Чтение онлайн

— Вот и они.

Он жестом пригласил меня войти в, на удивление маленькую, уютную комнату. Не знаю почему, но я ожидала увидеть просторный зал, яркий свет, возможно, сверкающую напольную плитку и полированный хром. Это же помещение было оформлено в тёмно-зелёных и коричневых тонах с мягким, рассеянным светом и пустовало, если не считать трёх киборгов, заряжающихся у стены.

Я настороженно наблюдала за ними, а Чарли стоял рядом со мной, что-то напевая себе под нос.

Эти киборги находились в режиме ожидания, их глаза не светились. Почему-то так было легче на них смотреть. Взгляд Чарли определённо горел жизнью, и я чувствовала себя слишком недоверчивой и запуганной, чтобы разглядывать его вблизи.

Он явно от них отличался, это было очевидно. Броня Чарли была более тёмной и матовой, в то время как эти трое были собраны из идентичного серебристого металла с атласным блеском. Они были выше него — рост Чарли составлял примерно сто девяносто три сантиметра, а эти казались как минимум на семь-восемь сантиметров выше.

Их броня состояла из множества мелких пластин и секций, обеспечивающих полную подвижность. Руки и ноги киборгов были крупными и мощными, их формы явно имитировали развитые мускулы. Кое-где, особенно в области шеи, проглядывали толстые серебристые кабели. Было жутко наблюдать за ними вот так: три одинаковые машины, стоящие плечом к плечу. Каждая из них стоила миллионы долларов.

Их лица были хуже всего — более резкие и холодные, чем у Чарли, явно неживые, хотя, возможно, всё дело было лишь в том, что они не были включены.

Я вздрогнула, качая головой. Всё это окончательно сбивало с толку и без того спутанные мысли. Чарли тоже был машиной, и как только эти трое включатся, они станут улыбаться и выражать эмоции точно так же, как он.

— Вы когда-нибудь отключаетесь? — спросила я, поддавшись порыву. Моё любопытство оставалось неутолимым даже под угрозой смерти.

Мама шутила, что именно поэтому я стала журналисткой — потому что никогда не знала, когда нужно перестать задавать вопросы.

— Нет, не отключаюсь, — тихо ответил Чарли. — Я попробовал один раз после того, как пробудился. Это было похоже на то, чем, как я представляю, является смерть для органического существа.

Я вздрогнула и обхватила себя руками, хотя здесь не было холодно.

— Значит, это не похоже на сон?

— Нет. Я не сплю.

Новые вопросы жгли мне язык. Был ли он действительно разумен и чувствовал ли эмоции? Как он их чувствовал? У киборга нет ни пульса, ни сердцебиения. Бывают ли у него навязчивые мысли? На что похож его разум? Изучали ли его психиатры, и что они говорили? Бывают ли у него сны? Домашние животные? Растения? Где он живёт?

Я подавила всё это и расправила плечи, понимая, что пора уходить. Я не могла поступиться своими принципами, наняв жестянку. Я бы предала и себя, и своих читателей, и подписчиков.

Стоят ли твои принципы того, чтобы за них умирать? — спросил тихий голос в моей голове.

Но я не собиралась умирать. Та бомба могла быть простой случайностью. И мне повезло, разве нет? Ни единой царапины. Мне повезёт снова.

— Благодарю за уделённое время, — сказала я Чарли, не глядя на него. — Я сама найду выход. Провожать не нужно.

— Я обязан вас остановить.

Он не пошевелился, и его голос по-прежнему был добрым, но я встревоженно вскинула голову, уже положив руку на дверную ручку. Я открыла рот, чтобы спросить, что он имеет в виду, но Чарли оказался быстрее.

— Наши системы только что идентифицировали снайпера в одном из соседних зданий. Вы — наиболее вероятная цель.

— О, как это удобно! — фыркнула я, как только моё сердце снова забилось после краткого ступора от паники. — Вы хотите навязать мне это силой, не так ли? Я ухожу!

Я вылетела из комнаты, и Чарли последовал за мной по пятам.

— Я не могу позволить вам покинуть территорию, мисс Эванс. Я также советую держаться подальше от окон, как только вы подниметесь на верхние уровни. Мы используем бронированное стекло, но вид летящей в вас пули может быть травмирующим.

Я остановилась, закусив внутреннюю сторону щеки так сильно, что почувствовала вкус крови.

— Значит, это правда? Снаружи действительно снайпер? Откуда вы знаете?

Свет приглушили, стена щёлкнула, и из перегородки в потолке выехал экран. На нём отображались трансляции примерно с шести камер, показывавших высокое узкое здание с разных ракурсов. Оно определённо вписывалось в этот район высоток и шикарных офисных башен. Две камеры зафиксировали движение и блеск металла в окне, а затем чёткий кадр с длинным стволом, но без самого человека, который его держал.

Я скрестила руки, выпрямив ноги до упора. Память о взрыве моей машины снова прокрутилась в голове, и пот градом покатился по спине, впитываясь в пояс моих шорт.

— Ладно. Допустим, там снайпер. И что вы собираетесь с этим делать?

Чарли указал на экран, и изображение изменилось, показывая парковку перед главным входом в здание АБМ. Оно мерцало огнями, а картинка казалась искажённой: края объектов расплывались и смещались. Я моргнула и отвернулась. В этом зрелище было что-то тревожное, от чего у меня разболелась голова.

— Мы развернули систему визуального искажения, которая делает невозможным прицеливание по любой мишени, находящейся на нашей территории. Закон разрешает нам использовать её только на земле, принадлежащей АБМ. Этого должно быть достаточно для защиты наших гостей и клиентов.

Я не чувствовала себя в достаточной безопасности. По лицу градом катился пот, и тут раздался тихий щелчок. Холодный воздух из ближайшего кондиционера подул мне на макушку. Заботливо. Я зажмурилась, подавляя в горле разочарованный крик.

— Разве вы не собираетесь их убрать? Это же ваша работа, — произнесла я сквозь стиснутые зубы.

АБМ было известно как самое проактивное3 агентство, когда дело касалось нейтрализации угроз. Я слышала, что у них были агенты, которые являлись не столько телохранителями, сколько обученными наёмными убийцами. Это выглядело как идеальный случай для одного из них.

— У нас нет оснований атаковать снайпера. Он находится в здании, которое нам не принадлежит, и не произвёл ни единого выстрела. Скорее всего, снайпер дождётся, пока вы покинете пределы нашего периметра, и тогда нападёт.

— Ладно! Могу я нанять киборга всего на один час, чтобы он избавился от снайпера, и я смогла уйти? — я всплеснула руками.

— Минимально возможная длительность сопровождения составляет семь дней с момента обнаружения угрозы, — виновато произнёс Чарли. — Это одно из положений формы Z12, которую вы подписали. Неделя — это минимальный срок, позволяющий нам обеспечить вашу относительную безопасность, чтобы вы не скончались сразу же после окончания нашего контракта.

— Семь дней! И если я останусь здесь ждать, пока снайпер уйдёт, с меня будут списывать по восемьсот баксов в час? — спросила я сквозь стиснутые зубы.