Чтение онлайн

Подняв лицо, я смотрю в зеленые глаза Алиева.

В те самые, которые являются первой точкой притяжения на его лице и так ярко контрастируют с его кавказской внешностью.

В паре с черной футболкой на нем синие джинсы, на ногах – кроссовки. Простота одежды в его случае играет на руку, так как подчеркивает полное отсутствие жира в районе талии и отличные пропорции фигуры.

Он смотрит на меня исподлобья, заставляя с легким стуком опустить чашку на стол.

Указав рукой на второй стул за моим маленьким столиком, спрашивает:

– Можно?

Мою задержку с ответом Алиев «комментирует» приподниманием бровей.

Возможно, вчера я осадила его на эмоциях и незаслуженно, ведь сама дала повод считать себя заинтересованной, причем не один раз, а два, но это не делает меня преступницей.

Теперь он знает, что переоценил степень моей заинтересованности, тем не менее делать вид, что мы не знакомы, мне даже в голову не приходит. Причина моей задержки в другом – я понятия не имею, как себя вести.

– Пожалуйста, – пожимаю плечом.

Он занимает стул напротив, и все это время прямой взгляд Алиева не оставляет мое лицо. Это не дает забыть о том, что мои волосы собраны в небрежный хвост, а из косметики на мне только легкий слой пудры.

Взглядом я касаюсь рук, которые он кладет на стол, и его ладоней с длинными сильными пальцами. Предплечья покрыты густыми темными волосками – я отмечаю эту деталь на уровне подсознания, прежде чем поднять глаза к его лицу.

– Привет, – произносит Алиев.

Чтобы не быть снобом, отвечаю в тон:

– Привет.

– Я вчера остался без телефона, – сообщает он. – Форс-мажор.

– Соболезную.

Алиев ведет широкими плечами, ерзает по стулу так, будто устраивается в нем поудобнее и основательно. Я не спускаю с него глаз. Он с меня тоже, и его внимание имеет особый привкус. Он будто меня изучает, и не просто мое лицо. Но искры в его глазах живые и дерзкие, так что я сама не знаю, какое мнение о нем составить.

– Все еще хочешь получить ответ? – интересуется он.

Такой прямолинейный перенос нашего общения в онлайн для меня неожиданность.

Кажется, со словами «хождение вокруг да около» Денис Алиев в принципе не знаком. И это не говоря о том, что мы снова на «ты».

Для меня это в новинку. Подобное общение. Прямолинейное и лишенное хоть каких-то полутонов.

Вместо того, чтобы уступить, решаю этого не делать.

Отодвинув от себя кружку, скрещиваю руки на груди. Проигнорировав заданный мне вопрос, отвечаю встречным:

– Что с вашим телефоном случилось?

– Собака сожрала провод от зарядного.

– У вас есть собака?

– Да. Ретривер. Кобель. Ему два года.

– Как его зовут?

Обрамленные чертовски пушистыми ресницами глаза делают медленный круг по моему лицу. Задевают мои губы, отчего я только сильнее подбираюсь. Он словно чувствует эти шипы. Откидывается на спинку стула, будто увеличивая между нами расстояние, и отвечает:

– Тайсон.

Отвернувшись к окну, замечаю:

– Я не разбираюсь в собаках…

– Я тоже. Мне его подарили.

Мое молчание создает паузу, но собеседник быстро ее ликвидирует.

– Хочу кое-что исправить, – говорит он, заставляя этими словами посмотреть на себя.

– Что?

Подавшись вперед, прокурор протягивает мне свою руку над столом.

– Денис. Алиев, – произносит он. – Я, кажется, не успел представиться лично.

Опустив взгляд на раскрытую ладонь, я чувствую, как скребет где-то внутри, и секунду решаюсь вложить свою руку в его.

Он ждет, наблюдая за мной из-под своих густых ресниц.

В конце концов, я не продаю душу дьяволу. Собственно говоря, я уже ее продала. В тот день, когда воспользовалась номером телефона сидящего передо мной мужчины.

Его пальцы смыкаются вокруг моих, когда я опускаю свою ладонь в ладонь Алиева.

– Карина, – представляюсь исключительно ради баланса.

Его пальцы теплые и сухие, собственную кожу я ощущаю ледяной на фоне этого опаляющего тепла.

– Ко мне можно на «ты», – говорит Алиев, выпуская мою руку.

Прикусив изнутри щеку, я принимаю это предложение молча.

Даже из принципа было бы глупо воскрешать эту тему. Я и не собираюсь.

Будем мы общаться на «ты» или нет, не важно. Он уже понял, что приключений я не ищу.

Опустив руку, обхватываю ладонью чашку с остывшим чаем. Кожа после рукопожатия слегка зудит, и мне хочется обо что-нибудь ее потереть.

Свою ладонь Алиев опускает на бедро и возвращается в прежнее положение – откидывается на спинку стула. То есть восстанавливает между нами дистанцию.

– Я тебя здесь раньше не видел, – сообщает он вдруг.

– Звучит как претензия. – Смотрю на него исподлобья.

– Нет, – он улыбается. – Я очень рад, что для нас нашлась нейтральная территория.

Быстрая открытая улыбка – это то, что подчеркивает ту самую дерзость в его глазах. От него веет энергией, будто сидеть на месте ему сложно. И топтаться на месте тоже.

Еще его улыбка заразительная.

Закусив губу, я вспоминаю, как выставила его из своей кофейни. Глупости этому конфликту добавляет как раз то, с какой ответственностью к моему ультиматуму отнесся господин Алиев.

Он в самом деле не переступит порог «Ёлок», пока я не сниму запрет.

– Часто здесь бываешь? – спрашиваю я.

Проследив взглядом за моей рукой, которой я неосознанно провожу по своей шее, он отвечает:

– Каждый день.

Мне хватает извилин, чтобы догадаться: здесь он обедает. Только теперь до меня доходит, что прокуратура города находится буквально в пяти минутах ходьбы. Это напоминает еще и о том, что иногда работу от личной жизни отделить невозможно. По всем законам у нас именно этот случай, и, когда я поднимаю глаза, Денис Алиев словно читает мои мысли.