Чтение онлайн

– Подарок парню на новоселье, - скупо улыбнулся мужчина. Он опять был в военной форме, но немного другой, уже не в футболке.

– Спасибо тогда тебе от парня, - решила я не бодаться из-за небольшой, скорее всего, стоимости подарка, - чаю может?.. Я уже закупилась и могу предложить чай, творожную запеканку. Готовила не сама, правда…

– С радостью бы, Саша, - отрицательно качнул он головой и направился в прихожую. Коротко доложил, обуваясь: - Спешу. Через недельку загляну, может чуть позже, точно сказать не могу. Берегите себя, - улыбнулся Вовке. Потом, тускнея улыбкой, обратился взглядом ко мне. Скользнул им куда-то вниз, кивнул еще раз и, попрощавшись, прикрыл за собой дверь.

Щелкнул замок, прозвучали, удаляясь, четкие шаги…

Я вернулась в спальню. Как во сне - посмотреть на матрасик. Наверное, нужно было подтверждение… Что это вообще было? И пяти минут не пробыл. И не то, чтобы я жалела об этом, хотя и готовилась – на столе в кухне ждали чашки, в сахарнице – сахар, на блюдце – порезанный лимон, сметана в соуснике и порезанная порционно запеканка. Невелик труд, но все-таки?

Выглянув в окно, увидела, как Алексей быстро уходит к автомобильной стоянке, расположенной за озерцом. Там он быстро заскочил в военный автомобиль с пассажирской стороны. Машина уехала.

Его получается ждали. Это не пренебрежение или неуважение, а вот такая реальность. С одной стороны – и ладно! А с другой… в квартире все еще витал мужской запах – обувного крема, резковатой туалетной воды и будто… дыма? Но не фруктового, как от мангала, например, а более резкий, не очень приятный запах. Технический.

И еще одно…

Все-таки квартира была слишком большой для нас с Вовкой. Может когда он подрастет и займет отдельную комнату… когда заговорит и здесь станет и шумнее, и суетнее, то я только порадуюсь большому метражу? Сейчас же… своим коротким присутствием Алексей очень гармонично заполнил «лишнее» пространство. Короткая суета этих пяти минут была очень живой и правильной.

Семье нужен мужчина – все так. Но не этот же?

Давно я не плакала. А тут... уложила маленького спать и отметила новоселье, сидя на подоконнике, глядя на звезды и умываясь слезами.

Потом Алексей продолжил к нам заглядывать и обязательно с гостинцами для Вовки. Всегда это были грамотно подобранные по возрасту игрушки или игры.

Те мои мысли… я нечаянно присматривалась к нему. Уже и возможность такая была – он и чаи у нас гонял, и даже как-то предложил разведать прогулочные дорожки в лесу. Мы разведали и потом иногда выходили вместе гулять. Но чаще ужинали дома, много говорили… все больше о моем Вовке и его Динке.

Мне и хотелось, и страшно было увидеть в его глазах то, что не было мне нужно. Не хотелось терять Алешу, как хорошего знакомого или даже друга. Хотя для настоящей дружбы мы слишком мало виделись – раз в две недели где-то, а то и реже. Он как-то проговорился, что уезжал и далеко. Да я и сама это поняла – слишком загорелым было его лицо для поздней осени.

А потом случилось одно, а потом и другое… странно так случилось и неожиданно. Прибило буквально. А еще определило для меня следующие четыре года…

Вначале был звонок от Туркова… Виктора. Нет, по тому, как он говорил – глотая звуки, замолкая и сразу срываясь почти на крик, сразу понятно было, что мужик выпил. Но, как известно, что у трезвого на уме… Очень неожиданно получилось, слишком быстро и сильно. Я растерялась. И рассердилась тоже – не ему указывать, как мне жить и где. Тем более, что это я сама выбралась из клоповника, как он назвал нашу с Ильей квартиру. Без его помощи точно. Я отослала его трезветь, а сама… я будто с ума тогда сошла, хорошо хоть помешательство это было коротким, всего на одну ночь.

Уснуть никак не получалось, я пробовала и «ночной» чай, и валерьянку – все мимо. Промучившись до утра, стала засыпать только тогда, когда жалюзи уже слегка просвечивали. И проснулась резко, как от толчка… так бывает, когда совесть нечиста или неприятности никуда не делись. Только сон ушел, а они опять тут, как тут. Проснулась в общем с поганым чувством… смотрела в потолок мутным взглядом и пыталась вспомнить что со мной – болезнь, обморок? Вспомнила...

Первый раз в жизни мне признались в любви. Первый и единственный. И так бездарно… по пьяни, просто в момент настроения похоже. Если вечером я еще сомневалась, вспоминая все наши встречи, анализировала, как дура, его и свое поведение в том темном углу… И потом, когда они искали Илью. Что-то находила, что-то придумала. Хотелось мне, чтобы его слова были правдой? Может и хотелось, хотя нужно не было. Я отлично понимала, что самооценка у меня сильно занижена. Мне об этом даже совсем еще девочка Полинка не раз говорила.

Они с Юриной женой даже «взялись за меня», оттащив к хорошему парикмахеру, помогли грамотно поменять гардероб, но… по факту, какое-никакое внимание мне оказывал только Алексей, но и оно было дружеским. Так что, услышь я настоящее искреннее признание глаза в глаза, в соответственном антураже… Да мне цветов никогда не дарили!

Если бы Илья стал вдруг таскать их мне и признаваться в чувствах, я бы, наверное, скорую ему вызвала. Мы с первого класса были вместе, знали друг друга, как облупленных, думали одинаково… Я не знаю – что у нас было, любовь ли, или что-то еще? Но что это была предопределенность – точно. Мы были одним целым, склеенным из двух совершенно разных половинок, и могли быть только вместе. Других вариантов не представляли ни он, ни я.

Но признайся мне сейчас в любви кто-то и осознанно… так, чтобы я поверила, и то я не кинулась бы на шею – у меня Вовка. Зато знала бы, что не хуже других и способна что-то там вызывать. Стала бы увереннее и спокойнее, наверное. Так нет же! Смешно – впервые услышала заветные слова вот так… от мужчины, который плохо осознавал, что говорит и делает.

Обидно было и неприятно. И его последующие звонки (с извинениями, понятно) я просто сбрасывала, а потом они сами прекратились.

Это был ноябрь, а в феврале к нам с Вовкой в очередной раз пришел Алексей. Вручил сыну, который уже уверенно ходил, очередную игрушку, мне – упаковку пирожных к чаю, прошел на кухню, сел там...

– Я женюсь, Сашенька, - блеснули болью его глаза, - выслушай меня, а?

– Ты выпил, - как-то сразу поняла я.

– А как иначе? – послушно согласился он, - набирался храбрости. Слушай! Ты же мужа своего ждешь… Ждешь? Не отвечай… даже если так не думаешь, так оно и есть. Это заметно… и правильно. А я… когда мама Динки попала под машину, дочке был год всего. Меньше Вовы, кроха совсем. И я няню взял… ей, а по факту оказалось, что и себе. Это было удобно, Саша… а еще она неплохая женщина. Но я все шесть лет платил ей за работу – по договору, а она фактически жила у нас, спала со мной, когда я вырывался увидеть дочку. Могла… я не знаю – специально забеременеть и я бы, конечно, женился. Но она не стала… я не знаю сколько бы еще это тянулось, но в этот раз я мог и не вернуться… из командировки. Знак это мне такой? Чтобы я задумался? Если что со мной – Динку заберут в детдом, а она любит Аллу, давно знает ее. И Алла относится к ней, как к дочке.

Он сжал и разжал кулаки, которые положил на стол, потом потер лицо и заглянул мне в глаза.

– Позову я тебя замуж, и ты не пойдешь, так же? Потому что Илья твой – без вести… и неважно, что… Я хорошо тебя понимаю, вот что плохо. У меня минимум десять лет контракта еще, а это… никаких гарантий, что останусь жив. И что? Даже если бы я бросил все силы на то, чтобы добиться тебя. Ты сразу мне понравилась, только увидел – та самая, которую хочется оберегать и защищать. Ты мой типаж – сто процентов, Саша, а лучше сказать - мечта моя. Но я права не имею, вот в чем фишка. Только подставлю тебя, навешаю лишнего… слишком сложно все. Динка, она…