Чтение онлайн

Доминго Чавез, Ромео Два, дважды выстрелил мужчине двумя патронами 45-го калибра в лоб. Падая, тот отступил на несколько шагов.

Динг встал, слегка расслабившись теперь, когда с последней угрозой было покончено, и потянулся за свежим магазином для своего УПП. Делая это, он наблюдал за спотыкающимся часовым, ожидая, что тот упадет на холодную бетонную крышу.

Но у тела мертвеца были другие планы. Движение назад продолжало относить его назад, и Чавез в одно ужасное мгновение осознал, что тело упадет с крыши. Он приземлялся кучей перед дверью внизу, прямо в свете фонарей, освещающих человека, выходящего из вертолета.

Говно! Чавез рванулся по крыше, отчаянно пытаясь поймать часового до того, как тот свалится и сдаст всю операцию прямо в ее самом уязвимом месте.

Динг выпустил свой ХК, оторвался от земли и в воздухе изо всех сил потянулся к мертвецу.

Боевик Джамаат Шариат упал навзничь с края крыши.

79

Исрапил Набиев выбрался из вертолета и вышел на свет. Перед ним в снегу возвышалось огромное здание. Тридцатидвухлетний лидер Джамаат Шариат прищурился и сделал шаг по твердому снегу, затем еще один, каждый шаг приближал его к свободе, к которой он стремился все эти долгие месяцы, проведенные в плену.

Приклад автомата ударил Набиева по затылку, отчего он повалился на снег. Удар оглушил его, но он снова поднялся на колени, попытался встать и снова ходить, но двое охранников из вертолета схватили его сзади и закрепили запястья металлическими наручниками. Они развернули его и втолкнули обратно в вертолет.

— Не сегодня, Набиев, - сказал один из мужчин, перекрывая вой вертолетных двигателей. ЦУП системы "Рокот" очень похож на ЦУП системы "Днепр", не так ли?

Исрапил Набиев не понимал, что происходит. Он не знал, что находится в пятнадцати милях к западу от объекта "Днепр", и его обманули, заставив думать, что его передают Сафронову и Джамаат Шариат. Вертолет снова поднялся в воздух, развернулся в режиме зависания, а затем улетел прочь от ярких огней.

Георгий Сафронов убрал свой "Макаров" в кобуру и жестом приказал отправить заключенных к ожидавшему вертолету российских ВВС. Американские, британские и японские мужчины и женщины, все закутанные в тяжелые пальто, гуськом прошли мимо него на свет. Впереди них бородатый мужчина подошел ближе; теперь он был всего в тридцати метрах. Георгий разглядел улыбку на лице мужчины, и это заставило улыбнуться самого Георгия.

Сафронов заметил, что заключенные двигались быстрее Набиева, и сделал знак своему соотечественнику ускорить шаг. Георгий хотел крикнуть ему, но двигатель вертолета был слишком громким даже здесь.

Он еще раз махнул рукой вперед, но Набиев не подчинился. Он не выглядел раненым - Георгий не мог понять, в чем дело.

Внезапно мужчина остановился на парковке. Он просто стоял там, лицом к зданию.

В одно мгновение восторг Сафронова сменился подозрительностью. Он почувствовал опасность. Его глаза осмотрели стоянку, вертолет позади, заключенных, спешащих к нему.

Он ничего не видел и не знал, какая опасность таилась в темноте за огнями. Он сделал шаг назад, вглубь коридора, прячась за дверью.

Он посмотрел на Набиева и заметил, что тот снова двинулся вперед. Сафронов все еще сомневался. Он прищурился от света и долго вглядывался в лицо мужчины.

Нет...

Это был не Исрапил Набиев.

Георгий Сафронов закричал от ярости, выхватывая из кобуры свой "Макаров" и держа его низко за спиной.

Чавез левой рукой в перчатке ухватился за железный столб, удерживающий прожектор. Пальцы болели и горели, потому что тело Динга свисало со здания, а его правая рука держалась за штаны мертвого террориста чуть выше лодыжки. Сто сорок фунтов мертвого веса чуть не вывихнули плечо Динга из сустава.

Он знал, что не сможет забраться обратно на крышу и продолжить свою миссию, не сбросив тело, и он не мог сбросить тело, не разоблачив миссию.

Он не мог представить, что его положение станет намного хуже, но когда он увидел, что оператор российской ФСБ, переодетый Набиевым, остановился как вкопанный, чтобы посмотреть на зрелище, разыгравшееся в двадцати футах над Сафроновым и его боевиками у входной двери, Чавез просто снова и снова качал головой, надеясь заставить этого человека двигаться. К счастью, тот снова пошевелился, так что Динг снова сосредоточился на том, чтобы не уронить тело и не ослабить хватку.

Именно в этот момент над собой в заснеженном небе он заметил движение нескольких фигур.

"Радужные" агенты под своими парашютами.

А внизу, в двадцати футах от носков своих раскачивающихся ботинок, он услышал выстрелы.

Сафронов приказал одному из своих людей выйти к Набиеву и проверить его на наличие взрывчатки. Боевик-дагестанец подчинился без вопросов; он выбежал на свет и снегопад с винтовкой в руке.

Он пробежал десять футов, прежде чем развернулся на подошвах своих ботинок и замертво рухнул на тротуар. Георгий увидел вспышку снайперского выстрела в темноте с дальней стороны вертолета.

— Это ловушка!
– крикнул Георгий, поднимая свой "Макаров" и стреляя из него в самозванца, одиноко стоявшего в центре парковки. Сафронов израсходовал семь патронов менее чем за две секунды.

Бородач на снегу сам вытащил пистолет, но, получив несколько ранений в грудь, живот и ноги пулями из "Макарова", он пошатнулся и упал.

Георгий отвернулся от двери. Он побежал к ЦУП, все еще держа пистолет в руке.

Двое вооруженных людей, которых Сафронов оставил в дверях, подняли автоматы, чтобы прикончить корчащегося человека, но как раз в тот момент, когда они приготовились открыть огонь, в поле их зрения свалилось тело. Это был один из их товарищей с крыши. Он врезался в ступеньки перед дверью, прямо перед ними, и это отвлекло их внимание от прицелов винтовок в критический момент. Оба мужчины быстро осмотрели тело, затем направили оружие на раненого самозванца, стоявшего в двадцати пяти ярдах от них.

Пуля снайпера попала боевику справа в верхнюю часть груди, отбросив его обратно в вестибюль ЦУП. Четверть секунды спустя еще одна пуля, выпущенная вторым снайпером, попала другому мужчине в шею, повергнув его поверх своего товарища.

Чавез забрался обратно на плоскую крышу и перекатился на колени. У него не было времени оценить себя на предмет травм, у него было время только поднять оружие и побежать к лестнице. Его первоначальный план, разработанный им с Кларком, состоял в том, чтобы пробить вентиляционную шахту ЦУП, похожую на бункер. Она была шириной почти сорок дюймов и выходила сюда, на крышу. Отсюда он мог спуститься прямо к вентиляционному отверстию над ЦУП, выбраться во вспомогательный генераторный отсек, отключить резервный генератор энергии для всего здания, остановив охлаждение при запуске.

Но этот план, как и многие другие планы в столь долгой карьере военного и разведчика, как у Динга Чавеза, провалился, даже не начавшись. Теперь ему оставалось только в одиночку преодолеть ЦУП, спуститься вниз и надеяться на лучшее.

Поскольку все агенты "Радуги" выпрыгнули с парашютами из массивного вертолета "Ми-26" на высоте пяти тысяч футов, зоной их высадки была задняя стоянка ЦУП. Их прыжок был рассчитан так, чтобы у Чавеза была возможность снять часовых с крыши здания, но они приближались так близко, что не могли быть уверены в его успехе. По этой причине все они носили на груди свои MP-7 с прикрепленными глушителями и оружием, готовыми отразить любую угрозу, даже если им пришлось бы сражаться, все еще находясь на пути вниз.