Чтение онлайн

Под Старой Руссой, где 11-я и 34-я армии Северо-Западного фронта перешли 12 августа в контрнаступление и за два дня продвинулись на 60 км, наши войска несли большие потери от ударов пикирующих бомбардировщиков. Авиация Северо-Западного фронта была малочисленной и не могла надежно прикрыть боевые порядки наземных соединений. На этом направлении советские бомбардировщики вынуждены были действовать без прикрытия в основном ночью.

Эффективность действий нашей авиации в значительной степени снижалась отсутствием единого командования на Северо-Западном направлении. Хотя генерал М. И. Самохин и полковник С. П. Данилов выполняли указания генерала А. А. Новикова, координировавшего усилия ВВС Северного фронта, ВВС Краснознаменного Балтийского флота и 7-го истребительного авиакорпуса ПВО, все же использование авиации флота и ПВО Ленинграда затруднялось и задерживалось необходимостью согласования решении в штабе фронта.

Быстро меняющаяся обстановка требовала незамедлительных действий. По предложению А. А. Новикова 14 августа приказом главкома Северо-Западного направления Маршала Советского Союза К. Е. Ворошилова авиация Краснознаменного Балтийского флота была оперативно подчинена командующему ВВС Северного фронта. В этот же день на базе ВВС КБФ была сформирована отдельная авиагруппа. В состав группы вошли 5-й истребительный авиаполк, 73-й авиаполк, 71-я авиаэскадрилья и самолеты Ил-2 57-го и 13-го авиаполков ВВС КБФ. Всего в авиагруппу было сведено 126 самолетов{31}.

Создание авиационных группировок давало возможность массировать действия авиации на наиболее важных участках фронта.

В жестоких боях с захватчиками выковывалась крепкая боевая дружба советских летчиков. Яркий случай товарищеской взаимовыручки в бою произошел 19 августа 1941 г. В этот день эскадрилья старшего лейтенанта Н. И. Свитенко в составе 8 самолетов И-153 вылетела на штурмовку колонны противника, двигавшейся по дороге Губаницы - Клопицы. С первой атаки летчики, следуя примеру командира, сбросили на колонну бомбы и затем реактивными снарядами и пулеметным огнем стали расстреливать фашистов. Немецкие зенитчики, охранявшие колонну, открыли ураганный огонь. Но и это не остановило наших летчиков. Несколько атак произвела группа, когда вражеский снаряд попал в самолет Н. И. Свитенко. Мотор заглох. Пришлось производить посадку на аэродром, занятый противником. После приземления старший лейтенант поджег самолет и приготовился бежать в лес, как вдруг увидел "чайку", идущую на посадку. Это его ведомый младший лейтенант А. Г. Слонов шел на спасение своего командира. Кабина истребителя И-153 рассчитана лишь на одного человека. Алибек Слонов хотел уступить место командиру, но Свитенко удержал его, вскочил на плоскость и ухватился за подкосы. Слонов дал газ и под минометным огнем взлетел. Вскоре они были на своем аэродроме. За этот подвиг А. Г. Слонов был награжден орденом Ленина.

После ожесточенных семидневных боев 4-я танковая группа врага прорвала лужскую оборонительную полосу. К 20 августа гитлеровским войскам удалось вплотную подойти к Гатчинскому укрепленному узлу. В этот же день они заняли станцию Чудово и перерезали Октябрьскую железную дорогу, связывающую Ленинград с Москвой.

В такой напряженной обстановке 20 августа и Смольном состоялось собрание партийного актива города. Обсуждался вопрос, как отстоять Ленинград. Маршал Советского Союза К. Е. Ворошилов обрисовал обстановку на ближних подступах к Ленинграду. Затем слово взял А. А. Жданов. "Враг у ворот. Вопрос стоит о жизни и смерти" - так охарактеризовал он создавшееся положение. Партийный актив принял важные решения, направленные на превращение города в неприступную для врага крепость.

На следующий день в газетах было опубликовано воззвание Военного совета Северо-Западного направления, городского комитета партии и исполкома городского Совета депутатов трудящихся, в котором говорилось: "Над нашим родным и любимым городом нависла непосредственная угроза нападения немецко-фашистских войск. Враг пытается проникнуть к Ленинграду... Но не бывать этому! Ленинград - колыбель пролетарской революции, мощный промышленный и культурный центр нашей страны - никогда не был и не будет в руках врагов... Встанем, как один, на защиту своего города, своих очагов, своих семей, своей чести и свободы! Выполним наш священный долг советских патриотов!"{32}.

В воинских частях, на заводах и фабриках состоялись митинги, на которых советские люди клялись защищать колыбель Октябрьской революции до последней капли крови.

В интересах обороны Ленинграда Ставка Верховного Главнокомандования 23 августа разделила Северный фронт на два фронта - Ленинградский и Карельский. Командующим войсками Ленинградского фронта был утвержден генерал-лейтенант М. М. Попов. К ВВС Ленинградского фронта отошли ВВС 23-й армии, состоявшие из 5-й смешанной авиадивизии, 2-я авиадивизия, 8-я и 39-я истребительные авиадивизии, 7-й истребительный авиакорпус ПВО, 116-я и 117-я разведывательные авиаэскадрильи. Всего в этих соединениях и частях насчитывалось 327 самолетов. Однако исправных было только 231{33}. Командующим ВВС Ленинградского фронта был назначен генерал-майор авиации А. А. Новиков, военным комиссаром бригадный комиссар Ф. И. Усатый, начальником штаба - полковник, а с октября 1941 г. генерал-майор авиации С. Д. Рыбальченко.

Усилия ленинградской авиации направлялись почти исключительно на действия по моторизованным и пехотным соединениям врага. Летчики совершали по шестьвосемь боевых вылетов в день. Не легче было и техническому составу. Во время боевой работы техники самолетов и авиаспециалисты успевали только заправить самолеты горючим и боеприпасами, осмотреть машины перед очередным вылетом, а все регламентные и ремонтные работы производились ночью.

Исключительно напряженным был день 25 августа, в течение которого ленинградские летчики уничтожили несколько десятков самолетов. Особенно успешными были действия 7-го истребительного авиакорпуса ПВО. Летчики корпуса совершили налет на вражеский аэродром Спасская Полисть. В результате умело организованного удара противник потерял более 60 самолетов.

В этот день совершил свой второй таран Герой Советского Союза П. Т. Харитонов. В районе местечка Зайцево командир эскадрильи лейтенант В. П. Иозица и младший лейтенант П. Т. Харитонов вступили в бой с немецкими бомбардировщиками Хе-111. Харитонов, израсходовав все боеприпасы, плоскостью своего самолета снес хвостовое оперение вражеского бомбардировщика. Самолет упал в районе Гатчины, а четыре фашиста выбросились на парашютах. Петр Харитонов также выпрыгнул. Немецкие пилоты, оказавшиеся выше советского летчика, стреляли в него из пистолетов. На помощь боевому товарищу пришел лейтенант Иозица, круживший рядом. Огнем из пулеметов он на время "успокоил" фашистов. Но они не отказались от желания отомстить советскому летчику, таранившему их самолет. Приземлившись в 200 м от Харитонова, гитлеровцы снова напали на него. Опять на помощь пришел командир эскадрильи, пулеметным огнем с воздуха поддержав своего ведомого. Тут подбежали наши красноармейцы. Вместе с ними Петр Харитонов вынудил немецкий экипаж сдаться в плен{34}.

На следующий день воздушные бои разгорелись с новой силой. В вечернем сообщении Советского информбюро от 26 августа говорилось: "За последние два дня летчики, охраняющие подступы к городу Ленина, сбили в воздушных боях и уничтожили на аэродромах противника 101 фашистский самолет"{35}.

Но отдельные успехи в воздухе не могли изменить общего соотношения сил на ленинградском направлении. Превосходство оставалось на стороне противника, который продолжал наступать. После упорных и кровопролитных боев, ценой больших потерь в живой силе и технике немецко-фашистские войска 8 сентября овладели городом Шлиссельбург и блокировали Ленинград с суши.

Одновременно с боями на ближних подступах к Ленинграду шла упорная борьба за Таллин, Моонзундские острова и полуостров Ханко. Противнику удалось к 7 августа 1941 г. перерезать железную дорогу и шоссе Таллин - Ленинград и выйти к побережью Финского залива в районе Кунда. Столица Эстонии оказалась окруженной с суши. Три недели продолжалась оборона Таллина. Но силы были неравными, поэтому 28-29 августа защитники его вынуждены были оставить город.

Значительное влияние на срыв плана гитлеровского командования захватить Ленинград оказала героическая оборона Моонзундского архипелага и полуострова Ханко, оказавшихся в глубоком тылу противника. Удержание Моонзундского архипелага имело и политическое значение. На островах находились аэродромы, с которых наши летчики наносили бомбардировочные удары по Берлину и другим жизненно важным центрам Германии.

В конце июля немецко-фашистская авиация начала совершать налеты на Москву, считая свою столицу недосягаемой для нашей авиации. Поэтому очень важно было доказать, что и фашистское логово является объектом бомбардировок советских ВВС.

Для ударов по Берлину была создана специальная авиационная группа. В нее вошли две эскадрильи 1-го минно-торпедного авиаполка ВВС КБФ под командованием полковника Е. Н. Преображенского и две эскадрильи дальней бомбардировочной авиации во главе с майором В. И. Щелкуновым. В начале августа на аэродромы Кагул и Асте, расположенные на острове Сарема (Эзель), перебазировалось 10 бомбардировщиков. Затем их количество было доведено до 33. За период действия группы, продолжавшийся 35 дней, было произведено 86 самолето-вылетов, при этом 33 самолета дошли до Берлина и сбросили на него бомбы. Остальные экипажи наносили удары по Штеттину, Кольбергу, Мемелю, Данцигу и другим городам фашистской Германии{36}.