Под властью пугала
Шрифт:
Аплодисменты.
И почему это господа думают, что монархия устарела и уничтожает права народа? Если его милость говорит: нет – значит, нет!
Слово берет Фейзи-бей Ализоти:
– Многоуважаемый депутат, выступивший передо мной, упомянул о различных формах государственного правления и кратко обосновал необходимость провозглашения монархии. Я не стану утомлять вас подробными объяснениями, какой строй лучше – республика или монархия, в каких они реляциях между собой, откуда берут начало, все это займет слишком много времени. Посему пусть албанским государственным режимом будет монархия, а титул короля да будет присвоен Ахмету Зогу, которого следует именовать королем албанцев, а не королем Албании!
Аминь!
И действительно, господа депутаты, к чему пространные объяснения? Лучше согласиться с Фейзи-беем и проголосовать. Ведь именно за это и платят. К чему болтовня?
Но нет, не так скоро. Собрание решило всесторонне рассмотреть вопрос, взвесить, разобрать и научно обосновать, а то, пожалуй, грядущие поколения скажут, что они, выполняя честолюбивую волю одного авантюриста, одобрили решение необдуманное, навязанное сверху.
Слово берет Джафер-бей Юпи:
– Спасителю нации Ахмету Зогу дать высокий сан монарха, посадить на трон Кастриота и удостоить короны Скандербега.
Как прикажете! Господа депутаты, смирно!
Пардон.
Джафер-бей вовсе не командует, он дискутирует. Послушаем же.
– За великие подвиги ему было дано звание министра, но разве этого было достаточно?! Премьер-министра, потом главы республики, но разве было достаточно этого. Мы именуем его спасителем нации, но и этого недостаточно. Сделаем же спасителя нации монархом, королем!
Хорошо, Джафер-бей. Только не кричите так, а то у нас нервы слабые. Да еще жара. Если Ахмет Зогу захочет, мы его и императором провозгласим. Хоть сию минуту.
Обсуждение продолжается.
Господин Явер:
– Мы сегодня стоим перед угрозой большевизма, и республиканский строй не в силах противостоять ей. Да здравствует спаситель нации!
Сулейман-бей:
– Некоторые могут спросить: зачем республиканский строй менять на монархию? Нет, господин председатель! На крупном и упитанном теле фрак может сидеть прекрасно, на щуплом же выглядит уродливо и смешно. Поэтому голосуем за монархию.
Депутат из зала:
– Не вижу необходимости в дальнейших прениях. Давайте поскорее примем решение об изменении режима и провозгласим Ахмета Зогу королем.
Голоса:
– Правильно!
– Помираем от духоты?
– Голосовать!
Нет. Предложение отклоняется. Вопрос, вынесенный на обсуждение, очень важен и касается будущего нации, поэтому требуется серьезно все обдумать и взвесить.
Слово берет депутат Хюсни Тоска.
Оживление и шум в зале. Сенсация! Его милость берет слово впервые, хотя ходит в депутатах уже четыре года.
Хюсни Тоска:
– Да здравствует Ахмет Зогу!
Фитри-бей:
– Его превосходительство, глава нашей республики, будущий король не кто иной, как дух Скандербега, парящий над Албанией.
Хонджо-бей:
– Я безмерно счастлив, что трон Скандербега займет его величество Ахмет Зогу.
Бенджо-бей:
– Это собрание, господин председатель, напоминает нам Совет албанских князей в Леже. [34]
Болван-бей:
– Уже столько веков у нас не было такого вождя, как Ахмет Зогу.
Дуб-бей:
– Учитывая события прошлого, Албания не может существовать без Ахмета Зогу.
Глуп-бей:
– Мне очень жаль, что я не оратор и не могу выразить как подобает своих чувств, своего горячего желания увидеть Албанию монархией и Ахмета Зогу – монархом.
34
В 1444 году на Совете в Леже под руководством Скандербега была сформирована Лига албанских князей для борьбы против турецкого владычества.
Однако все научные и политические аргументы не смогли склонить «отцов нации» к тому, чтобы они закрыли этот вопрос и, подняв свои драгоценные персты, приняли раз и навсегда решение.
Поэтому «дебаты» продолжались бы до скончания века, если бы не выступил еще один депутат из зала. Он привел самый веский, продуманный и научно обоснованный довод.
– О аллах! – сказал он. – Школьники забросили занятия и ждут на улице! Давайте же не будем мучить бедных ребятишек и провозгласим Ахмета Зогу королем!
Аргумент, столь убедительный и мудрый, побудил собрание объявить наконец закрытыми «дискуссию и дебаты». Депутаты единодушно проголосовали за провозглашение Албании монархией и Ахмета Зогу королем. Все как один подняли пальцы.
Возгласы. Аплодисменты. Овации. Все встают.
Слово берет Гафур-бей:
– Предлагаю именовать нашего короля не «его величество», а «его высокое величество».
– Браво!
– Да здравствует его высокое величество!
– Да здра-а-а-авствует!
Депутаты снова уселись.
– Вроде бы все.
– Слава богу. Ужас какая духота.
Нет, оказывается, еще не все.
– Что? Опять председатель выступает?
– О чем говорит почтенный председатель?
– Создать…
– Громче, ничего не слышно!
– Создать комиссию и предложить корону спасителю нации.
Комиссию? Ну конечно же! Как это никому раньше не пришло на ум. Предложить корону! А если его превосходительство ее не примет? Не дай бог! Вот о чем не подумали «отцы нации». Теперь, пока комиссия не вернется с известиями, придется сидеть и гадать на четках: примет – не примет, примет – не примет. О господи!
Комиссия сформирована. В нее вошло более трети депутатов. Двадцать четыре человека, ни больше ни меньше. Шевтет-бей, оказывается, тоже в комиссии.
На следующий день, 1 сентября, комиссия отправилась в президентский дворец.
Адъютант в золотых галунах и аксельбантах распахнул перед ними решетчатые ворота и отдал честь. По обе стороны аллеи выстроились гвардейцы.
– Как интересно, Фейзи-бей. Даже не верится.
– Да воистину, великое историческое событие.
– Да я не об этом. Вспомните, Фейзи-бей. По-моему, именно мы преподносили корону князю Виду.
Фейзи-бей Ализоти оглядел членов комиссии и тоже удивился.
– Странно! Как это вы подметили?
– Смотрите, Шевтет-бей, Джафер-бей, Нуредин-бей, Гафур-бей, я и ваша милость.
– Удивительное совпадение!
– Мы тогда надеялись, что князь нас вознаградит, как полагается, а ничего не получили.
– Да. Он не успел.
– А на этот раз?
– Теперь мы получим все. Не беспокойтесь.
– Дай бог!
– Пошли ему господи удачу, ведь ни он без нас, ни мы без него никуда.