Чтение онлайн

– Теа Фиара, я буду продолжать занятия.

– Отлично, теа Лиа, вы приняли мудрое решение. Приятно встретить в столь юной девушке подобную рассудительность. Что ж, тогда я жду вас как обычно, а сейчас вы можете идти.

– Благодарю, теа Фиара, и доброй ночи.

Выйдя на улицу, Лия широко - совсем не по этикету - улыбнулась. Душа ее пела от радости, похвала строгой теи Фиары буквально окрылила девушку. Впрочем, она и без того заметила, что в последнее время слышит все меньше ехидных выпадов в адрес своих манер и речи. Даже недолюбливающий ее преподаватель истории стал меньше к ней придираться...

Из всех предметов Лия больше всего любила зельеварение и изучение строения человеческого тела, ведь именно на них она могла быть собой и заниматься тем, что было важно для нее как для будущего целителя. Конечно, занятия в трупарне удовольствия не приносили, но постепенно становились чем-то привычным. Тем более что ей удалось-таки придумать зелье, отключавшее обоняние, хоть и заняло это целых две недели. Правда, сама Лия была им недовольна: действовало оно целых четыре часа и при этом слегка затрудняло дыхание. Однако это ничуть не мешало Мирае, которая с радостью им пользовалась, да и кое-кто из учеников-парней прибег к нему. И это совершенно неожиданно оказалось для девушки источником дохода, за что благодарить следовало подругу: именно она заявила Лие, что отдавать зелья бесплатно всем подряд - глупо и, не слушая ее робких возражений, попросту сообщила одногруппникам расценки...

Физическая подготовка и землеописание не вызывали у Лии особых трудностей, да и преподаватели по этим предметам не делали особых различий между нею и другими учениками. Разве что были немного придирчивей, но девушку это не пугало, учиться ей нравилось. Намного сложнее было с иностранным языком и историей. С иностранным потому, что приходилось скрывать свои подлинные в нем успехи, ведь она уже могла свободно и без малейшего акцента говорить на кшасском! Но даже при этом во время занятий она все время ловила на себе взгляд Диара, лишь усилием воли удерживая себя от реакции на него. Что же касается истории... О, там все было сложнее!

Книги, что читала Лия, и беседы с теном Гираном привели ее к выводу, что их преподаватель нарочно искажает историю, выставляя магов во всех конфликтах образцом благородства. Но спорить с ним... нет, делать этого она не собиралась! Так что приходилось все время держать голову опущенной, чтобы преподаватель не заметил мятежный блеск ее глаз. И учить ту историю, что он давал им, зная о ее лживости...

К большому огорчению Лии ей не удалось ничего выяснить об истории пленных кшаси. Как сказал ей тен Гиран, события той войны вряд ли скоро попадут в книги, и даже когда попадут - не факт, что информация будет полной и правдивой. Вообще с библиотекарем у Лии образовалось что-то вроде взаимовыгодного сотрудничества: он советовал ей книги, необходимые для того, чтобы стать "по-настоящему образованным человеком" и нередко обсуждал их с девушкой, а она помогала ему в работе. Ничего особенного: составить каталог, внести в него новые книги, помочь в починке особо ветхих, переписать то, что восстановлению не поддавалось... Несколько часов работы в неделю не составляли для девушки особой сложности, зато благодаря этому она фактически платила за уделяемое ей время.

Словом, все было хорошо, если не считать того, что в последний месяц на нее начали обращать внимание парни. Нет, никто за ней не ухаживал и не говорил комплиментов, но оценивающие взгляды на себе она чувствовала все чаще. Говорить об этом с Мираей Лия не хотела, а кроме той у нее так и не появилось даже приятельниц. Так что единственным человеком, с которым Лия могла поделиться и спросить совета, оставалась Хания. Да, была еще теа Фалина, относившаяся к Лие с симпатией, особенно после того как вылечила ее зельем спину, но девушка не хотела чувствовать себя должной хоть кому-нибудь в Школе. Почему - она и сама не понимала, но за последние месяцы научилась доверять своей интуиции.

Посоветоваться с Ханией... Идея неплохая, но Лия боялась разволновать Ханию, та была беременна, и страдала совершенно невероятными перепадами настроения: могла сиять от радости, а через минуту рыдать навзрыд. Потом все проходило, она просила прощения у мужа и Лии... чтобы через какое-то время сорваться вновь. Слабые успокоительные настои ей почти не помогали, а сильные травник, посоветовавшись с Лией, ей не давал, опасаясь побочных действий.

В результате Лия решила не обращать внимания на взгляды, держать взор опущенным и стараться как можно меньше общаться с сокурсниками. Ну а со старшими курсами она и вовсе не сталкивалась, проводя немногие свободные часы за книгами в своей комнате.

К тому времени, когда Лия добралась до Школы, уже совсем стемнело. Задумавшись, она лишь в последний момент обратила внимание на выезжавшую из ворот карету без гербов, заметив в окне четкий профиль директора. "Интересно, он в последнее время постоянно куда-то ездит по вечерам, да еще в карете без гербов, точно заговорщик какой, - отметила девушка, - хотя кто знает, может, у него любовница завелась. Вот рея Виарри расстроится!" То, что преподавательница магии Земли рея Виарри любовница директора, не было секретом ни для кого в Школе. Кроме самой Лии, которую лишь пару дней назад просветила всезнающая Мирая. "Хотя какое мне дело? Лучше пусть будет любовница, чем заговор!"

Фыркнув, девушка взбежала на пятый этаж общежития, в очередной раз радуясь возможности побыть наедине с собой. И с книгами, что ждали ее на столе...

Эрант. Имперская канцелярия, следующий день.

Коррис взглянул на здание Имперской канцелярии и вздохнул. Что ж, вот сейчас он и узнает, что грозит ему за самовольно принятые решения...

Две недели назад Мерв, Шарт и Вирет вернулись в Листан, передав приказ рена Нерана о немедленном возвращении в столицу. За два до этого в Понвар прибыл новый наместник, а на шахты - новый управляющий, так что Коррис передал все дела, навестил напоследок рею Аристу и рена Диста, и побывал в качестве почетного гостя на празднике, который устроили жители близлежащих поселков и деревень для его отряда. Надо сказать, это капитана немало удивило: сам выросший в деревне, он прекрасно знал, что весна у селян голодное время. Впрочем, многие из местных мужчин работали на шахтах и считали Корриса и его отряд своими спасителями...

Последний месяц в Листане выдался довольно спокойным. Пропажи людей прекратились, шахты работали как должно, маги присмирели... Так что парни Корриса поймали пару десятков контрабандистов, уничтожили банду разбойников в лесах около Понвара, а также раскрыли шайку воров-домушников, орудующую в столице провинции. Последнее было заслугой Урика, чья душа не вынесла "поношения благородного искусства воровства". Как тот сказал Коррису: "да я с завязанными глазами и ушами проделал бы все изящней!"

В свободное время солдаты развлекались: пили, играли в карты и кости, волочились за служанками да деревенскими девицами, которые оказались весьма благосклонны к щедрым героям - после завершения работ в пещере Коррис выдал им премию. Сам же Коррис весьма приятно проводил время с Анирой, которая искренне огорчилась, узнав о его скором отъезде. Впрочем, подаренные им на прощание сережки с аметистами мгновенно заставили ее глаза засиять от радости.

Дорога в столицу была утомительной: отряд ехал с максимально возможной скоростью, заботясь лишь об одном - не запалить коней. Больше всего Коррис боялся за кристаллы Крови Богов. Шахтерам удалось найти лишь двадцать семь кристаллов, и капитан хранил их как зеницу ока, оставляя в обязательном порядке караул даже при ночевках на постоялом дворе. Вот и сейчас они находились при нем - откровенно говоря, капитан мечтал поскорее передать их рену Нерану или принцу и освободиться от этой ответственности...

Принц Ориан и рен Неран уже ожидали его. Войдя, Коррис склонился в поклоне:

– Ваше Высочество, рен Неран, добрый день.

– Добрый день, рен Коррис, - голос принца был холоден и резок, - садитесь и рассказывайте. Все подробно, ваше донесение было чересчур кратким!

– Ваше Высочество, я боялся того, что мой посланец может быть перехвачен...

– Это понятно. Итак, начните с момента вашего прибытия в Листан...

К концу рассказа Коррис чувствовал себя так, как будто его вывернули наизнанку. Принц и рен Неран выспрашивали обо всем в деталях, практически никак не выдавая своего отношения к его истории. Наконец капитан закончил: