Чтение онлайн

– Лежи, придурок, не рыпайся, – прошипел сталкер, поднимая с пола оброненный во время удара факел.

– Ты что, Вить, очумел? Чуть ноги не переломал!

– Да ты сейчас чуть башки своей не лишился, умник.

– Что тут у вас? Что с Колькой?! – на крик Виктора явились Вакула и Гаврош.

– Да все нормально со мной. Только Витя....

– Харэ загорать, студент. Вставай, только осторожно, буду показывать, насколько тебе сейчас “прикольно”, как ты выражаешься, было бы. Гриш, файер подержи.

Бобер, поискав глазами, поднял с пола кусок гранита, размером с футбольный мяч, подошел к линии и, прицелившись, бросил камень. Пролетев линию, он развалился на два куска, один из которых, потяжелее, застрял меж других камней, а другой – поменьше, отскочив от массивного булыжника, выкатился обратно к ногам сталкеров.

Студент тоже провел пальцами по гладкой, как стекло, поверхности. Было такое впечатление, что камень, только что, не только разрезали алмазной пилой, но и отполировали места разрезов до идеально-гладкого состояния.

– Это одна из самых опасных и коварных аномалий Зоны, сынок, – забросив камень за линию, сказал Бобер, – потому что её очень трудно заметить. Нарваться на нее – все равно, что под поезд угодить. Почти стопроцентная смерть! Ну, в редких исключениях – калека!

– Она так и называется – “гильотина”, – продолжил Стропа.

– Надо же, я ее раньше ни разу не видел, только слышал. – Гаврош с факелом в руках подошел к опасной аномалии поближе.

– Я тоже. – Кивнул Стропа.

– Да и я впервые ее вижу. Но с жертвами, налетевшими на “срез”, встречался. В Ладыжичах, когда искали подходящий подвал для ночевки, в одном из домов наткнулись на три трупа, верхняя часть которых была отделена от нижней – как бритвой, по грудь, примерно.Самой аномалии уже там не было, хвала Господу, а то и мы влетели бы. Тоже головы поломали по этому поводу, пока знающие люди не объяснили.

– Пошли к нашим, а то извелись уж, поди. – Гаврош направился к выходу из тоннеля.

Когда Вакула узнал о всем происшедшем, “всыпал” Студенту по самые “некуда”. Затем попало и Вертолетычу.

– Я говорил тебе, Дед, следить за этими “кадрами”? Так следи! Даже ссать и срать води, если надо! Мы должны найти и спасти наших мужиков, а не головы тут свои оставить!

Вертолетыч сидел молча и, глядя в пол, пыхтел папироской. У него был вид побитого кота.

– Командир, – прошептал Гаврош Вакуле, – мне кажется, ты переборщил с Вертолетычем. Мы все виноваты тут.

Сидевшие рядом Бобер и Стропа согласно закивали.

Вакула встал со своего рюкзака и прошелся по тоннелю, остывая, после чего присел возле угрюмо сидящего сталкера.

– Ты это, Игнатьич, не сердись, ладно? Дед, ну.... прости.

– Да ладно, Вов, чего запричитал. Я ж понимаю все. Скажи лучше, куда дальше пойдем?

Вакула, казалось, посмурнел еще больше. Он еще раз прошелся туда-сюда по тоннелю.

– Сейчас разделимся, как и раньше, и обследуем все тоннели в округе.

– А если опять ничего не найдем?

Стропа своим вопросом,казалось, еще больше омрачил и так не очень веселое настроение группы. Сталкеры искали иголку в стогу сена, и это они прекрасно понимали. Вакула молчал, и все ему сочувствовали. Даже Гаврош, как бы ему этого не хотелось, не знал – как помочь другу.

– Ты хоть нужду то свою справил, горе? – вполголоса спросил Вертолетыч у Студента, нарушив гнетущую тишину.

– Нет, как то расхотелось.

– Если опять припрет – скажи.

– Что, поведешь?

– А ты думал! Больше не хочу пиздюля от командира получать из-за вас. Тебя это тоже касается! Слышь, пострел?! – это уже касалось Константина, слегка закимарившего, как говорится, под шумок.

– А чего ты там все крутишь в руках? – Дед опять обратился к Студенту.

– Да вот интересно, как она тут очутилась, в этих подвалах.

– Кто – она?

– Да игрушка детская, машинка. Я когда упал там – возле аномалии, она мне как раз под руку попалась. Прикольная такая, двери открываются, капот с багажником.

– Да мало ли как попала. Хотя действ....

– Стой! – Стропа вскочил со своего места и, протянув заметно дрожащую руку, подошел к Николаю. – Дай гляну.

Удивленный такой реакцией сталкера, Студент вложил отлитую из силумина и раскрашенную игрушку в протянутую, как на паперти,ладонь.

– Держи, Гриш.

После детального осмотра машинки, лицо Стропы засияло счастливой улыбкой.

– Мужики, Вакула! Да это же машинка Мишки Мамая.

– Какого Мамая?

– Ну, из нашей группы, группы Тетерева. Мамая и Сливу тогда не нашли. Ну – я же рассказывал!

– А зачем ему детская машинка? У него что – детство в жо....

– Да сынишка ему подарил, когда он в Зону уходил! Мамай на квартиру мечтал денег заработать! А машинка эта для него – как талисман, оберег! Всегда с собой таскал! Обронил, видать!

– Постой, постой, Гриша, – Вакула положил руки Стропе на плечи и слегка встряхнул, – ты хочешь сказать, что эта игрушка принадлежит одному из твоих друзей, которые пропали во время того рейда? Так?

– Ну – да!

– И если предположить, что они были похищены неизвестными, то их пронесли именно здесь, так?

– Ну, конечно же, командир!

– А не мог он ее потерять тут раньше?

– Да я же говорю, Гаврош – Мамай не выпускал игрушку из рук! Она у него на цепочке для ключей всегда на руке висела! И в тот день была с ним! Это точно! Они проходили тут!

– Так они ж могли и дальше по тоннелям пойти, – встрял Вертолетыч, – как определить – куда?

– Не тупи, Дед, какого черта они поперлись бы в тупиковый тоннель! Там у них должен быть секретный проход! Там, где-то, их логово! Я уверен, машинка – это знак, оставленный для нас Мамаем!

– Но проход то совсем короткий, – подал голос Студент, – там, кроме аномалии и засохшего дерьма, ничего нет. Только завал.

– Завал там уже давно! Должно что то быть – люк, какой ни будь, потайная дверь.... Надо искать!

– Так чего ж мы, пошли искать!

Через минуту вся группа по миллиметру прощупывала и изучала пол, потолок и стены тоннеля.

– Фу-у-у-у, говнища сколько! – Вертолетыч, как по минному полю, осторожно ступал по каменному полу.

– Как ты догадался, Дед? – хохотнул Бобер, не упускающий момента пошутить над другом, – а мы думали – это фиалки!

– Цыц, бисова душа! Хорошо, хоть, засохшее оно.....

– Скажи спасибо аномалии, которая напрочь отбила охоту у студента, а то б наложил бы он тут.... от души. Искалось бы тебе, тогда, гораздо веселее.