закончится». Сердце просило: «Подожди еще мгновение, погляди, как она прекрасна». Танец был чарующе прекрасен. Она завела их до предела. Первым не выдержал молодой самец с могучими плечами в косую сажень. Он вскочил, расстегивая ремень на штанах.

– Авишай, смотри у мен… – Свист стрел оборвал его на полуслове.

Длинные, со стальными наконечниками они прошили его насквозь, почти по самое оперение впившись в его грудь. Тяжелым мешком он рухнул на песок. Орки бросились в воду, пытаясь уйти с освещенного яркой луной берега. Второй залп настиг самого крупного орка. Он упал как подкошенный.

– Октар! Вооооождь!

Кто-то метнулся на помощь гиганту, но пал, поверженный ударом магического копья. Голые и безоружные, застигнутые врасплох – хуже смерти нет. Хуже для орка только бегство с поля брани. Атакующие тоже об этом знали. Они вышли на берег как каратели, как палачи. Нежить из низших – такие колдовать не могут. Где-то рядом был темный некромант. Они почти вплотную подошли к воде, оставив полосу в пару метров, намеренно вызывая зеленокожих на бой, хотя нет – на убиение. Справа выскочил орк, орудуя корягой как палицей. Он успел сокрушить пару-тройку мертвяков прежде, чем пал под их ударами. Больше медлить было нельзя. Апраксис запалил фитиль. Вспышка была яркой, а взрыв – громким. Осколки лунного серебра выкосили большую часть нежити. Орки ринулись в рукопашную. Апраксис вышел из камыша. Он искал темного колдуна.