Чтение онлайн

И вот сейчас, она, прелестная Николь Андерсон, дочь Стивена и Лоры Андерсон, должна стать зачинщицей очередной битвы… Битвы света и тьмы, добра и зла… А к черту! Как ни назови! Она не сможет сделать это. Колени подогнулись, она покачнулась и начала валиться набок.

Антых в долю секунды оказался рядом и подхватил ее. Его руки, несмотря на скрытую в них огромную грубую силу, оказались достаточно нежными. От него пахло лесом и потом. Аромат этот возбуждал желание. Теперь Николь знала, как избавиться от нахлынувшей хандры.

– Прогуляемся! – прошептала она ему на ухо. В ответ Антых лишь едва заметно кивнул.

– Диего, – уже громко сказала Николь, – Оставайся здесь и поглядывай вокруг.

– Хорошо, – безразлично ответил латиноамериканец, продолжая рассматривать окрестности через оптику немецкого бинокля.

– Мы можем победить? – спросила Николь.

Они лежали голые на большом плоском камне, на самом краю глубоко обрыва. Их тела были обласканы холодным ветром и тусклым светом молодой луны.

– Не думай об этом, – очень нежно для того, в чьих жилах текла волчья кровь, проговорил Антых, – Это все случится только завтра ночью. Завтра ночью мы войдем в деревню Хранителей и прольем первую кровь. Что будет дальше, не знает никто. Размышлять об этом сейчас бессмысленно.

– Ты прав, наверное, – выдохнула Николь, потом повернулась к нему, приподнялась на локте левой руки, а правую запустила вниз.

Там она без труда нащупала то, что искала. Физические данные Антыха были превосходными. Это был однозначно лучший мужчина в ее жизни. И она сомневалась, что в мире есть кто-то, кто может с ним потягаться. Разве только тот брюнет с фотографии в кабинете Петра Строганова. Его голубые как небо глаза… Антых вошел в нее, и все мысли смыло волной возбуждения. Она задвигалась в такт его движениям, вонзая ногти в мощную спину. А через пару минут ее крик понесся вниз, отражаясь от угрюмых скальных стен.

Они спустились к палатке, когда уже рассвело. Диего готовил кофе и горячие бутерброды. От ароматов еды и кофе у Николь побежали слюнки.

– Ты просто умница! – улыбнулась она.

– Кушайте на здоровье! – чуть натянуто улыбнулся в ответ Диего и поставил на импровизированный стол большую тарелку с бутербродами.

– Ветчина, сыр и итальянские травы, – промурлыкала Николь, отправляя в рот первый кусочек.

Антых молча взял чашку с кофе и сделал несколько больших глотков.

– Позавтракаем и нужно отправляться, – сказала Николь, – до монастыря шесть-семь часов пути.

– Мы должны войти туда на закате, – кивнул Антых.

– То, что там будет происходить, – проговорила Николь, – Как это все выглядит?

Вакхаф наградил ее долгим тяжелым взглядом, и только потом ответил:

– Мы войдем, потом все уснут, – Антых покачал головой, – Через несколько часов они проснутся другими.

– Накхефами? – спросила девушка. – Да.

– И что, – вмешался Диего, – сильны эти ваши Накхефы?

– Сильнее обычных людей.

– И они будут на нашей стороне?

– Они подчинятся нашей воле, моей воле, – Вакхаф допил кофе и отставил чашку в сторону, – Что с оружием?

– Все как договаривались, – сказала Николь, – повозка с ножами спрятана в пещере, недалеко от монастыря.

– Сколько там? – спросил Антых.

– Две тысячи штук.

– Более чем достаточно, – довольно кивнул Вакхаф.

– Хорошо, – кивнула в ответ Николь, – А теперь давайте собираться.

Они свернули палатку, сложили вещи в объемные рюкзаки и выстроившись гуськом отправились в путь. Диего шел первым, за ним шагала Николь, Антых замыкал колонну. Через четверть часа Николь заметила призрачную тень, мелькнувшую по правую сторону от тропы. Через несколько минут еще одну и еще. Она обернулась к Антыху:

– Это те о ком я думаю?

– Это мои братья, – сказал король Вакхафов и на его лице появилась гримаса, которая, очевидно, должна была заменить довольную улыбку.

Троица продолжала свой путь по затерянной высоко в великих Горах извилистой тропе, в сопровождении пятнадцати призрачных теней. Каждый их шаг неотвратимо приближал час кровавой битвы. Битвы между Темным Спутником и прекрасной Звездой.

Горы встретили их гнетущим завыванием холодного ветра и низкими темно-серыми тучами. На всем пути до деревни Давида не оставляло ощущение, что в каждую следующую секунду эти тучи разразятся проливным дождем.

Никита Вернов, который безмерно удивил Лившица еще в аэропорту заговорив с подошедшим человеком на совершенно недоступном, похожем на птичий, языке, сидел впереди. Поначалу он о чем-то весело болтал с водителем, но потом, видимо убаюканный жужжанием кондиционера и мерным звуком двигателя, уснул.

Сам Давид развалился на заднем сиденье новенького китайского внедорожника и был полностью поглощен созерцанием волшебных тибетских пейзажей.

Они постепенно поднимались все выше и выше. И когда скалы по правой стороне дороги расступались, и они некоторое время двигались по краю заросшего лесом обрыва, у Давида Лившица захватывало дух. Открывавшийся в эти моменты вид был потрясающим.

Лившицу казалось, что он никогда не устанет любоваться прелестью Больших Гор. Но после пятого маленького глотка из прятавшейся во внутреннем кармане куртки фляжки, сон сморил и его.

Лившица разбудил как всегда улыбавшийся Вернов.

– Мы приехали? – пробурчал Давид, потягиваясь.

– Да, мы на месте, – кивнул его русский попутчик.

Лившиц выбрался из машины. К моменту их приезда уже стемнело. Никита стоял, держа в руках керосиновую лампу. Деревня выглядела пустой. Только один человек, направлялся к их машине. Это был низенький старичок с забавной косичкой на голове. Он прихрамывал на левую ногу и поэтому шел достаточно медленно. Двое приехавших европейцев молча ждали пока он подойдет.

Наконец старичок приблизился к двум мужчинам и, поклонившись, пролепетал что-то. В ответ Никита покачал головой и сказал что-то на том самом птичьем языке, которым удивил Давида еще в аэропорту. Старичок понимающе закивал и выдал длинную тираду. Лившиц посмотрел на Вернова. Тот был абсолютно спокоен и согласно кивал.

Когда старичок с косичкой замолчал, Давид спросил, обращаясь к своему попутчику:

– Надеюсь, у нас не возникло непредвиденных сложностей?

– Неее, только предвиденные, – улыбнулся Никита. – косоглазый утверждает, что никак не смог раздобыть свинину и поэтому нам с тобой придется кушать вяленного яка. Ха, яка! Ты как насчет яка?