Под музыку любви
Шрифт:
– Расскажите мне о своем городе, - сказал Монтгомери Холден.
Он разговаривал с ней так, как будто они только четыре дня назад познакомились. Ребекка осторожно разглядывала его. Неужели он ее не узнал? Радоваться ей или печалиться по этому поводу?
– Самый обыкновенный город, - сказала она, - вы же все видите.
– А что здесь примечательного и интересного?
– спросил Монтгомери.
– Из достопримечательностей - только небо, солнце, редкие растения, песок и океан, - сказала Ребекка.
– Думаю, это немало?
– вопросительно сказал Монтгомери Холден.
– Думаю, да, - сказала Ребекка.
– А люди - они везде люди. Хорошие и не очень, добрые, бескорыстные, со своими проблемами и дружбой, взглядами на жизнь и суетой. И так - во всех городах.
– Значит, вам здесь нравится?
– сказал он.
– Да, - кивнула Ребекка, - очень. Поэтому я здесь и живу.
Монтгомери Холден кивнул. Достал еще конфету, откусил и протянул Ребекке. Она опять слегка наклонилась и коснулась губами его руки. В конфете был джин. Они хором запили конфету минералкой.
Он чувствовал ее запах, когда она наклонялась к нему, и ее распущенные волосы касались его руки. Как он хотел взять ее лицо в свои ладони, коснуться губами прохладной и нежной кожи. Но он не мог этого сделать. Не мог и все.
– Последнюю на сегодня, - хриплым голосом сказал Монтгомери Холден, кивнув на коробку, - остальное на потом оставим. А то букет слишком разнообразный, - улыбнулся он.
Ребекка тоже улыбнулась. Теперь была ее очередь выбирать. Она взяла конфету из белого шоколада и протянула ему.
Монтгомери Холден откусил и улыбнулся:
– Ну вот, наконец-то виски.
Начинка вылилась из конфеты в ладонь Ребекки. Монтгомери Холден взял ее ладонь в свою руку и осторожно губами выпил содержимое конфеты. Задержал на некоторое время в своей руке ее ладонь, посмотрел в глаза Ребекке, а потом сказал:
– Ну вот я и встретил свой день рождения так, как хотел.
Опять поцеловал ее ладонь и ушел в темноту. Ловко перепрыгнул через забор, и через мгновение его светлая рубашка уже растворилась в темноте.
– Я знаю, Монти, что у тебя сегодня день рождения, - шепотом сказала самой себе Ребекка.
– Только я теперь опять не пойму, узнал ты меня или не узнал.
Ребекка прислонилась к стене в своей комнате и не могла вздохнуть от нахлынувшего на нее счастья. Его запах, его голос, его смех, его суть - это все, что было нужно ей с тех самых пор, как она увидела его впервые.
Так была устроена вселенная, так был устроен этот мир. Только этот мужчина и никакой другой был дан ей для счастья на этой планете.
Это был ее мужчина. И она любила его с сотворения веков. И будет любить, пока земля не сойдет с орбиты.
Как она жила все эти годы без НЕГО?
12
На следующий день с утра пораньше вся съемочная группа собралась под окнами гостиничного номера, в котором жил Монтгомери Холден, и старательно пела "С днем рождения тебя"! И даже устроила небольшой фейерверк. И умудрилась запустить в раскрытое окно Монтгомери Холдена петардой.
В результате чего в дружных рядах поздравляющих возникла легкая паника. Всем пришлось в срочном порядке бежать в гостиницу и выламывать дверь в комнату к своему режиссеру, который крепко спал и даже не подозревал о чуть было не начавшимся пожаре.
Ранних утренних съемок сегодня не было, Монтгомери Холден спал, и ему снилась Ребекка. Но когда карета с Ребеккой стала падать со склона прямо у него на глазах, он еще во сне понял, что это из-за того, что в его гостиничный номер выламывают дверь. А это было уже не так страшно как скользкий заснеженный склон.
Горящую петарду потушили, сонного режиссера поздравили с днем рождения. Только было собрались еще немного побездельничать, как режиссер уже полностью пришел в себя и стал выпроваживать всех готовиться к сегодняшним съемкам.
Некоторые члены группы еще немного понамекали Монтгомери Холдену на такой большой сегодняшний праздник, да ничего не вышло. Праздник праздником, а работу сегодня никто отменять не собирался.
Когда все ушли, Монтгомери Холден пошел в ванную комнату. Принял прохладный душ, постоял перед зеркалом. Бриться не стал. Будет повод в парикмахерскую прийти. С двухдневной щетиной Ребекке, пожалуй, будет полегче справится.
Улыбнулся сам себе, вспоминая, как пил вчера виски из ее ладони. Подумал о том, что вот это и есть - простое человеческое счастье. Ее запах, ее голос, ее смех, ее суть - это все, что было нужно ему с тех самых пор, как он увидел ее впервые.
Так была устроена вселенная, так был устроен этот мир. Только эта женщина и никакая другая была дана ему для счастья на этой планете.
Это была его женщина. И он любил ее с сотворения веков. И будет любить, пока земля не сойдет с орбиты.
Как он жил все эти годы без НЕЕ?
Весь этот день Ребекка Голди ходила как в тумане. Линда Литгоу и миссис Корнуэл полдня страдали от головной боли после вчерашнего девичника, но от их тревожных взглядов все же не ускользнуло аномальное поведение Ребекки.
В этот день было много клиентов. Ну, скажем так, побольше, чем в остальные дни. Ребекка же несколько раз прямо во время работы вдруг застывала на месте, брала одну руку другой рукой и с нежностью смотрела на свою собственную ладонь.
Откуда Линде и миссис Корнуэл было знать, что буквально вчера вечером из этой ладони пил виски сам Монтгомери Холден! Поэтому они очень волновались за Ребекку. Даже невзирая на собственную головную боль.
В обед все собрались на совещание - продолжать сегодня работу или прикрыть эту лавочку до завтра, пока все не оклемаются.
– И ведь выпили вчера совсем немного, - сказала миссис Корнуэл, на что Линда только нервно похихикала.
– Ребекка, скажи, что я немного выпила и говорила только по делу, - обратилась к Ребекке миссис Корнуэл, - и пусть она не хихикает, - указала она в сторону Линды.
– И что у тебя, в конце концов, сегодня с ладонью, почему ты ее с такой любовью разглядываешь?
Ребекка очнулась, вздрогнула и потерла ладонь о подол платья. Если соврать, что ладонь немного болит, миссис Корнуэл тут же к врачу отправит, а если сказать правду, то разволнуется не на шутку.