Чтение онлайн

Все, теперь срочно спать три часа. Нет, уже два с половиной. Прошло, как пять минут. Только голова коснулась подушки, только закрыла глаза, как уже надо вставать. Ангелиша сработала быстрее, чем будильник. Бутылочка, вода, смесь. Ага, надо сменить подгузник. Покормить, покачать, осторожно положить… очнулась от будильника в шесть утра. Работаем по накатанной схеме.

Это ужасно. Если каждую ночь так – то я могу только выразить свое сочувствие мамам с младенцами. Я понимаю, почему Кира выглядит как зомби. Не зря ведь прерванный сон гестаповцы использовали в пытках. Особенно для таких сонь, как я, это катастрофа. Я превратилась в зомби за одну ночь.

А еще, когда я проснулась около шести утра, то обнаружила у себя в постели мужчину. Я даже не поняла, когда он пришел ко мне. Эх, малыш, из всех женщин на земле, тебе не повезло оказаться в моей постели.

Мне бы протянуть до девяти, когда Катя или Мая приедут. А еще надо что-то решить с работой. Напишу заявление на отпуск за свой счет, наверное.

Господи, как эти святые женщины с детьми выживают вообще? Когда приехала Катя с Гошей, я была полудохлая, нечесаная, немытая, даже в туалет сбегать не смогла, что уж говорить о кофе, который я даже не начинала готовить.

Или я чего-то не знаю, есть какой-то секрет? Вот Катя, мать троих сыновей, приехала ко мне с утра бодренькая, накрашенная, веселая. И блинчики привезла, которые с утра нажарила. Ненавижу. Нет, не блинчики, это я всегда люблю.

Катина жизнерадостность меня раздражает. Одной рукой готовит кофе, другой придерживает Гошу на бедре и ласково болтает с Ангелишой в шезлонге, которую я выставила прямо на кухонный стол.

– Левушка, иди к нам! – Каким-то третьим глазом она замечает мальчика, который нерешительно стоит в коридоре. Я его даже не увидела. – Что ты будешь на завтрак? Блинчики, омлет, кашу?

– А мама? – Нижняя губа у мальчика изгибается, и он готовится плакать. Нет, только не это!

Катя действительно знает какой-то секрет или тоже ведьма и не сознается. Она всех успокоила и накормила. Благодаря ей я на полчаса закрылась в ванной от детей и медитировала на косметичку – это ненадолго, скоро Кира вернется домой, я сдам ей детей, а мне придется переехать в другой город, чтобы не бегать к ней по каждому звонку.

Кира будет в больнице минимум неделю, если не больше. Мы поговорили с ней по телефону, и я даже не знаю, кто был больше рад слышать ее голос – я или Левушка. Он ужасно скучал по маме и боялся, что она его не заберет. Я, конечно, злая ведьма, но не до такой степени, чтобы детей мной пугать.

– Выздоравливай, не волнуйся, мы справимся.

А что я ей скажу? Правду? Что я уже задолбалась от кормлений каждые три часа, что Лев постоянно плачет и я поругалась с начальницей?

Катя через часик уехала, приехала Мая с Захаром и пакетами еды. Кормилица моя. Без нее и ее пакетов, кастрюль, судочков я бы загнулась от голода. Зарплата у меня уже закончилась, а новая еще не начиналась. Деньги Киры я тратила строго только на потребности детей, а чеки скрупулезно складывала для отчета. На себя взять хоть что-то у меня рука не поднимается. А кушать хочется, кушать я люблю. Особенно, в стрессовой ситуации.

Захар посмотрел, как я бережно ношу Ангелину, а на ноге у меня висит Максим и сказал:

– А тебе идет!

Если бы он не готовил самые вкусные пирожные в городе, я бы запустила в него ссаным подгузником.

Мая спросила, какая помощь мне сейчас нужна, – да вроде пока справляюсь, только спать хочу, – пообещала приехать вечером, и они уехали, у них тоже дел полно, ремонт, магазин и все такое. А еще они хотят заехать к Кире в больницу.

Мне бы день простоять и ночь продержаться, да? Если ночью моя главная проблема – прерванный сон, то днем – депрессивный Левушка. Он ничего не хочет, ни кушать, ни играть, ни мультик.

А еще он постоянно меня обнимает или жмется к ноге. Отойди от меня мальчик, видишь, тетя в шоке. Нет, не отходит. Так и сижу вся в детях и в шоке по колено.

– Где моя мама?

– У нее болел живот, ты помнишь? Вот она поехала к врачу, полечится и приедет к тебе. Давай нарисуем ей картинку, чтоб быстрее выздоравливала? – Говорю дурацким тонким голосом, преувеличено весело.

И это я говорю? Своим ртом? Святые леопардовые стринги, совсем рехнулась!

Крылышки у Левушки в шахматную клетку, маленькие, прозрачные, слабенькие.

– Левушка, а ты шашки любишь?

– Шашки? Нет. Я хожу в шахматный кружок.

Вот оно! Хочешь, поиграем. Только настоящих шахмат у меня нет.

– У меня в планшете есть! – И на некоторое время я его отвлекла от горестных вздыханий о том, где его мама. Это время я посвящаю Ангелише – делаю ей массаж по видеоуроку из интернета. У них в интернете все так ладно получилось, тетка шустро массажирует, ребенок балдеет. У нас массаж был резко закончен по техническим причинам – пациент зассал. В прямом смысле слова. И я обрадовалась, что у меня девочка. Был бы мальчик, я бы так легко не отделалась. Пришлось бы мыть голову.

Мое любимое время дня – послеобеденный сон. Спали все трое на одной кровати. Прям, мимими.

Фу, прямо, хочу я тебе сказать. Никогда еще на мою постель не ступала нога ребенка. Тем более, сразу двоих.

Позже, когда у меня уже нервически дергался глазик, приехала Катя со всеми своими парнями и опять спасла меня – забрала всех детей гулять на улицу. Я от радости даже не знала, что делать с обретенной на часик свободой – спать, принять ванну или просто лежать звездочкой.

Я пила кофе и смотрела в одну точку на стене. Вот все-таки я не зря ведь так упорно отстаиваю свое право не рожать детей. Не мое это, категорически не мое. Нормальные женщины, как Мая и Катя, например, от материнства получают удовольствие. А я – только крепкую головную боль. Да, не померла, взяв к себе домой двух детишек на время. Да, скорее всего я с ними справлюсь, и никто даже не пострадает. Кроме моего психического здоровья. Но возвращение Киры домой я жду больше, чем ее дети.

А еще у меня будут проблемы на работе. Завтра надо поехать, поговорить с Антоновной, утрясти ситуацию.

Катя привела выгулянных, усталых и голодных детей. В квартире сразу стало тесно и шумно. В компании других детей Левушка немного развеялся и повеселел. А то я уже за него переживала. Он подружился с Сеней, средним сыном Кати, и Сеня уже показывал, как прикольно прыгать на моей кровати.

– Тетя Фима, ты должна быть с ними строга, – дает мне совет Тимофей, старший. Самый умный, да? Эти двое так скачут, что даже не слышат мое ворчание – прекратите, прекратите. – Дисциплина должна у тебя быть!

Да пусть скачет, лишь бы не плакал за мамой, что ж у меня сердца нету, что ли? Есть. Есть у меня сердце, и оно разрывается от детских слез. А Киру успокаиваю, что все у нас хорошо.

– Катя, я так устала! – У меня даже волосы болят, а я ведь ничего такого за целый день не сделала. – Это не физическая усталость. Я устала от напряжения, от груза ответственности за детей. Я постоянно в напряжении. Как ты с этим живешь и еще все успеваешь сделать?

– Постепенно втянулась. Их же не сразу было трое. И Тим мне много помогает, и Игорь. Они иногда устраивают для меня выходной день от домашних дел. А еще я могу устроить выходной сама себе, всех отправлю из дома и могу целый день просто валяться на диване с Гошей.