Чтение онлайн

Она с ужасом посмотрела на него.

— Ннно… Я не могу… у меня самолет четвертого…

Перед ее глазами промелькнул аэропорт, пустой экран сотового, от которого она не могла отвести взгляд в прошлый раз и такси, в котором она одиноко куталась в шарф, сдерживая слезы обиды. Второй раз она такого не переживет…

— Четвертого? — переспросил он. — А куда летим? — как бы между прочим.

— К родителям на рождество.

— Вот и отлично! Заодно и познакомимся!

Она удивленно смотрела на него во все глаза.

— Я надеюсь, ты не против, чтобы я составил тебе компанию. Тем более мне нужно попросить твоей руки.

Глаза ее забегали по комнате. При упоминании о родителях все из сна-сказки превратилось в реальность. А она пугала!

— Саш, а… слушай, а вдруг я не понравлюсь твоей маме и… сыну…

— Даш, — вздохнул он. — Давай определяться: я тебе нужен? Вот такой, какой я есть: со шрамом через всю грудь, с сыном-подростком, который может послать и матом, с бурным прошлым, которое до сих пор выгребаю. Ты просто реши для себя: да или нет? А остальное решится само собой.

— Глеб, маленький засранец! — крикнула Дашка что есть мочи.

Рянка испугано подняла на нее глаза. Они приехали к Дашке в гости поболтать. Тем более Рянка еще у Дашки ни разу не была. И только они зашли на кухню, и Дашка заглянула в холодильник, выкладывая туда продукты, которые захватила по дороге, как разразилась этим криком.

— Глеб! — заверещала она. — Иди сюда!

— Это ты с кем? — почему-то шепотом спросила Рянка.

— С пасынком, — вздохнула Дашка.

— Ого! Как ты с ним! Ты не перебарщиваешь?

— Ну я же должна отрабатывать титул злой мачехи. — и снова подняв голову в сторону двери: — Глеб, паршивец, иди сюда!

— Даш! — Рянка была почти в обмороке. — А Саша знает, что ты так с его ребенком обращаешься?

— С ребенком? — переспросила Дашка, раздувая ноздри от гнева. — С ребенком? Этого ребенка убить мало! — крикнула она в дверь, так чтобы было слышно по всему дому.

— Ну чего? — послышалось с лестницы.

— Иди сюда, засранец! — зло глядя на пасынка, гневно сказала Даша.

— Ну иду, — нехотя вразвалочку в кухню вошел худой парнишка.

«Засранец» оказался на полголовы выше Дашки. И куда прут эти дети?!

— Ну? Чего? — развязно спросил он, не глядя на Дашу. — Здрасти! — это было в сторону Рянки. Та кивнула в ответ, боясь словами нарушить «очарование» момента.

— Это что такое? — Дашка открыла дверцу холодильника и обвиняющим жестом указала пальчиком на что-то в освещенном нутре.

— Что? — притворяясь непонятливым, переспросил Глеб.

— Это я тебя спрашиваю: что это? — заорала Дашка, доставая из холодильника наполовину пустую бутылку с характерной красной этикеткой.

— Даш, это не мое! Честно! — сделал Глеб круглые глаза.

— Я вас с отцом обоих пристрелю! — бушевала Даша.

— Даш, честно, не я! Я не покупал эту кока-колу. Честно!

— Пил? — все таким же обвиняющим тоном спросила Даша.

— Я немного…

— Да сколько же можно вам повторять! Ну ведь два взрослых лба, а смотреть за вами надо, как за малыми детьми! У одного гастрит, другой растущий организм!

— Даш, ну что ты кипятишься… — попытался оправдаться парнишка.

— Вон из кухни! Приготовлю ужин — позову!

Парень такой же походкой вразвалочку вышел из кухни, буркнув на последок:

— Это не я…

— С твоим отцом я тоже разберусь, не переживай!

Только Рянка, будучи ближе к двери, увидела улыбку на лице Глеба.

— Слушай, я и не знала, что ты так кричать умеешь! — восхитилась она.

— Да начнешь тут и кричать и чуть ли не матом крыть, когда два мужика в доме, которые, кстати, совсем от рук отбились, — вздохнула Дашка.

— Как ты справляешься? — сочувственно спросила Рянка. Она даже понятия не имела, что у Дашки ту так «весело». Они не виделись больше года.

— Да, на самом деле ему нравится, — махнула она рукой. И видя недоуменный взгляд Рянки, добавила: — Ну нравится, когда его ругают. Эх, это он сейчас уже шелковый. А поначалу было очень плохо. Сначала, когда мы только поженились, были фразы типа «эй, телочка, подай-принеси». С этим было легче бороться. А вот когда наступило молчание, когда меня просто игнорировали, вот тогда стало совсем хреново. Хорошо, он тогда у нас не жил. Но когда приезжал — это был просто кошмар!

— И как же у вас все наладилось, что ты на него так орать можешь?

— Ну во-первых, он знает, что кричу я только по делу, во-вторых, он прекрасно понимает, что все мои оры-крики не всерьез.

— Это как?

— Да как-то так повелось, что я на него ору, строя из себя злую мачеху, а он огрызается. Но это скорее показушное, да и ему это нужно, чтобы показать свою самостоятельность. Он музыкой серьезно занимается. Я даже сама не заметила, как этим его и подкупила. Он потом рассказывал, что когда услышал у меня Нирвану и Боба Марли, решил, что я достойна пары слов. Потом слово за слово, сначала о музыке, потом о жизни, ну вот так и получилось, что теперь он мне свои секреты доверяет больше чем отцу. Советуется, — гордо прошептала Дашка. — только сюсюкаться с ним нельзя, он же мальчик, уже взрослый, хотя ребенок еще совсем… — снова махнула Дашка рукой. — Вот такая тактика и выработалась, я ору, он огрызается, потом как бы само-собой переходим на серьезные разговоры.

— Так он и живет с вами?

— Да, теперь уже — да. Сначала он жил у бабушки, матери Сашиной бывшей жены. Приезжал только навестить. А вот когда у нас отношения потеплели стал приезжать чаще, почти на каждые выходные. А потом я ему предложила переехать к нам. Ну что ребенок там с бабушкой?! Никакого правильного питания, да и воспитания никакого. Обе бабушки ему денег дадут, он и завеется где-нибудь с друзьями и выступают по кока-коле да макдональдсу, и это в лучшем случае! О худшем я и думать не хочу… Сколько раз Сашка ездил ночью его доставать из разного сорта компашек! А здесь хочешь-не хочешь, надо следовать правилам. Хотя, ты знаешь, мне кажется ему это действительно нравится, — прошептала Дашка.

— Что?

— Ну, режим, рамки… Как мне кажется, им никогда толком никто не занимался. А тут вроде как дом, семья. Он, конечно, огрызается, но он хороший мальчик. Его только направить нужно.

Дашка прямо светилась вся, когда говорила о Глебе. Рянка смотрела на нее во все глаза. Что-что, а такого она от подруги не ожидала.

— Рожать тебе надо, Даш. У тебя уже вот и опыт появился в общении с детьми-подростками.

— Ага! — кивнула Дашка печально. — Только не получается…

— Ничего! Получится!