Под сенью пророчества
Шрифт:
– Прощаю, - сквозь слезы улыбнулась она, - и ты прости меня, что ничего не сказала тогда. Клянусь, я хотела, но не смогла! И я отказалась стать твоей женой...
– Из-за бесплодия?
– тихо спросил он, - жаль, что уезжая, я не знал об этом. Я не хотел делать тебе больно, но сделал...
– Мы оба тогда ошибались, милый, - шепнула Лия, нежно касаясь его щеки, - видно, так было нужно. Главное, что сейчас мы снова вместе! Я уже почти и не надеялась...
Коррис на миг прикрыл глаза, наслаждаясь ощущениями ее рук на своей коже, и Лиасса встрепенулась:
– Тебе плохо? Ложись, тебе надо отдыхать!
– Мне очень хорошо, - качнул он головой, - пожалуй, так хорошо мне было только один раз в жизни. Тогда, в Каррасе...
Лиасса вспыхнула, а затем сдвинула брови:
– И всё же тебе лучше лечь, это предписание целителя. Как и усиленное питание!
– Я не стану спорить с целителем, только ты не уходи, ладно?
– с надеждой посмотрел на нее Коррис.
– Я лишь принесу еду, тебе обязательно нужно поесть!
Лиасса помогла ему вернуться в постель и, нежно поцеловав его в щеку, ускользнула раньше, чем он успел ее удержать. Через несколько минут она вернулась с подносом, и от одного вида и запаха еды у Корриса потекли слюнки. Потянувшись к чашке с куриным бульоном, он вдруг остановился:
– Лия, я долго голодал, мне можно...
– Да, - кивнула она, - я все вылечила.
У нее вдруг изменилось лицо, она едва слышно прошептала:
– Я думала, умру, когда увидела тебя таким. Бедный мой...
– Радость моя, все это уже позади, - он переплел ее пальцы со своими, - теперь мы вместе, а все враги повержены.
Сметя все до последней крошки, он снова лег, почувствовав усталость, а Лиасса опустилась рядом с ним на кровать. Он положил голову ей на колени и тихо признался:
– Мне до сих пор кажется, что все это лишь сон, и скоро я проснусь и снова буду чувствовать лишь боль и тоску.
– Когда я увидела тебя, - Лиасса на миг сжала зубы, гладя его по голове, - впервые в жизни мне захотелось стать безжалостной убийцей, чтобы вывернуть наизнанку того, кто сотворил это с тобой!
– Шш, милая, оставь убийства мне, хорошо? Ты мое светлое чудо, тьма - это моя ноша...
– Не говори так, я не хочу слышать ничего о тьме. Для меня ты - мой свет. Ох, Кор, как же я по тебе стосковалась...
Он притянул ее к себе, целуя, наслаждаясь тем, как доверчиво она прильнула к нему и купаясь в ее нежности. Поцелуй оборвался только когда они оба начали задыхаться, после чего Коррис чуть отстранился и спросил:
– Милая, я не вижу на тебе никаких артефактов. Значит ли это, что ты больше не связана с родом Эс'Шери?
– Только кровным родством и любовью: они стали мне подлинной семьей. Но я больше не Глава Эс'Шери, если ты об этом.
– Раз это так... Лия, родная, ты станешь моей женой?
Лиасса закусила губу. И как рассказать ему о том, что для всех вокруг они уже давно супруги? Растерянность ее не укрылась от Корриса, который вдруг почувствовал себя так, словно его ударили: неужели даже теперь она ему откажет? Он бессильно опустил руки, но Лия удержала его:
– Я буду твоей женой, но ты должен до этого узнать кое-что, надеюсь, это не изменит твое решение...
– Его ничто не изменит, - ответил он, с невероятным облегчением прижимая ее к себе, - давай ты мне все расскажешь! Что произошло с момента нашего расставания, как я очутился здесь, где мы находимся, все, чем ты захочешь со мной поделиться... Я мечтаю узнать о тебе все, и тебе расскажу все, о чем ты захочешь узнать...
Лия счастливо вздохнула и улыбнулась:
– Это будет очень долгий разговор! А где мы... Неужто не узнал?
– Это похоже на мой дом...
– Это и есть он. А то, что я хочу - должна - тебе рассказать...
– она как-то беспомощно оглянулась по сторонам, - словом, я лучше покажу! Как ты себя чувствуешь, сможешь дойти до другой комнаты?
– Смогу, конечно, - улыбнулся Коррис, с любопытством наблюдая за тем, как замешательство на ее лице сменилось решимостью, - только надо одеться!
– Где... ага, вот, - она протянула ему халат, - идем, если тебе будет тяжело, обопрись на меня. И не смотри так, я сильная!
– Я знаю, - он нежно провел пальцами по ее скуле, - мой храбрый воин.
Обнимая девушку за талию - не потому, что ему нужна была поддержка, с каждой минутой он чувствовал, как прибывают силы, а ради удовольствия прикасаться к ней - Коррис вышел в коридор. Удивительно, но старый особняк явно жил: негромкие звуки, запах вкусной еды, да и вся обстановка в доме неуловимо переменилась, словно в него вернулась душа. Лия тревожно взглянула на него и тихо произнесла:
– Я все объясню попозже, хорошо?
Он поцеловал ее в висок, ответив:
– Милая, мне все нравится!
Она как-то неуверенно кивнула. Через несколько шагов они остановились перед дверью, Лия еще раз посмотрела на него и, закусив губу, толкнула дверь.
Коррис шагнул следом и замер, не в силах поверить тому, что видит. Лиасса посмотрела на его потрясенное лицо, сделала знак няне выйти и, когда та притворила за собой дверь, тихо произнесла:
– Это Дариэн и Элира, через неделю им исполнится пять месяцев.
Коррис сделал несколько шагов на ватных ногах и опустился на колени рядом с кроватками, жадно вглядываясь в личики сладко спящих детей. Почти пять месяцев, а это значит, та ночь в Каррасе... Протянув руку, он коснулся щечки мальчика, а тот вдруг открыл серые, так похожие на его глаза, и принялся рассматривать его. По-прежнему стоя на коленях, мужчина поднял глаза на полное тревоги лицо Лиассы и произнес хриплым от бушующих в душе чувств голосом:
– Они прекрасны, как и ты! Элира... Так звали мою маму...
– Я знаю. Честно говоря, мне хотелось назвать дочку в честь моей мамы, но мне сказали, что это имя не подходит для аристократки.
– Но как?! Меня уверили, что это невозможно!
– Я тоже так считала... Это дар Маэры: я по-прежнему бесплодна, но в ту ночь, когда изменилась наша судьба, она - и кое-кто еще - дали мне шанс на то, о чем я так отчаянно мечтала. Ты не сердишься?
Коррис с недоумением посмотрел на нее, не веря, что она вообще могла спросить такое! И сейчас смотрела на него так робко, словно боялась, что он... оттолкнет ее?! Одним гибким движением он поднялся, сгреб ее в охапку и принялся целовать, шепча, как он счастлив и как благодарен ей. Лия с восторгом отвечала ему, млея от счастья и задыхаясь от нежности, которой он ее окутывал.