Чтение онлайн

– А я тебя сразу узнал. Слишком у тебя приметные волосы, – произнес он, трогая мои золотистые локоны. – Похорошела, черт возьми.

Мои щеки тут же вспыхнули.

– А почему в Самару летишь? Ты же вроде осталась в Красноярске? – как ни в чем не бывало спрашивал он.

Значит комплименты делать он не разучился. Что ж, молодец.

– Да, училась в Красноярске, но теперь перевелась в Самару.

– Правильно сделала. У тебя хотя бы перспективы появятся. Ты же умная девочка, мозги есть. Работу сразу найдешь.

Я бросила на него быстрый взгляд. Хотела что-то ответить, но передумала.

Все остальное время мы вспоминали школьные деньки. Влад рассказал, как поступил в университет и как у них там все строго. Совсем недавно уволили одного из преподавателей, а на должность претендовал очередной богатенький сынок, который и получил это теплое местечко. Сын ректора, никак иначе, – рассказывал мне Влад. Мы обменялись телефонами, а потом мы выпили по чашечке кофе.

С пересадкой не было никаких проблем, и мы благополучно после полуторачасового перелета, оказались, наконец, на твердой земле. Я глубоко вдохнула воздух и попрощалась с Владом.

– Ты стала очень красивой, Эрика. Я тебе обязательно позвоню! – кричал он, уходя.

Ну как же, позвонит он. Некогда тебе будет, дамский угодник!

Глава 2

Я сидела в такси и приближалась к своему новому дому, жизнь казалась мне теперь более привлекательной. Будущее уже не виделось таким темным и неизвестным. Ведь ничего ужасного, на самом деле, не произошло. Нужно искать во всем свои плюсы.

Новый город, который мелькал окне, заворожил меня с первых минут. Большими глазами я смотрела на набережную Волги. Да, я знала, что увижу ее, но такого захватывающего пейзажа давно уже не видела. Надо будет как-нибудь погулять здесь.

Мы подъехали к высокому пятиэтажному зданию, и таксис помог мне донести мои вещи на третий этаж. Когда я открыла входную дверь и зашла в просторную прихожую, настроение было просто прекрасным. Начала даже петь про себя, сняла туфли на небольшом каблуке и направилась в свою новую обитель.

А тут мило! Все выглядело так, будто совсем недавно был сделан ремонт, а мебель и внешний вид комнат заставлял охать и ахать. Я была здесь несколько месяцев назад, когда папа привез меня погостить к нему. Но я запомнила все совсем иначе. Что же здесь произошло?

– Эрика, ты уже приехала! – воскликнула Ольга Николаевна своим звонким голосом. – Деточка, я так рада, что ты будешь здесь жить, – подбежав ко мне и поцеловав в обе щеки, произнесла женщина. – Ты так похудела, пойдем, перекусишь немного. А к вечеру ужин будет готов.

– Ольга Николаевна, я сейчас не позволяю себе много есть. Фигуру берегу, – подняв плечи и улыбнувшись, ответила я.

Ольга Николаевна, сколько я себя помню, всегда ухаживала за этой квартирой. Папа постоянно был в разъездах, а добродушная женщина прибиралась во всех пяти комнатах и содержала их в идеальной чистоте. Что сказать, папа умел разбираться в людях и в Ольге Николаевне тоже не ошибся.

– Да ты же кожа, да кости, куда тебе еще худеть? А ну-ка пойдем, поешь хотя бы супчика, – взяв меня под локоток, она повела меня на кухню.

От гостиной кухню отделяла раздвижная перегородка из тонированного коричневого стекла. Светло-молочная плитка, как и в прихожей, была потрясающей, а обеденную зону специально выделили черным рисунком. В центре стоял стол необычной для меня формы: столешница покоилась на трапециевидном основании, которое переходило в резные металлические опоры. Такой же формы я, кажется, видела в гостиной журнальный столик. Мягкие стулья округлой формы на трех ножках стояли вокруг стола.

Я присела на один из них и спросила:

– Ольга Николаевна, а давно папа сделал ремонт?

Женщина резко остановилась и повернулась ко мне лицом. Ее лицо тут же сморщилось, и по щекам покатили слезы.

– Как раз перед тем, как Олег Викторович погиб, – пытаясь унять дрожь в руках, прошептала женщина.

Я-то уже наплакалась и даже если хотела поплакать из-за погибшего отца, слезы не хотели выходить наружу. Видимо, лимит был исчерпан. А Ольгу Николаевну мне стало так жаль, она не смогла погоревать и выплакаться кому-то, ведь женщина совсем одна. Двое ее сыновей жили в других городах и виделись они от силы несколько раз в год.

Я встала и, подойдя к ней, обняла ее за плечи, опустив голову ей на макушку.

– Ну, ну, Ольга Николаевна, не плачьте, пожалуйста, – тихо шептала я, успокаивающе гладя ее по плечу.

– Девочка моя, я до сих пор не могу поверить в смерть твоего отца. Я знаю, тебе еще больнее, нежели мне, но не могу перестать думать о тебе и твоей матери. Такая потеря…

Я усадила помощницу рядом с собой на диван и приобняла.

– Ты ведь знаешь, как сильно твой отец тебя любил? Он столько раз о тебе за день говорил, когда, конечно, был дома. Постоянно в разъездах, поездках, командировках… Человек занятой был.

Я усмехнулась. Именно из-за того, что его не было рядом, мама отказалась жить с ним вместе. Сказала, какая разница, будет ли она в его доме жить или же в другом городе? Все равно его не будет рядом. Но от этого они не переставали любить друг друга. Я всегда смотрела на них с восхищением и тайком мечтала о том, чтобы мне встретился такой же заботливый и любящий человек.

Но все любимые нами люди рано или поздно уходят… Такова суровая реальность и с этим ничего не поделаешь…

– Эрика, ты же с дороги. Тебе нужно умыться, поспать, а я тут слезы проливаю и отвлекаю тебя от дел. Прости меня, старую, – смахивая с лица слезы, произнесла Ольга Николаевна. – Чем я могу тебе помочь?

– Ольга Николаевна, – начала я, но она меня остановила.

– Тетя Оля, мы же с тобой договаривались, – мягко взяв меня за руку, сказала женщина. – Каждый раз напоминаю тебе об этом.

Я улыбнулась.

– Тетя Оля, ничего не нужно. Ты отдыхай, а я приму душ. Только какая из комнат теперь моя?

– Ты что это такое спрашиваешь, девочка моя? Квартира твоя и ты решаешь, где расположиться.

Я кивнула и встала. Хотя бы смогла успокоить тетю Олю, а то что-то она совсем раскисла. Ну ничего, все пройдет. Терпения всем нам.

Я прошла в самую дальнюю спальню, в которой я располагалась, когда приезжала к отцу на каникулах или же просто погостить. Комната оказалась более светлой и просторной, нежели когда я ее видела в последний раз: белый комбинировал с ярким светло-коричневым деревом. Шкаф-купе, светильники, которые расположились на прикроватных столиках. Напротив кровати было просторно, а пройдя дальше, за перегородкой я увидела туалетный столик и мягкий стул. Все мои вещицы, привезенные ранее, стояли в идеальном порядке, а фотография в рамке на столике, заставила меня раскиснуть. Мама, папа и я между ними, счастливая, улыбка до ушей. Мама в своем любимом персиковом платье, папа в светлой рубашке. Я помню, мама тогда поссорилась с папой, потому что он не хотел менять темную рубашку на светлую. Я улыбнулась сквозь навернувшиеся слезы.