Под слезами Бостона. Часть 2
Шрифт:
– Согласна, если ответишь, что ты делал у бара.
– Не поверишь, но шел к своему брату. У меня есть несколько вопросов по поводу моего сломанного носа, – в голосе чувствуется раздражение.
– Оу… Ну… Ничего уже не видно. Отлично зажило.
– Спасибо. Старались лучшие врачи. Но это не отменяет того факта, что я не понимаю его поведения. Я устал. И настало время во всем разобраться. Эзра не единственный, кто умеет устраивать скандал. И в этот раз ему придется меня выслушать, даже если он того не хочет.
Кажется, Шейн совершенно не знает Эзру. Ведь он никогда не станет слушать, если этого не хочет. Боюсь, этим действием Шейн только выпишет себе очередной билет в госпиталь. Надеюсь, не в морг.
– Не стоит, – робко заявляю я. – У тебя едва зажил нос. Лучше немного подождать.
– Я ждал десять лет. Терпел его эпизодические срывы. Хватит, – Шейн сжимает челюсть и уже не смотрит на меня. – Я тоже не железный. Любому терпению когда-то приходит конец. И драка на семейном торжестве – последняя капля. Я едва уговорил мать не обращаться в полицию.
– Шейн, – неуверенно касаюсь его руки, чтобы обратить внимание на себя. И он реагирует моментально, снова встречаясь со мной взглядом. – Сейчас не лучшее время. Поверь мне.
– Ты так считаешь? – прищуривается он, и я отчетливо вижу перед собой Эзру. Всего на секунду. Но этого достаточно, чтобы позвоночник усыпался дрожью.
– Да, – сглатываю я. Мне становится некомфортно. Я не должна с ним говорить. Эзре это не понравится.
– С удовольствием послушаю твои мысли по этому поводу завтра во время ужина, – улыбается Шейн. – Кит, притормози у этого бара.
– Что? Нет… – недоумеваю я. – Я согласилась только на кофе. Когда-нибудь. Может быть…
– Там безупречный кофе. Владелец ресторана – мой хороший знакомый. Он позаботится, чтобы нам подали самый вкусный кофе в городе. Дай мне свой номер.
– Нет, – хмурюсь я.
– Нет? – усмехается он. – Тогда мне придется приехать сюда и завтра.
– Нет, не надо! – не хватало еще, чтобы его увидел Эзра.
– Уже записываю, – достает телефон из кармана пиджака. – Не бойся, я просто хочу с тобой поговорить. Разве я не заслужил немного внимания за твое спасение?
Ладно. К черту. От одной встречи ничего не случится. И, возможно, я смогу как-то повлиять на примирение братьев. Ведь Шейн на самом деле ничего не знает. Думаю, им с Эзрой действительно нужно поговорить и во всем разобраться. Он ведь не причастен к смерти Джейд… И каждый имеет право на прощение.
Шейн уезжает с моим номером, а я остаюсь у бара в его пальто. Черт. Нужно спрятать его в машине.
Возвращаюсь к своей тачке и вылавливаю из-под нее телефон. Он все еще работает, но экран треснул. И на нем так и осталось неотправленное Эзре сообщение. Я тяжело вздыхаю. Больше всего хочу, чтобы он сейчас меня обнял. Но внутри почему-то так противно, как будто я предала его. Хоть я ничего и не сделала.
Удаляю черновик сообщения и кладу телефон в карман. Снимаю с себя пальто. Пахнет очень вкусно. Какими-то восточными пряностями. Быстро сворачиваю его и кладу в багажник. Видимо, на самом деле придется встретиться с Шейном. Хотя бы чтобы вернуть эту дорогущую вещь.
– Серена! – вскрикивает Стенли, едва я переступаю порог. – Где ты, мать твою, была?! Я чуть с ума не сошла!
– Все нормально, Стен, не волнуйся…
– Я уже позвонила Эзре!
«Черт. Нет».
– Давно?
– Достаточно давно, чтобы я увидел, из чьей машины ты выходила.
Меня переколачивает. Холодная дрожь усыпает тело от головы до ног.
Нет. Только не это. Пожалуйста.
Нужно обернуться, но я боюсь. Нужно посмотреть ему в глаза, но я опускаю их в пол. Нужно что-то сказать, но рот как будто набили глиной.
– Хорошо покаталась? – Эзра не приближается, и мое сердце разрывается на куски. Нет, пожалуйста, все не так, как ты думаешь. – Шейн умеет красиво ездить. Особенно по ушам, согласись?
– Эзра, я не… – разворачиваюсь к нему лицом и сталкиваюсь с ледяным взглядом. Там нет тепла, которое было в Сан-Диего. Там нет любви, о которой он говорил. Там нет больше нашей сказки.
– А ты отлично умеешь ездить по сердцу, – осколки души сыплются на пол, а глаза застилаются слезами. Нет. Все не может закончиться так. – Ты уволена. Забирай свои вещи и, будь добра, никогда больше здесь не появляйся.
– Эзра, нет! – вмешивается Стенли из-за барной стойки.
Но Эзра не обращает внимания. Он отворачивается и уходит в свой кабинет, а меня захлестывает волна слез.
«Я ничего не сделала! За что он так со мной?! С моим сердцем?!».
Я реву и едва удерживаюсь на ногах, но меня успевает подхватить Стенли.
– Господи, малышка… Что же ты натворила? Зачем? – она обнимает так крепко, а я только сильнее начинаю рыдать.
– Я ничего не сделала, Стен! – захлебываюсь слезами. – Все вышло случайно. Я не хотела! Он не имеет права так обо мне думать!
– Тише… Тшш… Успокойся. Он тоже успокоится, и вы поговорите. Ты ведь знаешь Эзру. Он вспыльчивый, но отходчивый.
– Нет! – вырываюсь из ее объятий. – Нет. Он должен выслушать меня сейчас! Он говорил, что доверяет мне. Я доверила ему всю себя! Он не может от меня отвернуться из-за какой-то херни!
– Боже. Серена… Милая. Это для него не херня. Понимаешь? Я даже представить не могу, что у него сейчас в голове. И прошу, не иди. Не иди сейчас. Дай ему остыть. Не совершай очередную ошибку.
– Он сказал, что любит меня! – взвываю я. – Он не может так со мной поступить! Я ничего не сделала!
Отмахиваюсь от Стенли и бегу в этот гребаный кабинет. Дверь заперта, и я начинаю тарабанить в нее кулаками.
– Открой! Эзра! Открой мне дверь, мать твою! Я ни в чем не виновата! – мои удары становятся сильнее, как и удары сердца. Оно в бешенстве. – Открой мне дверь или я вынесу ее на хрен! Ты не имеешь права со мной так поступать!
– А ты? – передо мной распахивается дверь, и последний удар пришелся бы Эзре в грудь, но он ловит мои руки. – Имеешь право так поступать после всего, что я тебе доверил?! Ты предала меня! Лгала мне! – затягивает меня в кабинет, как какого-то щенка. – И унаследовала это от своей матери!