Чтение онлайн

– Пойдем… – прошептала малышка и, взяв ее за руку, повела тайной тропой – в обход двора, прямиком к колокольне…

– Ты не ходи со мной… – сказала девушка, отворив тяжелую дверь, за которой в темноте виднелись ступени винтовой лестницы. – Ты, Валенька, лучше беги к маме… А я обязательно увижу тебя сверху… Хорошо?

– Хорошо!.. – воскликнула девочка и бросилась в огород.

Проводив ее взглядом через весь двор, залитый солнцем, Арина зашла внутрь колокольни и закрыла за собой дверь. Найдя в темноте гладкие и холодные перила, она ухватилась за них и начала подниматься. С каждой ступенькой на лестнице становилось все светлее, и когда наконец она оказалась около звонницы, яркий свет не ослепил ее, и Арина тут же увидела маленькую фигурку девочки, бегущей к матери.

Позолоченные кресты, возвышающиеся на куполах монастырского храма, напомнили Арине день, когда крестили ее маленькую дочь. Она закрыла глаза и тут же вспомнила, как в церкви Артем украдкой поцеловал ее… А когда они возвращались домой, сказал, что никому не отдаст ее…

– Не отдаст! Не отдаст! Не отдаст!.. – закричала она, глядя в небо, а через мгновение, схватив веревку от чугунного языка колокола, висевшего над ее головой, принялась неистово раскачивать его…С первым ударом Арина оттолкнулась от каменных плит звонницы и, не отводя взгляда от неба, прыгнула вниз…

Глава 19

Прошло больше восьми лет, но рана, появившаяся в сердце Артема после трагической смерти жены, не заживала. Наоборот, обжигающее чувство вины, которое он испытывал, разъедало его с каждым днем все сильнее. Глядя в глаза Даниэлы, он часто не мог сдержать слез, а на ее вопросы о маме всегда отвечал уклончиво и неопределенно, словно надеясь, что Арина еще вернется.

Пережить первые несколько лет после самоубийства возлюбленной он смог только благодаря Григорию Зиновьевичу. Узнав о случившемся, шеф тут же назначил Артема своим заместителем и, взвалив на него все профессиональные обязанности руководителя, заставил работать сутками напролет.

Артем каждый день безропотно вписывал в свой ежедневник бесчисленное количество дел и поручений начальника, подсознательно понимая, что только работа – изнуряющая и выматывающая его до предела, может хоть немного притупить нестерпимую боль утраты.

После погребения жены Артем еще долго стоял около могилы не в силах уйти. Он чувствовал, что смерть Арины объединилась в его душе с исчезновением Даши, и теперь горечь потери любимых навсегда лишила его надежды на счастье.

– Находить и терять… Находить и терять… – повторял он, не глядя на друга. – Зачем жить, если судьба безжалостно отбирает у тебя всех, кого ты любишь?..

Владимир молчал, не зная, как утешить Артема. Он понимал, что словами тут не поможешь…

– Поедем домой, помянем… – наконец сказал он и, положив руку на плечо друга, добавил: – Ты был хорошим мужем, а теперь должен стать хорошим отцом…

Даниэла была очень похожа на свою мать, которую она совершенно не помнила. Смуглая, с темными прямыми волосами и выразительными, всегда немного грустными глазами, девочка обожала отца и всегда с нетерпением ждала его возвращения с работы.

– Няня, няня! – кричала она, когда видела, как его автомобиль подъезжает к дому. – Папочка приехал! Папочка приехал! Доставай вазу!..

Артем часто дарил дочке цветы, с удовольствием наблюдая, как она, точно так, как и ее мать когда-то, вдыхает их аромат, закрывая при этом глаза…

Надежда была старше своей единокровной сестры всего на полгода, и девочки пошли в первый класс одновременно. Для обучения дочек Артем выбрал частную гимназию с углубленным изучением немецкого и английского языков. Он настоял, чтобы девочки учились в одном классе, и очень скоро сестры подружились.

Ева Викторовна по просьбе своей воспитанницы часто звонила Маше, чтобы уговорить женщину отпустить дочку к ним погостить. Веселая, жизнерадостная девочка с рыжеватыми кудрявыми волосами была абсолютной противоположностью Даниэле, и когда она приезжала, то казалось, что на дом обрушивается ураган безудержного смеха и отчаянного озорства.

– А как будет по-немецки – спать не хотим и ни за что не будем? – лукаво улыбаясь, спрашивала она у Евы Викторовны и, не дождавшись ответа, убегала хохоча…

По случаю окончания первого класса Артем решил организовать праздничный обед, которому предшествовало выступление веселых клоунов. В тот день на торжество Надю привез ее отчим. Маша вышла замуж через три года после рождения дочки и вскоре уволилась с работы. Мужчина пожал руку Артему и, учтиво поклонившись Еве Викторовне, сказал:

– Поздравьте нас! У Нади вчера родился брат…

– Вот это да! – воскликнул Артем. – Рад за Машу – она всегда хотела сына…

После праздника девочки долго не могли угомониться и заснуть. Лежа в кроватях, они звонко смеялись, перекидывая друг другу пластмассовую лягушку.

– Вы слышите?! Сколько времени, а они еще не спят! – воскликнула Ева Викторовна, входя в гостиную.

– Ну, ничего страшного… Пусть еще повеселятся! – вступился за дочерей Артем.

– А режим? Им завтра рано вставать! У них бассейн и… – Женщина прервалась и, опустившись на диван, в отчаянии добавила: – Как вы тут будете справляться без меня?

– Постойте, постойте… Что вы хотите сказать? – испуганно спросил Артем.

– Я хочу сказать, что давно не была в отпуске, а между тем у моей дочери скоро день рождения… Я хочу съездить к ней в Вену! – решительно сказала Ева Викторовна. Но, взглянув на растерянного Артема, кротко добавила: – Вы отпустите меня?

– Да ни за что! Мы без вас не справимся, и вы прекрасно это знаете!

– Тогда что же делать?..

– Что делать… – задумчиво повторил Артем и через мгновение сказал: – Девочки поедут с вами, я как раз хотел вывезти их куда-нибудь на каникулы. А я возьму отпуск и присоединюсь к вам позднее.

– Вы прирожденный дипломат, Артем Борисович… – улыбаясь, сказала женщина и добавила: – В самом худшем смысле этого слова!

Через неделю девочки и Ева Викторовна улетели в Вену. Прощаясь с отцом, Даниэла горько заплакала и лишь тогда, когда услышала от него клятвенное обещание приехать как можно скорее, согласилась покинуть Москву.

Артем сдержал слово, данное дочери. Закончив все дела и получив заслуженный отпуск, он уже в конце июня приехал в Австрию.

В аэропорту царила привычная суета. Яркий солнечный свет проникал сквозь стекла огромных окон, за которыми виднелись взлетно-посадочная полоса и самолеты с фирменными надписями и логотипами на бортах. Получив багаж, состоявший преимущественно из двух огромных плюшевых зайцев, Артем направился к выходу, но неожиданно остановился, услышав, как кто-то окликнул его по имени…