Чтение онлайн

Он посмотрел на нее.

Она кивнула:

– Верно. Я могла выразиться и получше. Прости. Я все еще учусь.

– А что?.. – Он попытался проглотить вставший в горле ком. – Что все-таки происходит?

Она сказала:

– Происходит то, что ты прожил жизнь. Ты делал, что делал, а теперь она закончилась. По крайней мере, часть ее. И когда ты будешь готов уйти отсюда, я отведу тебя к Хьюго. И он все тебе объяснит.

– Уйти, – пробормотал он. – К Хьюго.

Она покачала головой:

– Ну да, в каком-то смысле это так. Потому что он – перевозчик.

– Кто-кто?

– Перевозчик, – повторила она. – Он поможет тебе осуществить переход.

Его мозг лихорадочно работал, не в силах сосредоточиться на чем-либо. Все это было слишком сложно для понимания.

– Но я думал, это ты должна…

– Ах. Я тебе нравлюсь. Мне очень приятно. – Она рассмеялась. – Но я всего лишь Жнец, Уоллес. Моя задача – доставить тебя перевозчику. А он уж сделает все остальное. Сам увидишь. Когда мы окажемся там, все станет просто. Хьюго именно так воздействует на людей. Он все тебе объяснит еще до перехода. Даст ответы на беспокоящие тебя вопросы.

– Переход, – глухо проговорил Уоллес. – Куда?

Мэй наклонила голову:

– Ну, к следующему этапу.

– На небеса? – Он сильно побледнел, его пронзила ужасная мысль. – В ад?

Она пожала плечами:

– Ну конечно.

– Это ничего не объясняет.

Она сказала со смехом:

– Знаю. Но все это так весело. Вот я и веселюсь. А ты?

Нет, ему было не до веселья.

Она не торопила его. Они оставались на том же самом месте, даже когда на небе начали проступать розовые и оранжевые полосы – мартовское солнце медленно клонилось к горизонту. Они по-прежнему сидели там, когда приехал обещанный бульдозер. Им ловко управляла женщина с зажатой в зубах сигаретой, дым она выдыхала через нос. Яма была засыпана быстрее, чем ожидал Уоллес. К тому времени, как женщина закончила с этим, начали появляться первые звезды, в загрязненном небе над городом они казались блеклыми.

Такие вот дела.

От Уоллеса Прайса остались лишь горка земли и тело, годившееся исключительно на корм червям. Это был совершенно опустошающий опыт. Уоллес никак не ожидал, что все будет вот так. Странно, подумал он. Очень и очень странно.

Он взглянул на Мэй.

Она улыбнулась ему.

Он сказал:

– Я… – И не смог сообразить, как закончить фразу.

Она коснулась его руки.

– Да, Уоллес. Все это взаправду.

И – о, чудо из чудес – он поверил ей.

Она сказала:

– Тебе хочется познакомиться с Хьюго?

Нет. Ему не хотелось знакомиться с ним. Хотелось убежать. Хотелось кричать. Хотелось негодующе воздеть кулаки к звездам и прореветь о всеобщей несправедливости. У него были планы. У него были цели. Столь многое оставалось несделанным, а теперь он никогда… он не сможет…

Он вздрогнул, почувствовав, что у него по щеке катится слеза.

– У меня есть выбор?

– В жизни? Всегда.

– А в смерти?

Она пожала плечами:

– Смерть немного более… регламентирована. Но это ради твоей же пользы. Клянусь, – быстро добавила она. – То, что все происходит именно так, не случайно. Хьюго все объяснит. Он очень крутой парень. Сам увидишь.

Но лучше ему не стало.

И все же, когда она встала и протянула ему руку, он секунду-другую смотрел на эту руку, а потом взял ее в свою и позволил помочь ему подняться.

Он обратил лицо к небу. Вдохнул и выдохнул.

Мэй сказала:

– Возможно, ощущение будет странным, потому что в этот раз мы переместимся на большее расстояние. Все закончится раньше, чем ты поймешь это.

И не успел он отреагировать на ее слова, как она снова щелкнула пальцами, и за этим последовал мощный взрыв.

Когда они приземлялись на мощеную дорогу в чаще леса, Уоллес пронзительно кричал. Воздух был холодным, но, хотя он кричал без передышки, из его рта не вылетало облачко пара. Все казалось неправильным. С какой стати ему холодно, если он уже умер? Он действительно дышит или… Нет. Нет. Надо сосредоточиться. Сосредоточиться на том, что происходит сейчас. Не все сразу.

– Ты в порядке? – спросила у него Мэй.

Он понял, что все еще кричит, и закрыл рот, больно прикусив язык. Что, разумеется, еще больше вывело его из равновесия. Разве он способен чувствовать боль?

– Нет, – пробормотал он и отпрянул от Мэй, его мысли перепутались, образовав огромный клубок. – Нельзя просто так взять и…

И тут на него налетела машина.

Подождите.

Машина должна была сбить его. Она была совсем близко, фары у нее горели. Он успел закрыть лицо руками, но машина проехала сквозь него. Краешком глаза он увидел, как в нескольких дюймах от его лица пронеслось лицо водителя. Но он ничего при этом не почувствовал.

Машина помчалась дальше и, сверкнув задними фарами, скрылась за поворотом.

Он застыл на месте, его руки были вытянуты вперед, одна нога поднята, бедро прижато к животу.

Мэй громко расхохоталась:

– Ох, чувак. Видел бы ты себя со стороны. О боже, это было потрясающе!

Он медленно опустил ногу, почти уверенный в том, что сейчас провалится сквозь землю. Этого не произошло. Его ноги стояли на земле твердо. Но он не мог унять охватившую его дрожь.

– Как. Что. Почему. Что. Что?

Мэй, продолжая хихикать, вытерла слезы.

– Виновата. Мне нужно было предупредить тебя, что такое может случиться. – Она покачала головой и неуверенно спросила: – Однако все обошлось, верно? Я хочу сказать: очень здорово, что тебя теперь не может сбить машина.

– Ты считаешь, это важно? – недоверчиво спросил он.

– Этого совсем не мало, если хорошенько подумать.

– А я не хочу думать об этом, – выпалил он. – Не хочу думать ни о чем таком!

Она неизвестно почему сказала:

– Хотеть не запрещается.

И пошла по дороге. Он смотрел ей в спину.

– Это ничего не объясняет.

– Только потому, что ты упрям как осел. Взбодрись, чувак!

Он пошел за ней, не желая оставаться один в этой глухомани. И увидел впереди, на некотором расстоянии от них, огни, по всей видимости, небольшой деревни. Местность была ему незнакома. Мэй тем временем тараторила со скоростью миля в минуту, и у него не получалось вставить хоть слово.

– Он не приверженец этикета, так что можешь не беспокоиться о том, как себя вести. И не называй его мистером Фриманом, он этого терпеть не может. Для всех он просто Хьюго, о'кей? И перестань так сильно хмуриться. Хотя это на твое усмотрение. Я не буду навязывать тебе линию поведения. Он знает, что ты… – Она закашлялась. – Ну, ему известно, что все непросто, и потому ни о чем не волнуйся. Задай все вопросы, на которые хочешь получить ответы. Для этого мы сюда и пришли. – А потом: – Ты уже видишь эту штуку?