Чтение онлайн

В моей руке зазвенел будильник, словно выдирая обратно в реальность и я, вздрогнув, тут же попыталась отстраниться. Получилось не сразу. Дан будто бы вновь был не в себе. Ни на что не реагировал, но все же мне кое-как удалось дозваться до него, после чего альфа медленно убрал руки и я смогла отстраниться.

– Все. Первые объятия ты получил, - сказала, поправляя свитер. Но тело все еще ныло. – Осталось еще шесть, - я выдохнула. – Если честно, какая-то чертовски странная сделка.

Дан развернулся и, больше не смотря на меня пошел в сторону ванной комнаты. Я тоже регила как можно скорее покинуть эту комнату.

Мое утро началось с криков Гвен. Еще даже солнце не взошло, как она пришла к моей спальне и вновь начала требовать, что я немедленно открыла ей дверь. А поскольку я этого так и не сделала, закончилось все тем, что женщина стала кричать и ладонями тарабанить в дверь.

– Открой немедленно! Да как ты вообще смеешь меня ослушиваться? Ты живешь в моем доме, ешь еду и носишь одежду, купленные на мои деньги, тут вообще нет ничего твоего. Продолжишь себя так вести и я тебя всего лишу. Слышишь? Будешь жить на улице, как бездомная собака!

Слыша все эти крики, я с трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза. У Гвен явные проблемы с пониманием финансов. С тех пор, как я очнулась в этом теле, не попросила у нее ни копейки, но она почему-то считала, что я все еще жила за ее счет.

И для меня ироничным являлось то, что Гвен и ее старшая дочь, Жанет, сейчас жили на те деньги, которые шли с рудников оставленных Кристофером Колинзом. При разводе, несмотря на то, что Мериан отказалась от него, как от отца, Кристофер оставил своей бывшей жене кое-какие владения, чтобы его дочь не жила в бедности. Но, в итоге, все это значительно извратилось. И деньги явно шли куда угодно, но не на Мериан.

Было ли ей обидно от этого и вообще знала ли Мериан о том, на чьи деньги процветает этот дом, я не имела ни малейшего понятия. Но лично я на этом не акцентировала внимания. Тем более, не важно, по каким причина Кристофер оставил своей бывшей жене эти рудники. Факт в том, что они по закону принадлежали ей и Гвен была вправе обращаться с ними на свое усмотрение.

Меня тревожило другое. То, что я, черт раздери, по закону завишу от Гвен и от Тернеров. А удастся ли мне разорвать эту удавку вообще неизвестно. Может, они и государство меня переломают на части.

– Открывай! Не зли меня еще больше! Ты разве забыла, что зависишь от меня? – этот крик Гвен, сопровождаемый моими собственными мыслями, жестко полоснул по сознанию. – У тебя есть обязанности передо мной и ты должна их выполнять!

Я все равно не открыла. Быстро приняла душ, пробегая по комнате и, перепрыгивая через краски, собрала свои вещи, после чего под крики Гвен вылезла в окно. Прошла по снегу и так же через окно залезла в ту спальню, в которой вчера оставила Дана.

Альфа уже не спал. Бронте сидел на краю кровати и мрачно смотрел на дверь. К сожалению, пусть и не настолько громко, но сюда тоже прекрасно доносились крики Гвен и то, как она агрессивно тарабанила о дверь моей спальни.

Но, когда я через окно ловко залезла в эту комнату, Дан медленно повернул голову и, посмотрев на меня, приподнял бровь. Взгляд у него все так же оставался стальным, жестоким.

– Пошли, - сказала, пытаясь отряхнуть рюкзак от снега. Затем, еще шире открывая окно и этим давая понять, что именно через него мы и покинем особняк.

– Кто эта женщина и почему она так кричит? – альфа поднялся с кровати. Я только сейчас поняла, что она не была расстелена. И Бронте выглядел так, словно не спал не только этой ночью, но и вообще, минимум, весь последний месяц. От той мрачной тяжести, которая исходила от него, даже дышать было трудно.

– Моя матушка. Не обращай на нее внимания.

– Ты немедленно позвонишь миссис Тернер и будешь умолять прощения за то, что вчера отказалась переезжать в их дом! – раздался очередной крик Гвен.
– Скажешь ей, что была не права! Если нужно, на колени встанешь. Да все, что угодно, лишь бы они своего доброго намерения не изменили и все-таки приняли тебя!

Дан опять посмотрел в сторону двери. Его взгляд был нечитаемым, но от чего-то по коже скользнули царапающие мурашки. Может, это от того, что он выглядел не просто не выспавшимся, а вообще каким-то внутренне кроваво изувеченным, но сейчас от него веяло еще большей жестокостью. Мрачностью.

– Ты отказалась переезжать к Тернеру?

– Да. Вчера миссис Тернер великодушно сообщила, что я могу жить у них в особняке и выполнять кое-какую работу прислуги, в то время, как мой жених все так же будет проводить время со своей любовницей. К сожалению, я еще та дрянь и от такого щедрого предложения отказалась. Пошли. У меня сегодня еще много дел и я тороплюсь.

Я выкинула рюкзак в снег. Вылезла в окно. К счастью, оно было огромным, благодаря чему Дан со своим телосложением тоже без проблем смог оказаться на улице. В прошлом, мы, кстати, часто через окна куда-то пробирались. Например, ночью, на крышу. Правда, Дан с тех пор сильно изменился. Мало того, что стал еще тем верзилой, так ему теперь даже как-то не по статусу через окна выходить на улицу. Но все-таки, он молча это сделал.

Я жестом указала ему идти за мной. Через какое-то время вовсе необдуманно взяла Дана за руку и повела через сад. Поскольку я часто в неположенное время выходила из особняка, уже знала, где расположены камеры и то, как вообще можно незаметно выбраться отсюда. Но все равно сжимала ладонь Бронте, напряженно смотря по сторонам. Стараясь сделать так, чтобы нас никто ни в коем случае не заметил. Иначе проблем точно не избежать. Причем их последствия будут ужасающими.

Дану за это ничего не будет. Наоборот, его репутация, как альфы поднимется. А вот мне может быть конец.

Лишь после того, как мы вышли на улицу и, прошли несколько кварталом, я смогла выдохнуть. Свободной ладонью поправляя шапку, только сейчас поняла, что все еще держала Бронте за руку и тут же ее отпустила.

– Все. Я пошла. А ты езжай домой и, в конце концов, оденься теплее, - я поудобнее закинула лямку рюкзака на плечо и, уже хотела пойти дальше, как альфа своей огромной ручищей оперся о забор, преграждая мне путь.

– Скажи номер своего счета. Я тебе денег переведу, - Дан достал телефон. Что-то нажал. Кажется, вошел в банковское приложение.

– Зачем? – я медленно подняла голову, переводя взгляд с руки Бронте на его лицо.

– Считай это призовым фондом. Ты выиграла конкурс «омега с самой ебанутой матерью».

– А, ты поэтому хотел дать мне денег, - протянула, пытаясь вспомнить о том, что вообще кричала Гвен. – Ну, во-первых, все не так плохо. Думаю, к сожалению, существуют матери и похуже. Во-вторых, я нашла себе подработку в сети и у меня есть свои деньги. То есть, с голода не умру и в деньгах не нуждаюсь.

– И кем же ты работаешь?