Чтение онлайн

Мы медленно шли по засыпанной хвоей тропинке старого парка. Здесь в тени было немного прохладно после жаркого пляжа. Огромные лиственницы шумели под легким ветерком.

Я не знала о чем говорить, Саша тоже не проявлял активности. Когда молчание уже стало тягостным, он все же заговорил.

– Мне нравится здесь,- сказал он,- так тихо спокойно, Лена, спасибо, что согласилась погулять со мной.

С этими словами он взял меня под руку. От неожиданности мне показалось, что его кожа горячая, как кипяток, я ойкнула и выдернула руку.

– Что-то не так?- спросил мой спутник.

– Рука,- сбивчиво пробормотала я,- твоя рука, мне показалось она очень горячая, может, у тебя температура высокая? Ты не болен, случайно?

– Тебе показалось, со мной все хорошо - ответил он и уже сам предложил взять его под руку. Я, на всякий случай поглядела по сторонам, редкие прохожие не обращали на нас никакого внимания, а знакомых поблизости не наблюдалось, и робко положила свою кисть ему на предплечье. Оно действительно было очень теплое, но не так, как показалось в первый раз.

От прикосновения стеснение почему-то прошло, и я понемногу разговорилась.

В первую очередь узнала, где у Саши остальные вещи. В ответ он махнул рукой в сторону пляжа.

– Да, я их оставил там, на берегу, пусть лежат, ничего там нет особенного.

– Ага, а откуда у тебя такие брюки, я таких не видела, это спецодежда такая? Да еще с заклепками.

Саша глянул вниз и пожал плечами.

– Ты, что джинсов никогда не видела. Их же все носят.

Я засмеялась.

– Саша, может там, откуда ты приехал, эти брюки и носят, но у нас в городе их точно нет. Мне и название это незнакомо, никогда такого не слышала. А погоди! Вспомнила! При мне папе знакомый моряк говорил, что в Америке какие-то новые штаны в моду вошли, это не они?

– Точно, они - согласился Саша и продолжил,- что-то мы не о том говорим. Расскажи лучше немного о себе.

Я глубоко вздохнула, собралась с духом и выпалила:

– Я перешла в девятый класс, отличница, комсорг класса, и мой папа еврей.

После этого впилась глазами в лицо своему собеседнику.

Саша продолжал смотреть на меня, нисколько не изменившись в лице.

– Ну, что же замолчала?
– сказал он,- значит ты отличница, ну, если папа у тебя еврей - это понятно, а кем он работает?

– А тебя не волнует, что ты гуляешь с еврейкой?- спросила я дрожащим голосом.

Странная ты какая-то,- удивленно сказал Саша, - если еврейка, так не человек что ли? Мне, честно сказать, это до лампочки. Но зато я понял в кого ты такая красивая.

Мне вновь захотелось убежать, скрыться, и там кричать и плакать. Но локоть спутника ловко прижал мою руку, не давая ее вырвать.

– Лена, ты куда ринулась?- шепнул он мне в ухо, - я опять что-то не то сказал? Но ты же действительно красива, у тебя такие глаза зеленые, длинные ресницы, фигура классная, я сразу тебя заметил, когда вы на пляж с подружкой пришли.

Говоря все это, он пристально смотрел мне в глаза, и я тонула, тонула в его голубых радужках.

В голове зашумело, а ноги стали подкашиваться.

Тут сильные руки подхватили меня и понесли, как пушинку. Сашино лицо было рядом с моим, и я чувствовала его дыхание, пахнущее молоком и почему-то малиной. Он сел на скамейку и посадил меня на колени.

– Господи! Что он делает со мной,- думала я, мне совсем не хотелось устраивать скандал, наоборот, хотелось сидеть у него на коленях и чувствовать его поднимающуюся плоть.

– Не надо,- тихо сказала я,- не надо, отпусти меня, пожалуйста.

Я говорила правильные слова, а в душе просила:

– Не отпускай, мне так сейчас хорошо.

Но Саша послушался того, что бы произнесено вслух, и легко посадил меня рядом с собой. Сделал он это вовремя. Потому, что почти сразу мимо прошли три бабули, которые с любопытством нас разглядывали.

– Совсем молодежь распустилась,- посетовала одна из них,- дите еще, а уже по скамейкам с парнем обжимается.

Прости, это я виноват,- сказал Саша, когда после этих слов моя кожа покраснела от макушки до самых пяток,- больше так не буду делать.

– Чего не будешь делать?- спросила я,- носить на руках не будешь?

– Нет, - слабо улыбнулся он,- не буду наваждение наводить.

– Я засмеялась.

– Какое еще наваждение? Что за сказки, ты же знаешь, что я комсомолка, и в суеверия не верю,

В ответ на эти слова, Саша пропел короткий стишок -

Ох, сама не верю я

в эти суеверия

Я засмеялась и спросила:

– Ты сам сейчас эти строчки придумал.

Саша странно посмотрел на меня и ответил:

– Ну, да, только что сочинил,- и после этого засмеялся.

Я встала со скамейки и тоже засмеявшись, сказала:

– Все, больше никаких наваждений и скамеек, прогулка закончена, пошли на пляж.

Обратная дорога оказалась не в пример короче, потому, что мой язык развязался, и я выкладывала своему новому знакомому свои немногие тайны со страшной скоростью.

Саша внимательно слушал и в нужных местах сочувственно кивал головой.

– Ну, вы и гулять!- воскликнула Валя. Она уже оделась и ждала нас у выхода из парка.

– Вот любопытная!- возмутилась я про себя,- шла бы себе домой потихоньку, так нет, надо ей все выяснить, что да как. Сейчас пристанет с расспросами.

Мы втроем прошли до места, где Саша оставил свои шмотки. Я очень боялась, что их уже украли. Но, как ни странно, все было на месте. Притом, я заметила роскошное махровое полотенце и странную майку с рисунком, только когда мы подошли к ним вплотную.

Валька, схватила большие темные очки лежащие на полотенце и начала их разглядывать.