Под прицелом взгляда
Шрифт:
– Наконец твой мозг начал думать, я рад, пешка. Значит твое «Поле превращения» уже не за горами.
– Какое поле? Что ты вечно несешь про эти шахматы?
– Души его не меньше минуты, лучше две или три. Если он потерял сознание, это еще не значит, что он умер. И смотри, там везде камеры. Будь осторожнее. Я бы посоветовал переодеться в медсестру и надеть на лицо марлевую повязку.
Глава 39
Цезарь сидел на кухне, изредка бросая короткие одинокие взгляды в окно. На его коленях лежала та самая коробка от шахмат, что они нашли возле двери. Он никак не решался снова ее открыть.
– Гера, Гера. Ну как же так, брат? Что этот псих с тобой сделал?
Цезарь положил коробку на стол, поднялся со стула и пошел в коридор. Проходя мимо зеркала, он заострил взгляд на своем отражении. В зеркале был кто угодно, но только не он. Заросшее щетиной лицо, мешки под глазами, бледная кожа, совсем неестественная для его смуглости.
– Да друг, дерьмово выглядишь.
Он накинул куртку, взял ключи с тумбочки и вышел из квартиры. Во дворе, рядом с подъездом стояла его машина. Цезарь сел в салон, вставил ключ и завел автомобиль. На панели отразилось время – 11:58.
– Нужно навестить Гришу. Узнать, что еще он разболтал Милошу, и что случилось с Германом.
Произнеся эти слова вслух, Цезарь нажал на педаль газа и поехал в центральную больницу. Всю дорогу он нервничал, не мог сосредоточиться. На проспекте, по которому он ехал, образовалась пробка. В ста метрах перед ним произошла авария двух легковых автомобилей. Машины тянулись очень медленно, вся эта атмосфера нагоняла еще больший нервоз. Солнце святило прямо в лобовое стекло, Цезарь попытался найти солнцезащитные очки в бардачке, но их там не оказалось. Спина начинала потеть, он открыл окно и тут же почувствовал запах выхлопных газов.
– Вот уродство!
Он пару раз ударил руль, а потом плотно надавил на кнопку сигнала. Рядом, по левую сторону подъехала синяя восьмерка. В салоне автомобиля находились молодые люди. Было отчетливо слышен звук баса, машина буквально тряслась и разваливалась.
– Да вы издеваетесь!
Цезарь помахал рукой молодым людям, сидевшим в той машине. Лысый парень лет двадцати пяти повернул голову и кивком головы спросил, что ему нужно. Цезарь раздраженно покрутил рукой, дав им понять, чтобы они сделали музыку тише. Но в ответ он увидел средний палец, приставленный к стеклу.
– Эй, ты! – Цезарь вышел из машины и хлопнул дверью. – Ты кому тут пальцы показываешь? Ты, сученок!
Он открыл дверь машины, схватил за куртку лысого парня и выкинул на улицу. Парень прокувыркался по асфальту несколько раз и ударился об машину Цезаря.
– Я же нормально тебя попросил, – Цезарь подбежал и с лету ударил его ногой по лицу. – Сделай! Музыку! Тише! Урод! – Он опустился к нему и несколько раз ударил его кулаком по лицу. – Ты че, сука! Нормально не понимаешь что ли?
Он поднялся и пнул его ногой в живот, парень скрючился и закашлялся. Затем он отшвырнул его от своей машины, подошел к восьмерке, заглянул в салон и выключил музыку. Молодые люди, сидевшие в машине, просто вытаращились на него и не сказали ни слова. Проезжавшие мимо водители, опешивши смотрели на происходящее. Цезарь сел в свой автомобиль, хлопнул дверью и раздраженно поехал вперед.
Припарковавшись на стоянке возле Центральной больницы, Цезарь вышел из машины и направился к входу. Зайдя внутрь здания, он подошел к регистратуре, и узнал в какой палате лежит Марков Григорий. Третий этаж, палата 305. Он купил бахилы в автомате, надел их и направился к лестнице. Поднимаясь по пролету второго этажа, в него врезалась молоденькая медсестра, она явно куда-то очень спешила. У нее были слегка растрепанные темные короткие волосы, торчащие из-под белой шапочки, маска на лице и белый халат, с расстегнутыми пуговицами. Один рукав был закатан и Цезарь увидел как она поправляет бинт на руке. Он проводил ее взглядом и стал подниматься далее.
Поднявшись на третий этаж, он прошел вперед по коридору до палаты 305. Он подергал ручку двери, и в тот момент как она открылась, на Цезаря повалился взрослый мужчина. На его голове была ссадина, и по-видимому он был без сознания. Через метр от него лежал еще один человек. Его Цезарь узнал сразу же, это был капитан Морлов. Он лежал возле окна, по его лицу тонкой струйкой стекала кровь. На кровати справа от него, Цезарь увидел лежащего человека. Руки его были привязаны к дужке кровати ленточкой от цветов. Сверху, на его лице лежала подушка.
– Гриша…
Глава 40
Дмитрий Морлов и Сергей Мальцев спускались по лестнице на третий этаж больницы. Весь свой путь они вспоминали дело Цезаря Антипова.
– Как там было, Дима? Напомни мне, – Сергей поправил кожаную сумку у себя на плече.
– Как, как? Да как всегда, Серега, – Дмитрий остановился на лестничной площадке и повернулся к Мальцеву лицом. – Антипов так уделал одного барыгу, что тот, даже когда пришел в себя, остался овощем. Пробил ему голову какой-то железкой, орудие так и не нашли. Может этот бедняга на его территории наркоту возил, может продавал, главное что он дорогу перешел Цезарю. И все это действие видела одна девушка. Она позвонила в полицию, все рассказала, дала точное описание, мы все радостные, думали, ну все, допрыгался Антипов. А в день суда она полностью отказалась от своих показаний и не опознала подозреваемого.
– В отказ значит пошла? Испугалась?
– Ага. Скорее всего, дружки выцепили ее, ну и сам знаешь, как это бывает. Девушка молодая, испугалась и в отказную. Этот мудак снова выкрутился. Но после этого стал себя тише вести.
– Поумнел что ли? – Сергей усмехнулся.
– Ага. Поумнел. На хрен бы такие умные в нашем городе не нужны.
– Ну вот, наверное после того случая эти умники и начали скупать прачечные да заправки и через них, по-тихому деньги отмывать.
– Ну да. Больше я о нем не слышал, по крайней мере после того случая. – Дмитрий открыл дверь на третий этаж и пропустил своего товарища вперед.
– Ну, видимо снова эти парни во что-то такое вляпались. Сейчас посмотрим, как разрисовали этого Маркова. Врачи говорят, тяжкие телесные.
Сергей подошел к двери с номером 305 и провернул ручку. Дверь открылась, Мальцев сделал шаг вперед и увидел как медсестра, сидя сверху на пациенте, душит его подушкой. Руки лежавшего на кровати привязаны к дужке, и он не оказывает сопротивления, по-видимому, Марков уже мертв. Девушка повернула голову и увидела Сергея. Волосы ее были аккуратно сложены и прикрывались белой шапочкой, на лице была маска, а на руках медицинские перчатки. В глазах чувствовался страх и растерянность.
– Стоять! – Сергей, опешив, потянулся к кобуре за пистолетом. – Стоять на месте! – Он выхватил свой «ПМ» и направил ствол на медсестру.
Девушка медленно перелезла через тело, лежавшее на больничной кровати, опустила ноги на пол и встала в полный рост. В палату зашел Дмитрий и раскрыл глаза от удивления. Увидев его, девушка опустила голову вниз.
– Че за дела? – Морлов сделал еще пару шагов вперед, чтобы осмотреть все произошедшее в комнате. – Ты кто такая? – Но в ответ он ничего не услышал. – Сними маску! – Медсестра, все также молча стояла на месте и не шевелилась. – Ты глухая что ли?