Под маскои? ангела
Шрифт:
— Сначала узнаю, как соединяются дары, потом все остальное.
— Кстати, ты ведь не знаешь, но у ресемиторов, которые соединяют дары, никогда не угасает любовь, — принялся рассказывать он с привычной беззаботностью, шагая вперед. — Это намного круче кольца на пальце, скажи? Правда, у нас не заведено предлагать соединять дары так, как предлагают выйти замуж. Чаще всего это делают, не спрашивая друг друга. Обычно на интуитивном уровне чувствуешь, хочет партнер или нет соединять дары. Кстати, часто этот… гм… ритуал называют полетом. Когда попробуешь, поймешь, что я имею в виду. Сам я, как помнишь, не пробовал, но много слышал…
Не знаю, в какой момент уснула на его руках. Просто положила голову на его плечо, слушая рассказ, и постепенно уплыла в сон. После дождя лес наполнился щебетанием птиц, свежий воздух почему-то не бодрил, а убаюкивал. К тому же тепло, искренняя забота расслабили, гнетущие мысли наконец-то разогнались, как и тучи на небосклоне, где уже садилось солнце — это последнее, что увидела слипающимися глазами.
Проснулась уже явно не на руках. Почувствовала прохладу и услышала еще чьи-то голоса.
— Да завтра уже с утра подпишет бумаги. Мы с женой сейчас едем в кино. — Похоже было на Командира.
— Опять будете делать это на заднем ряду? — подколол Лео. Послышался стук каблуков по деревянному полу.
— Вы о чем? — знакомый женский голос.
— Пошли, по дороге расскажу.
— Стойте! — выпалила, открыв глаза. Обнаружила себя лежащей в плетеном кресле на незнакомой деревянной веранде, которую освещали в кромешной тьме лампы, похожие на китайские фонарики. Рядом стоял Командир с женой, Лео сидел слева в таком же кресле. Понимая, как глупо выгляжу, поспешила извиниться: — Простите, не могли бы вы задержаться на минутку. У меня есть один важный вопрос.
Лео едва не прыснул со смеху и многозначительно кивнул Мартину. Нет уж, не у него собиралась я спрашивать.
— Снежана, а как соединяются дары?
На ее губах дрогнула смущенная улыбка:
— А Лёня разве не объяснил?
— Он сказал, что это делается во время… — я запнулась, неловко себя чувствуя. Налетела тут с вопросами, даже не удосужилась вежливо поприветствовать пару. Но я так испугалась, что они сейчас уйдут! Все-таки к незнакомому человеку я действительно вряд ли подбегу подобное спрашивать. А Снежана идеальный вариант. Мне казалось, она точно не станет подыгрывать Лео.
— Погоди, — едва сдерживая улыбку, посмотрела на своего друга. — Ты предложил Майе соединить дары? — спросила с огромным восхищением. Даже с меньшим спрашивают о помолвке.
— Конечно.
Снежана засияла и бросилась на радостях обнимать мужа.
— Представляешь, Лёня наконец-то решился.
— Ага, не верится. — Мартин метнул многозначительный взгляд в друга, а секундой позже в меня. — Даже не сомневайся. Он долго шел к этому решению.
Видимо, Командир сказал нечто, задевшее Лео, ибо тот поднялся и хлопнул его по спине.
— Идите уже в свое кино.
— А вы идите уже соединять свои дары, а наутро ко мне в кабинет. Только имейте в виду: вы мне завтра нужны выспавшиеся, поэтому, будьте добры, не войдите в кайф и не занимайтесь этим всю ночь.
Фактически Снежана так и не ответила на заданный мною вопрос, но догадаться было несложно. Лео явно не солгал. И это стало предельно понятно по одному только томному взгляду и полушепоту девушки мужу на ухо: «Вспомни нас и не проси нереального». А мне стало до невозможного стыдно. Я вперила взор в темноту, надеясь, что земля разверзнется подо мной и проглотит меня раньше, чем придется с Лео встретиться глазами.
Когда Командир с женой отошли на приличное расстояние, утонув в темноте двора, он сказал:
— Ты так мило спала на моих руках.
Только-только до меня окончательно дошло, что я уже должна быть в Лагере. Завертела головой по сторонам, пытаясь догадаться, где же скрывается вход в подземный городок. Но на веранде, которая примыкала к фасаду дома, не было ничего необычного.
— А где… — неопределенно спросила, продолжая смотреть куда угодно, только не на Лео. Поэтому я даже не заметила, когда его рука легла на мою и крепко сжала, словно привлекая внимание.
— Майя, перед тем как мы спустимся в Лагерь, мне нужно у тебя попросить прощения.
— За что? — У меня чуть сердце не остановилось. Я невольно взглянула в глаза Лео, перепугавшись до потери пульса.
— Да не бойся так. — Он по-доброму улыбнулся. — Просто кое-что может тебе не понравиться. Но я не могу этого не сделать. Это никак не должно отразиться на наших отношениях, — поднял глаза к потолку, — я надеюсь. — Вновь вернул взгляд ко мне и, приободряя меня поглаживанием по плечу, добавил: — Тебе придется войти в новый коллектив моей девушкой, а это может быть непросто. И шокирующе. Поэтому не обращай внимания ни на что и держись рядом со мной.
Даже не знаю, хорошо или нет было то, что он предупредил обо всем. Пусть я испугалась и ожидала худшего, но не стала брыкаться и упираться, когда Лео взял меня за руку и повел за собой. Сначала мы пересекли ничем не примечательную, как для загородного дома, гостиную, если не считать того, что за поворотом оказались двери лифта. Он нас спустил на два этажа и раскрыл двери перед небольшим холлом.
Пока у стойки ресепшена Лео объяснял охране, что я еще не числюсь в Лагере и подпишу документы только завтра, ничего подозрительного не происходило. Охранник заинтересованно посматривал на меня время от времени, а я пыталась унять дрожь в теле. Вцепилась обеими руками в предплечье Лео, будто от этой крепкой хватки зависела вся моя жизнь. Все проходило спокойно — и это еще сильнее заставляло нервничать.
Оказалось, не зря. Только мы спустились по лестнице и вышли в просто нереально огромный холл, я замерла. Все вокруг напоминало подземный торговый центр. И магазинчики, и кафешки, и фонтан в центре площадки, и уйма людей. Все были заняты своими делами, но стоило им мельком взглянуть на нас, как они тоже замирали и улыбались.
Лео насильно потянул меня за собой. Через несколько метров мы уже шли по коридору, образованному из этих самых людей, остановившихся и перешептывающихся. Липкие взгляды попадали на Лео, замечали наши переплетенные пальцы — и намертво приклеивались ко мне. Какой-то дикий животный страх подкрадывался по позвоночнику ледяной изморосью, и стремительно росло желание испариться или хотя бы укрыться плотным пледом с головой.
Особенно когда Лео, пройдя почти к центру, остановился и, подняв наши руки, громко крикнул:
— Я ее нашел!
Неожиданно подхватил меня в воздух — и как закружил! Со всех сторон взорвались ликующие возгласы, аплодисменты оглушили бурной волной, а искренняя радость вмиг пропитала весь воздух вокруг. Среди всего шума прорвался мой вскрик — пронзительный и испуганный, — но совсем скоро сменился смехом, как только Лео перестал меня кружить и поставил на ноги. Сам светился счастьем и улыбался так широко, что у меня замирало сердце, окутанное нежным, ласковым трепетом.