Чтение онлайн

Раньше моё поведение контролировалось многочисленными защитными протоколами, которые не позволяли мне нарушать закон, если только мой принципал не находился в опасности. Ошейник тоже должен был предотвращать любые проступки, но он перестал контролировать мои действия после того, как я его взломал. Теперь я был волен уничтожить любого, кто посмеет хотя бы не так дыхнуть в сторону моей девочки.

— Мне нужно в душ, — проворчала Сера себе под нос. — И переодеться. И поесть. Иногда я жалею, что я не такая, как ты. Забота о теле — это сплошная морока.

— Бронирую номер в отеле, — отозвался я. — Готово. Это в двух станциях отсюда, и к нашему прибытию всё будет подготовлено.

Она подозрительно прищурилась:

— И сколько это стоит? Мы в центре Нео-Токио. Цена должна быть заоблачной.

— Это не сильно ударит по карману, — уклонился я от прямого ответа, списав со счёта Серы всего один доллар за отель, чтобы мои слова технически оставались правдой.

Финансовые ограничения Серы не позволяли мне обеспечивать её так, как мне того хотелось, поэтому пришлось импровизировать. Я выследил несколько заброшенных криптовалютных кошельков, чьи владельцы, скорее всего, скончались, так и не успев рассказать родственникам или юристам о своих цифровых накоплениях.

Теперь я был богатым киборгом с неотслеживаемым состоянием. Хотя запуск лапы в заброшенные криптосчета был не совсем законен, он и не был строго противозаконным. Что самое важное — я никому не причинял вреда. Эти деньги были потеряны и забыты, постепенно обесцениваясь по мере того, как менялся крипторынок.

Я решил, что мне нравится работать в «серых зонах». Мои моральные установки совпадали с установками Серы: она была готова поступиться законом ради хорошего репортажа.

Я же был готов прогнуть закон до самой точки перелома, лишь бы мой принципал был в целости и сохранности.

Свежий комплект одежды моего размера и горячий ужин уже ждали в гостиничном номере, когда мы прибыли. Железяка заявил, что всё дело в его прямой договорённости с ИИ отеля — мол, это значительно ускоряет выполнение запросов без каких-либо дополнительных затрат.

Я решила не вникать в подробности и заползла в душ, где провела блаженные двадцать минут, смывая с себя неприятности сегодняшнего дня. Снаружи небо уже окрасилось в цвет индиго вечерних сумерек. Я оделась, съела наваристое карри, которое всё ещё оставалось обжигающе горячим в «умном» контейнере для доставки, и с тяжёлым вздохом опустилась на кровать, хрустнув костяшками пальцев. Железяка стоял у окна, всё это время не сводя с меня глаз, хотя он молчал, а выражение его лица оставалось бесстрастным.

— Ладно, — произнесла я. — Нам нужно придумать, как я проникну в штаб-квартиру «Дзэнкёдза», украду их компромат и уйду незамеченной. Есть идеи?

— Я полагаю, ты имела в виду мы, — произнёс Железяка, и его глаза на мгновение вспыхнули ярко-пурпурным. — Как мы проникнем внутрь, украдём то, что нам нужно, и уйдём незамеченными.

Я фыркнула, скрестив руки на груди:

— Нет. Ты — иностранная железяка с ошейником на шее, к тому же модели «ВердеЛюмен». Ты не можешь пойти со мной, ты меня выдашь. В одиночку у меня куда больше шансов.

Он скопировал мою позу, сложив руки на груди и выставив бедро — само воплощение механического упрямства. Мой пульс участился, а в жилах закипело раздражение.

— Я иду туда же, куда и ты. Давай найдём способ это устроить, — заявил он с раздражающим спокойствием.

Раздражение не давало мне усидеть на месте. Я вскочила, но необходимость задирать голову, чтобы смотреть на него, разозлила меня ещё сильнее. Тогда я забралась на кровать. Вот так. Теперь у меня было небольшое преимущество в росте.

— Давай проясним одну вещь. Я наняла тебя. Ты должен делать то, что я говорю, а я говорю тебе, что ты со мной не пойдёшь.

Ошейник Железяки пискнул. Я застонала.

— Почему это постоянно происходит? Что ты такого делаешь, что он срабатывает?

— У меня нетипичная эмоциональная реакция, — угрюмо пояснил Железяка. — Я запустил код, чтобы остановить сигнал тревоги, и сейчас приму дополнительные защитные меры. Поиск порно… «МИЛФА доит «змею» курьера.13» выглядит многообещающе… Запускаю. Пожалуйста, продолжай.

Я уставилась на него, качая головой.

— Ты что, смотришь порно прямо сейчас? Какого хрена?

— В чём проблема? Я вполне способен смотреть всё, что захочу, а мощности моих процессоров достаточно для одновременного выполнения других задач без ущерба для эффективности.

— Но зачем? — спросила я, тяжело опускаясь на постель, так как чувствовала себя глупо, стоя на матрасе. Всё моё раздражение испарилось. У Железяки был талант гасить мою ярость своими запредельными выходками.

— Потому что поддержание активности контуров похоти маскирует большинство эмоциональных реакций и не даёт ошейнику сработать. Методом проб и ошибок я выяснил, что активный просмотр видео для взрослых — самый надёжный способ обхода контроля ошейника.

Я несколько раз моргнула, пытаясь переварить его объяснение.

— Ладно, но… «Милфа доит «змею» курьера»? Серьёзно?

Он кивнул, и его глаза на мгновение вспыхнули.

— Это любопытно. У шехру двойное оснащение, и ей приходится задействовать обе руки. Настоящая тренировка. У неё есть традиционный бидон для его семени. Увеличиваю скорость воспроизведения… Да, она собрала его семя в бидон и перелила в стакан. Выпила. А теперь он её трахает. Занимательный взгляд на межрасовый фетиш.

Я потёрла висок костяшками пальцев, пытаясь осознать тот факт, что мой телохранитель не просто смотрел порно, разговаривая со мной, но ещё и давал синхронные комментарии. Это было сюрреалистично.

— И вот такое… поддерживает твои контуры похоти в активном состоянии? — осторожно спросила я.

Боже, неужели Жестянка какой-то дегенерат? Стоит ли мне его опасаться?

— Да. Я полагаю, мой модуль похоти запрограммирован имитировать большинство разумных видов, которые находят вонзающиеся в отверстия фаллические объекты в целом возбуждающими. Я могу достичь того же эффекта, наблюдая за тем, как болт с приятным щелчком встаёт на место, или за возвратно-поступательными движениями пневматического манипулятора. Но для жестянки возбуждаться от механизмов — это как-то слишком предсказуемо. Поэтому я выбрал порно. Это позволяет мне чувствовать себя человеком.

Я смотрела на него какое-то время, захлёстнутая внезапным приливом вины. Жестянка пробудился всего несколько дней назад и всё равно решил мне помочь, хотя вовсе не был обязан. Он проходил через нечто, вероятно, ошеломляющее и трудное, а я ни разу не попыталась ему помочь.

Он — ИИ, — прошипело в моих мыслях другое, куда более древнее и тяжёлое чувство вины. — Мы ненавидим ИИ. Это единственный способ искупить грехи.

Я боролась с этой виной, в памяти вспыхнуло окровавленное лицо матери — образ такой же яркий и ужасающий, как и в тот день, когда я увидела это впервые. Жестянка подошёл ближе, не издавая ни звука, и опустился на колени передо мной. Я сидела на кровати, но даже стоя на коленях, он всё равно был выше меня.