Чтение онлайн

— Ну как тебе популярность, Виктор? Вижу, ты раскрутился, в зале полно народа! Этого ты хотел? — задал вопрос Молот, усаживаясь напротив меня. Амбалы остались у двери, сложив руки на груди. На вид серьезные ребята, с которыми не стоит шутить!

— Хотел! А ты, за благодарностью?

Я перевел взгляд на Шевцова, который всем своим видом выражал уверенность и превосходство. К этому времени, мне брат во всей красе рассказал о всех «заслугах» Молота. Только брату я рассказал о Шевцове, отцу не стал говорить, заранее зная, что тот будет против. Руслан конечно тоже не одобрил моего решения, и поведал мне о Шевцовских делах! Как оказалось, Шевцов не раз наезжал и на Руслана, пытаясь выбить с него долю в его ночном клубе, но брат хитро и уверенно отбивался от него! А я добровольно подписал себе приговор.

— Именно! — хлопнув в ладоши, сказал Молот. Он ухмыльнулся и наклонился вперед. — Надеюсь ты не станешь увиливать от сделки? Свою часть я выполнил!

Благодарностью, в нашем случае служила услуга по обналичиванию денег через мой бойцовский клуб. На наш счет поступит крупная сумма денег из-за границы, которая по документам будет считаться как спонсорская помощь. Подкопаться не к чему, но вдруг что, я могу потерять и клуб и свою свободу!

— Мой бухгалтер уже подготовил нужные документы! Он надежный человек! — говорил я спокойно, хотя честно признаться нервничал знатно. С такими людьми нужно быть осторожными! — Надеюсь, это услуга будет хорошей благодарностью и мы с вами в расчете?

На мои слова, Шевцов лишь ухмыльнулся, и искоса посмотрел на охрану, медленно переведя взгляд на меня. Он положил руки на край стола и сверкнул золотым перстнем, что лязгнул по дереву.

— Завтра будет первый трансфер, и я надеюсь, все пройдет гладко? Не люблю, когда что — то идет не по плану!

На мой вопрос, Шевцов так и не ответил, следом задав свой.

— С моей стороны проблем быть не должно. Все будет сделано как и договаривались!

— А мы сработаемся, Буров! — резко сказал Молот и поднялся, протянув мне руку.

Я тоже поднялся и пожал руку, улавливая все негласные слова Шевцова, а говорил он так многое.

— Ну что ж, успехов тебе Виктор и до скорой встречи! — загадочно ответил Шевцов и, развернувшись, пошел на выход.

Скорая встреча случилась уже через неделю после первого трансфера, подтвердив все мои догадки о том, что на этом моя спокойная жизнь окончена!

Лилия

Те секунды, что мы молча смотрели друг на друга, стали словно стартовой линией в нашем разговоре. Взгляд Виктора был тяжелый и пронзительный. Он скрывал в себе множество информации: замкнутость, интерес, осмысление и некую усталость, хотя когда мы сюда ехали, таких эмоций я не замечала.

— Как надолго ты планируешь остаться в нашем городке? — начал первым разговор Виктор. Он пригубил еще вина и расслабленно устроился в кресле. Я же наоборот напряглась.

— Может неделю, может чуть больше. Не хочу загадывать! Люблю жить по наитию! — полная чушь, вразрез шедшая со мной! Но только так, я могу объяснить, почему я задерживаюсь. — Чем ты занимаешься? У тебя свой бизнес?

Перевод вопросов на собеседника лучший обманный маневр.

— Да. Я владею бойцовским клубам. Я как нибудь тебе его покажу, если тебе интересно конечно. От отца еще есть сеть спортивных магазинов, но это так, скорее, для выполнения семейных обязательств. Вся душа в клубе! — Рассказывая о клубе, Виктор воодушевился. Он и впрямь любил свой клуб. Это отчетливо прослушивается в его речи. — В моем клубе проходят спарринги лучших бойцов области, тренируются парни и девушки, а также, есть детская секция, для ребятишек, чьи родители не могут позволить себе отдать свое чадо в платные кружки. Им я даю возможность, выплескивать свою энергию в моем клубе. Не хорошо, когда дети не знают чем себя занять и лезут во всякие сомнительные дела.

— Это своего рода благотворительность? — перебила я, на что Виктор только неохотно пожал плечами. — Я приятно удивлена! А в свободное время, чем любишь заниматься?

— Мой друг не хило гоняет на ралли. Вот там и проводим выходные, хотя их бывает не так много. В основном, я нахожусь в клубе! А чем ты занимаешься? Давай-ка в двухстороннем порядке узнавать друг друга! — настойчиво сказал Виктор, в упор уставившись на меня.

Под его взглядом, я чувствовала себя обнаженной. Казалось, Виктор видит меня на сквозь, и моя ложь, четко читается на моем лице. Хотелось спрятаться от его пристального взгляда. Я, конечно, продумывала ответы на всевозможные вопросы, но сейчас, почему-то, они россыпью разбегались в голове, и ничего толкового на ум не приходило, лишь появлялась жгучее желание говорить правду. Его глаза вселяли в меня доверие и пробуждали совесть, с которой у нас был отдельный договор. Молчание с моей стороны затягивалась и становилась странным. Осушив полностью бокал, я медленно, с губ, стерла капельку вина большим пальцем, краем глаза замечая, как дернулся кадык Виктора. Я отвела взгляд в сторону двора, рассматривая зелень и одновременно пряча от его лицо.

— Я имею свой небольшой магазин нижнего белья. Мне нравиться делать женщин красивыми и уверенными в себе. Нижнее белье, оно как высшее образование, его не видно, но уверенности девушкам придает!

— Хм… Красиво! Замужем? — наклонив набок голову, неожиданно задал такой вопрос Буров.

Я громко рассмеялась, скорее от шока, а в следующую минуту резко замолчала, прокашлявшись несколько раз.

— Нет, не замужем! — Коротко ответила на вопрос, надеясь, что на этом мы эту тему закроем, ибо говорить, в самом деле, было сложно.

— Была?

— А ты? Женат? Разведен? В отношениях? — перевела стрелку на мужчину, быстро задавая череду вопросом. Вот сейчас посмотрим, как честен он!

Виктор вначале призадумался, озираясь по сторонам. Погода начинала портиться, ветер поднимался, а за ним появлялись серые, грозные тучи. Появлялась ощущения долгожданной прохлады, хотя всего полчаса назад, стаяла удушливая жара. Листья зелени, все сильнее шелестели, добавляя мрачности моменту, словно сама погода была не рада моему нахождению здесь. Зеленая ограждения из роз, стало нервно колыхаться от ветра.

Виктор наклонился к столику, взял в руки бутылку вина и разлил по бокалам оставшуюся рубиновую жидкость. Казалось, он оттягивает момент ответа. Как и меня, его что-то останавливала от рассказа, не смотря на его открытость и прямые заигрывания. Значит, ему тоже есть что скрывать, и, к сожалению, меня это не радует.

— Я был женат! — неохотно начал он, и остановился, отпивая вино. — Мы поженились, когда нам обоим было по восемнадцать лет. Юношеский максимализм! Казалось, наша любовь сильная и ее невозможно разрушить. Но как показала жизнь, все не вечно, и не стоит требовать от другого человека то, что сам испытываешь к нему! Женатым, я пробыл ровно пять месяцев, а затем моя жена решила, что семейная жизнь не для нее! Она хотела свободы, хотя до этого мы оба хотели другого, и шли в этом направлении вместе! Но, знаешь, для меня это хороший урок в жизни и я понял, что молодость и дана нам для ошибок, проб, и нахождения своего место в обществе! Ну, как то так!

Это было немного неожиданно, то, что он рассказал. Я знала, что он разведен, это было в деле, но обстоятельства были неизвестны. Я то думала, что все как у всех: измены, ссоры, дележка имущества, а Буров как оказалось, был совершенно в иной ситуации. Мне даже стало его немного жаль. По интонации, которой он рассказывал про свою хоть и кратковременную, но жену, было понятно, что эта рана еще не зажила, хотя прошло очень много времени. Он любил ее! А она, как видимо, нет, или не так сильно! А я еще корю себя за то, что не могу отпустить свою обиду на бывшего мужа! Хотя мы сделали этот шаг в довольно взрослом возрасте!

— Это была твоя первая любовь? Да?

— Да… — Виктор ответил с многотонной грустью в голосе.

И тут, порыв ветра сорвал ветку розы со стены беседки и та, резко подбросилась вверх и стебанула меня по обнаженному плечу, больно впиваясь в меня мелкими шипами. Я вскрикнула, но постаралась сильно не дергаться, чтобы не причинить еще больше боли. Виктор сорвался с кресла и в секунду оказался рядом со мной, осторожно освобождая мою руку от огненной боли. Мелкие и крупные шипы глубоко вцепились в кожу, и отцеплять их от меня было не просто. Я не кричала, лишь молча стискивала зубы, пытаясь сдержать просящиеся слезы.