Почувствуй меня
Шрифт:
– Да! – наконец выдыхаю.
– Эм… - слышу хрипловатый баритон, - Нас не ждите, - выдает парень смело. Осторожно поворачиваюсь к Владу. Что? – Сегодня Мирослава Андреевна, будет обедать со ной…
– Лады! – Костик тут же удалятся.
– Я не буду с тобой обедать! – возмущенно мотаю головой.
Размечтался. То что я поплыла, несколько секунд назад – не дает ему никакого права, диктовать свои условия. Сказано было о рабочем времени…
– Идем Мира! – игнорирует мои слова и за руку хватает.
Мамочки, какая хватка! Он невероятно силен. Однако нам нельзя с ним соприкасаться. Нельзя. Посмотрите что твориться! Иду как послушная кукла, пикнуть не могу. Возмущений то куча в голове, но на деле ничего применить не в состоянии. Теку.
Коридор. Лифт. Холл. Улица. Парковка. И все это время в тишине. За ручку. Будто убегу.
Задыхаться вдруг начинаю, когда передо мной раскрывается дверца черной машины. Той самой. Боже!
– Садись Мира! – требует Ларионов, подталкивая вперед.
– Почему ты ездишь на гоночной машине? – вылетает из меня первый вопрос. Взгляд тут же сосредотачивается на салоне автомобиля. Глазами ищу малейшую деталь, связывающую с тем, кого я отыскать пытаюсь.
– Что за странный вопрос? – хмурится, укладывая руку на дверцу машины.
И правда. Он ведь друг хозяина машины. Я же вчера выяснила. Не с тех вопросов начинаешь Мира…
– Какую друг одолжил, той и пользуюсь...
– вкрадчиво выдает, кивая в сторону салона. Поторапливая сесть. Какой нетерпеливый…
– И многим он одалживает такую роскошь? – продолжаю расспрос, забираясь на пассажирское сидение.
– Я не пасу своих друзей, поэтому не знаю… - мотор с ревом заводится, заставляя вздрогнуть на сидении. Вот это да! Я прям вибрацию ощущаю всем телом.
– Резвая... – улыбку растягиваю, чувствуя легкое головокружение. – И часто она в гонках учувствует? – перехожу к хитрости. Вдруг он знает о том, кто в гонке учувствовал.
Машина трогается с места, моментально набирая скорость, что вызывает волну восхищения. Боже, почему именно сейчас мне нравится ощущать, вроде как, привычную скорость? Я ведь тоже особо не отличаюсь медлительностью, часто нарушаю скоростной режим. Но раньше это не вставляло…
– Почему тебя интересует эта машина? – отвечает вопросом на вопрос, поджимая губу. Хм! Ему не особо нравится, что я продолжаю эту тему. Напираю сильно. Блин. Я снова не сдерживаю себя. Не хорошо…
– Просто видела ее недавно на гонке… - говорю более мягче, пытаясь размягчить неприступное сознание Ларионова. – Интересно, кто сидел в ней в прошлый раз? – выдыхаю, будто рассуждая.
Ларионов переводит на меня подозрительный взгляд и прищуривается, изучая мою мимику. Непривычно. Понимаю, смотрит так же, как и я во время работы.
Долго молчит. Машина на светофоре. Вижу, что обдумывает свои слова, сжимая крепче руль.
Ну же… скажи уже… давай!
Глава 23
Влад
– Интересно, кто сидел в ней в прошлый раз? – выдыхает словно невзначай. Вот только я прекрасно понимаю, что ни хера ни просто так. Она что-то капает на Миху. Может, эта машина по ее информации с чем-то связана?
С того момента, как Мира в кабинет вернулась, после моей легкой провокации, я ковырялся во всех ее делах, пытаясь найти связь с Михой. Однако ничего подобного не нарыл. Странно.
Она в курсе, что не он сидел за рулем, тем вечером. Я заставил друга в подробностях выложить их совместную беседу. Ее очень интересовал именно этот вопрос. Почему?
Зачем ей нужна информация о человеке, который находился тут? Может она догадывается кто сидел за рулем, и тем самым пытается предоставить в «Лигу» неопровержимые доказательства о том, что именно я участвовал в заезде, да еще и в незапланированном. Блюдитель закона, при этом его же и нарушитель. Не плохой донос до главного штаба.
Что ты задумала Багирова?
– К сожалению, я не в курсе, Мира, – отвечаю, переводя свой взгляд на дорогу. Не стану я облегчать тебе задачу. Не надейся.
Расстроилась маленькая. Вижу, как губки надула.
Удивляюсь, как быстро она переключается. Уверен, если бы нас не потревожили, она бы сделала все что угодно, находясь в моей власти.
Я заметил что мои прикосновения, действуют на нее исключительно. Она ведь растекается моментально, стоит мне коснуться ее.
А я не растекаюсь? Да мое сознание, в тот момент, уже у ее ног валялось блядь. Лишь животные инстинкты двигали моим разумом, продолжая выводить на эмоции. Лев чувствует в этом необходимость. Он уверен, что Мира каким-то образом блокирует своего зверя, намеренно скрывает ее. Может тем самым, она пытается показать мне, что нормальная? Нет злобной львицы – нет проблем. Возможно это все на показ.
Я выведу твою львицу наружу. Но не для того чтоб раскрыть истинный мотив. Для себя…
– Что ты обычно заказываешь на обед? – интересуюсь, меню раскрывая. Сидит такая охуенно красивая. В смятении невероятном. Хлопает своими шикарными глазищами.
Мне кажется, она до сих пор не осознала, как я умудрился так быстро ее в это место утащить. Сидим в уютном ресторанчике, в укромном уголке, где нет посторонних взглядов. Только я и она. Глаза в глаза.
– Я бы съел стейк из говядины… - выбираю сходу и официанта приглашаю.
Мира взгляд в меню опускает, копошится. Руки дрожат.
Да ты ж моя прелесть! Так и хочется ее руки своими накрыть.
– Эм, я буду салат «Цезарь» с курицей и чай с лимоном… - объясняет парню.
– А мне, ещё кофе пожалуйста, без сахара… - добавляю завершая заказ.
– Не любишь сладкое? – летит изучающий вопрос.
Вижу, как она пытается взять себя в руки, старается перейти на более нейтральную тему. Но поверьте, даже из такой мелочи можно вытянуть интересное.
– Очень люблю! – губу закусываю, пряча улыбку. Теперь ее зеленые озера плавно вниз стекают, залипая на моих устах. – Но предпочитаю, баловаться осторожно, чтоб не перенасытиться…
– Интересно! – шепчет, продолжая удерживать взгляд на том же месте. – А я вот наоборот любитель сладкого…
Такое ощущение, что она о моих губах рассказывает.
– Что для тебя является сладостью, Мира? – спрашиваю ухмыляясь, хотя внутри все дрожит, от ее прожигающего взгляда. – Возможно у нас разные представления о сладком.
Холеные глазки мучительно медленно, от губ моих отрываются. И теперь зеленые кристаллики мою черноту изучают.
Фух, как жарко. Теперь мне стушеваться охота. В груди все хлещет. Рушится.