Чтение онлайн

На самом деле, разумеется, хоть Йенса в действительности волновало то, растерзает ли его Кристиан Эдвардс, но вместе с тем он задумался и о том, насколько супружескими являются отношения Эрики с её мужем. Раз уж заводит любовника, то, очевидно, что-то в её семейной жизни было не так. Однако Йоханесс не слишком-то любил начинать отношения с кем-то, кто уже был связан обещаниями. Не хотелось бороться с каким-то идиотом за место под солнцем, да и мучить себя мыслями о том, что другой мужчина прикасается к твоей партнёрше и гладит её тело – тоже такая себе перспектива.

– Котик, ты не понял меня, – с наигранным сочувствием в глазах ухмыльнулась Эрика. – Ты принадлежишь мне, а я принадлежу сама себе. Это не романтические отношения, это твой шанс расплатиться со мной, – нежно улыбнулась женщина. – Я владею несколькими борделями в городе, оттого подобный род связей мне хорошо известен. Дамы, которые утонули в своих долгах и нищете настолько, что деваться им уже некуда, добровольно соглашаются работать на меня. Ты точно такой же, единственное твоё преимущество, что принадлежишь ты только мне. Разумеется, моего мужа это совершенно не касается, – с усмешкой добавила мафиози, наконец, ответив на заданный вопрос.

Йоханесс побледнел, когда осознал, что его только что назвали проституткой. По сути, так оно и было. Ольсен опустил глаза, полные ужаса, на дурацкий кофейный столик. Только сейчас он начал осознавать, на что подписался. Впрочем, это ведь не важно. Максимум, слегка пострадает самолюбие, а так об этом ведь даже особенно никто и не узнает, верно? Главное, что Оливера и Гловера вся эта ситуация никак не коснётся, не придётся продавать имущество и ввязываться в очередные неприятности ради денег. Подумаешь, ублажать мафиози – что в этом такого? Пускай считает Йенса своей проституткой, он от этого даже почти не ущемлён. Это ведь он в плюсе: и с лекарством, и с сексом без обязательств.

Однако почему-то от этих размышлений не сделалось ни грамма легче. Неважно, нет, неважно. Это скоро пройдёт. События развиваются даже лучше, чем они все могли представить, и Йоханесс не имеет права ни о чём жалеть.

– Я просто беспокоюсь, что твой благоверный выйдет из себя. Поговаривают, он ревнивый, – попытавшись нацепить на себя маску безразличия, процедил Йенс. Как уже говорилось, Ольсен был достаточно прямолинейным человеком и скрывать свои эмоции не умел. Эрика тихо усмехнулась.

– Не бойся, не выйдет из себя. Я не позволю тебе умереть, пока ты не расплатишься со мной, – мягко улыбнулась она.

«А спать ты с ним будешь?» Йенс сжал пальцы в кулаки: ему плевать, пускай делает всё, что хочет. Она же глава мафии, ей закон и мораль не писаны, спорить и пытаться чего-то крайне глупо. Да и Ольсену плевать должно быть, что происходит с Эрикой, она явно не желает посвящать Йенса в тайны своей жизни, так что зачем насильно заставлять её довериться? Очевидно же, что только хуже станет.

– Кстати, видишь белую коробочку на столе? Это твоё лекарство. Забери его и вали отсюда, я устала от твоей болтовни, – грубо произнесла мафиози.

– Валить? – разочарованно выдохнул Йоханесс.

– Котик, никогда не оспаривай мои слова, если не хочешь, чтобы я разозлилась, – недовольно отозвалась Эрика. – Тебя довезут до дома.

Ольсен фыркнул, нацепил на нос очки и запихал в карман коробку с лекарством. Честно говоря, художник не совсем понимал, с чем связана резкая перемена в настроении Эрики, но на что вообще мог рассчитывать Йоханесс? Ричардсон весьма чётко дала понять, чего она хочет от мужчины и что ей в этих отношениях совершенно не нужно.

Я понимал,

Что это пожар, что я горю изнутри,

И я правда пытался его потушить,

Но вместо воды я лил керосин.

Извини.

Diana Krall – Autumn leaves

Забыть два сверкающих и переливающихся апатита Йоханесс не мог, как бы ни старался. Машина быстро мчалась по ночной дороге вперёд, унося одурманенного мужчину всё дальше и дальше от его маленькой ночной сказки. От мысли о том, что скоро наступит рассвет, и лунная романтика окончательно испарится в воздухе, становилось тошно. Губы всё ещё горели, клеймённые обжигающе-пьяным поцелуем, а на коже словно отпечатались ледяные прикосновения небольших тонких рук.

Что-то в голове верещало о том, что Йоханесс неправильно поступает по отношению к сыну, в первую очередь. Прыжки в бездну не заканчиваются ничем хорошим, а Ольсен, к тому же, отдал себя темноте с разбега, ни капли не жалея об этом. Однако эти мысли, стоило им только появиться, тут же таяли, словно первый снег, выпавший в плюсовую температуру. Огромное нечто охватывало Йенса со всех сторон, облепляло, зажимало в угол, набирало власть над разумом, моралью, ценностями и здравым смыслом.

Почему Эрика выбрала именно простого киномеханика, такого глупого и ничтожного? Гловер хоть и был той ещё занозой в заднице и полным придурком, но он был прав: таким, как Ричардсон, не нужны такие, как Ольсен.

– По пути к боссу ты казался более дерзким и разговорчивым, – усмехнулся мафиози, сидящий рядом с Йоханессом на заднем сидении машины. – Забавно, что она не убила тебя. Знаешь, я бы принёс на твою могилку две гнилые гвоздики.

– Мисс Ричардсон так часто просит притащить к себе кого-то, чтобы самой совершить убийство? – медленно произнёс Ольсен, нехотя выбираясь из своего воздушного замка.

– Только если ненавидит этого кого-то по-настоящему сильно. Ну, или хочет поговорить перед смертью этого кого-то с этим кем-то, – зло улыбнулся гангстер.

Непонятно, какие цели преследовал гангстер. Пытался запугать? Но ведь Ольсен вышел из кабинета живой и невредимый (практически). Впрочем, совершенно нетрудно было догадаться, что оба находящихся в машине мафиози питают к Йоханессу далеко не тёплые чувства, но, собственно, что он наделать-то уже успел? А может, они просто переживают из-за того, что в жизни драгоценнейшей главы появится ещё один мужчина?

Йенс резко перевёл взгляд на своего собеседника, тот, видимо, решил, что сумел напугать Ольсена и довольно усмехнулся, а спустя ещё некоторое время поёжился, когда киномеханик продолжил, не отвозя глаз, разглядывать гангстера. Подумать только. Прекрасная женщина в окружении целого вороха мужчин. Это похоже на какой-то культ. Эрика вполне себе подходит на роль Богини, а эти гангстеры с Эдвардсом во главе, очевидно, ноги целовать ей готовы. Любая просьба, любой приказ. Как часто вообще вы встречали мужчину, который родной жене так приклоняться станет? А тут целая преступная группировка под каблуком у женщины.