Подари мне счастье
Шрифт:
Остров оказался относительно небольшим, но переждать бурю на нем — отличная идея. Мы нашли грот и не без усилий затащили в него лодку, да и сами спрятались там же. Выход был не то, чтобы огромным, как раз хватило втащить лодку. А внутри половина пещеры была затоплена, а вторая — песок. Пока с неба не сорвались первые капли, мы вышли из пещеры и пошли собирать хоть какие-то ветки. Даже сломанное дерево притащили. Неизвестно, когда буря прекратиться — через день, два, месяц? Так что мы запасались впрок.
Где-то на границе сознания я ощущала беспокойство Бестии и посылала ей чувство спокойствия и уверенности, хотя на самом деле ничего такого не ощущала. Вокруг буйствовал ветер, а тучи словно тяжелели с каждой минутой. Они казались все ниже и ниже, а свет и вовсе исчез. Можно было бы подумать, что сейчас уже вечер.
Стихло все как-то слишком внезапно. Вот ветер гнул деревья к самой земле, а я оглядывалась, чтобы никакая деревяшка не тюкнула по голове, а вот полная тишина. И ни единого звука. Я икнула от неожиданности и поспешила в грот. Мысленно потянулась к Икару передавая свое желание вернуться, чтобы не искал напрасно, и двинула к сомнительному, но все-таки укрытию.
Буря началась внезапно. Вот только-только все вокруг молчало, словно притаившись, а вот я уже бегу, а сверху уже словно разверзлись хляби небесные. Где бы взять ковчег?
Последние мысли меня порядком удивили, они были какими-то странными, кажется, они не подходили для этого… мира? Кажется, так. Я помотала головой, не сейчас, и побежала дальше. Дождь вымочил меня до последний нитки, а ветер хлестал по щекам и телу. Меня начала пробирать дрожь.
До грота я добежала мокрая, продрогшая и с заледеневшими пальцами. Икара еще не было. Меня кольнуло смутное беспокойство, но оно сразу же развеялось, стоило мужчине зайти в грот.
Он был весь промокший, но, казалось, что это не доставляло ему неудобств. Он сбросил деревяшки, которых притащил целую охапку и посмотрел на меня.
— Замерзла? — тихо, почти шепотом.
Спросил и двинулся в мою сторону. Я смотрела в его глаза, словно завороженная. А он медленно приближался. Его руки оказались такими же горячими и я прильнула всем телом стараясь согреться, впитать все его тепло, до последней капли. Он вздрогнул, но не стал меня отстранять, наоборот, прижал еще ближе к себе, обнимая, закрывая от бушующей непогоды, от всего мира.
— Кая… — выдохнул мне в макушку.
А я дернулась как от удара. Я уже слышала, как он говорит таким тоном, полным нежности и счастья, граничащим с безудержной тоской. Только тогда он произносил другое имя. Я отстранилась.
— Кто такая Лия? — мужчина дернулся, как от пощечины и разжал объятья, сам отступил на шаг, его плечи опустились, а на лицо набежала тень.
— Лия — моя невеста.
— Невеста? — глухо произнесла я и собиралась уже развернуться и уйти, как Икар неожиданно схватил меня за руку.
— Подожди, — через явные усилия, словно на что-то решаясь, сказал он. — Лия — моя невеста, — повторил, а у меня сердце сжалось от этих слов и захотелось оттолкнуть его и сбежать, — И я… убил ее, — закончил мужчина и отпустил меня.
А я стояла, не в силах пошевелиться и двинуться. Он больше не держал, позволяя, хоть уйти, хоть приказать ему. Нет, судя по виду, он и сам готов уйти, стоит только сказать. Я сделала глубокий вдох и выдохнула.
— Расскажи мне… — слова приходилось выталкивать силой, — о ней.
Он изумленно поднял взгляд и посмотрел на меня. Потом в его глазах загорелся огонек надежды. Пока еще робкий и недоверчивый, такой хрупкий.
— Она… Мы познакомились с ней в городке на другом конце страны, — начал он тихо, глядя мне в глаза, а я смотрела и не могла отвести взгляд, — Я был молод, глуп и уверен в себе. А она считала, что все вокруг заслуживают счастья. Я столкнулся с ней на площади, абсолютно случайно, она устраивала магические шоу и путешествовала по миру. А я огибал этот мир по морю. Я не мог уплыть, она стала центром моей вселенной, — от его слов, кажется, у меня потекли слезы, потому что он нежно протянул руку и убрал их, — Я попросил ее отправится со мной, и она согласилась. Команде я представил ее как свою невесту. Но… Я не уберег ее. Когда на нас напали, я велел ей спрятаться в каюте и не высовываться, но Лия… Я услышал вскрик рядом и обернулся, держа саблю в руке. А она… — он судорожно вздохнул, — в следующий миг с моего клинка свисало безжизненное тело Лии, — в его глазах было море боли, сожаления и вины. — Я убил ее, — посмотрел он на меня прямо, словно стараясь сбросить наваждение.
Я не могла подобрать слов. Все «мне жаль» и «сочувствую» или «ты не виноват» были неуместны, это как ответить избитой фразой на искренние чувства. Поэтому я просто подалась вперед и заметила, как он качнулся от меня. Стало больно, но я решила, что сейчас не время, так что я просто двинулась дальше и обняла мужчину.
Даже не представляю, как он нашел в себе силы двигаться дальше. Он не был похож на несчастного в нашу первую встречу, но все изменилось после побега от работорговца. Вот кстати…
— Почему ты назвал меня Лия? — спросила я, приподнимая голову.
— Потому что ты… — начал он и запнулся, но потом продолжил, — очень на нее похожа, — сказал и прижал к себе, а я не стала спорить.
— Так ты поэтому смотришь на меня с такой грустью? Я напоминаю тебе ее? — с болью спросила я.
Неужели он вообще обратил на меня внимание только из-за того, что я похожа на его погибшую невесту? В груди кольнуло.
— Ты — это ты, — твердо произнес Икар. — Я просто… боюсь потерять тебя, — тихо сказал он, — Мне кажется, я не вынесу этого снова.
Я ничего не ответила лишь сильнее прижалась к мужскому телу.
Икар ответил мне тем же — он сильнее прижал меня к себе и выдохнул в макушку. Он словно пытался запомнить каждый миг, насладиться им, вдохнуть меня всю.
Я провела ладошкой по его телу, крепкому и такому надежному. Вспомнила, как он обессиленный упал мне под ноги, когда истратил все, до последней капли, переживая, что мне грозит опасность. Мне показалось, что этого мало и рука скользнула под его рубашку. Простую и грубую, но он, бывший капитан целого корабля и слова не сказал. Кстати…
— Ты был капитаном пиратского корабля? — с интересом спросила я, заглядывая ему в глаза. — И как ты оказался в рабстве? — в глазах Икара вспыхнула боль, и я уже хотела извиниться, но он ответил.
— Нет, я был адмиралом флота империи Синдар, — у меня вырвалось писклявое «ой», Икар улыбнулся, погладил и продолжил, — Мы разорили немало контрабандистов и незаконных работорговцев. В какой-то миг они решили, что с них хватит, перестали грызться из-за наживы и объединились. Пришли на мой корабль и убили моих людей. Не всех, некоторых оставили и отпустили, чтобы они дрожали от страха, помня своих павших товарищей, — голос Икара становился жестче, а боль в глазах все четче, — Меня скрутили и взяли в плен. Дарел… — он сглотнул, — пытался прорваться и вытащить, но его убили и выбросили за борт.