Чтение онлайн

– Обещаю…

– И, Лиззи. Не один мальчик, даже самый красивый и «потрясный», как вы выражаетесь, не стоит того, чтобы из-за него в метель выходить на улицу и рисковать своей жизнью, поняла меня?

Она виновато закивала.

– Еще раз прости меня, пап, что повела себя так… глупо и эгоистично… И еще... Ты на тетю Селию не злись, пожалуйста… Она как лучше хотела! Уверена, тетя Селия и подумать не могла, что я умудрюсь в одиночку пойти в кафе! Она всего лишь хотела… стать моим другом…

Я нахмурился, но спорить не стал. Только сказал, что разберусь с этим. Элизабет вовсе не нужны были сейчас лишние тревоги, тем более, когда они касаются взрослых разборок.

Я тоже считаю, что Сели зла моим детям не желает, но она поступила неправильно. Она не имела права действовать за моей спиной, когда речь шла о Лиззи. К тому же, детям мы должны быть не просто друзьями, мы должны быть наставниками. А ребенок должен чувствовать эту грань, которую переступать нельзя. Иначе он просто будет вить из тебя веревки и манипулировать. Никакого путного воспитания в этом случае не выйдет!

Кроме того, Сели не просто отпустила Лиз в кафе без моего разрешения, и, не уведомив меня об этом, так она не посчитала нужным сказать мне сразу, когда возникла опасная ситуация, и Лиззи перестала выходить на связь. Я должен был первым узнать о том, что что-то стряслось с моей дочерью, и принять необходимые меры, а узнал последним. Это пи*дец как меня злило, и я боялся сорваться, поэтому не торопился выходить из кабинета и начинать разговор, хоть и понимал, что он необходим.

Селия

Я сидела в коридоре небольшой местной клиники рядом с кабинетом врача, где сейчас находились Лиззи и Натан. Судорожно сжимая ледяными руками смартфон девочки и синюю шапку, которая помогла нам найти ее, я ждала хоть какой-то информации о состоянии Элизабет, но пока никто не выходил и ничего не сообщал.

Курт и Билли расположились на скамье напротив, и слегка напугано поглядывали на меня. На щеках Билли можно было разглядеть все еще невысохшие дорожки от слез. Дети молчали, но я прекрасно знала, что они испугались за сестру, увидев ее без сознания. И понимание этого тысячекратно усиливало чувство вины, поедающее меня изнутри.

Том Лютер тоже решил пойти с нами. Я, конечно, осознавала, что парень абсолютно ни в чем не виноват, но судя по его расстроенному выражению лица, у него было несколько другое мнение на сей счет.

– С Лиззи же все будет в поррядке? – звонкий голосок Билли неожиданно разрезал густую тишину, заставив меня вздрогнуть.

Я подняла глаза на нее, потом перевела взгляд на Курта. Он слегка приобнял малышку, успокаивающе поглаживая ее по спине, будто пытался защитить сестренку.

– Очень на это надеюсь, - прошептала я, а в голове по-прежнему стоял образ разъяренного и испуганного Натана, ревевшего как медведь над раненным медвежонком, когда он забирал из рук Тома свою дочь. Мне кажется, я смогла бы нарисовать его взгляд, которым Андерсон окинул меня после моих торопливых объяснений о случившемся, хоть никогда в жизни не бралась за кисть. Настолько четко он запечатлелся у меня в памяти, как если бы его вырезали ножом или выжгли. Осуждение, непонимание, злость, отвержение ледяным столбом застыли в его серых глазах.

Я это заслужила. Да... Я не желала Лиззи зла, и уж конечно даже представить себе не могла, что она окажется в такой ужасной ситуации, когда помогала ей втайне от отца сбежать в то кафе. Но это меня ни капли не оправдывало. Во всяком случае, саму себя оправдать у меня никак не получалось.

Дверь кабинета открылась и в коридор вышли мистер Эллиот и доктор Стюарт и, то ли мне показалось, то ли действительно это было так, но на их лицах читалось облегчение.

Мигом подскочив, я подбежала к ним, готовая вылить на них океан вопросов, но вместо звуков издала лишь прерывистый вдох, ощутив, как горло пережал спазм, мешая говорить и нормально дышать.

Доктор, сразу определив мое состояние, мягко сжал мои плечи и тихо произнес:

– Успокойтесь… миссис Андерсон?

Я отрицательно затрясла головой, а по щекам полились долго сдерживаемые слезы. Внутри словно плотину чувств прорвало, и меня затошнило от переполнявших эмоций.

– Мисс… Ддюваль, - наконец удалось выговорить свое имя.

– Мисс Дюваль, присядьте…

Доктор Стюарт подвел меня к скамье и усадил, присев при этом рядом. Из кармана форменного халата он достал платок и подал мне. Я благодарно приняла его, только сейчас заметив, что дети вместе с Томом уже стояли возле нас, с надеждой и страхом глядя то на меня, то на дядю доктора.

Иисусе, Дюваль! Разревелась тут! Сейчас всех перепугаешь!

Постаравшись взять себя в руки, я вытерла мокрые щеки и уставилась на Стюарта и мистера Эллиота, который тоже не спешил уходить.

– Мисс Дюваль, дети, - зазвучал спокойный голос врача, - с девочкой все хорошо, она пришла в себя и по ее собственным словам чувствует себя отлично, только замерзла немного. Обморожения у нее, слава богу, нет. Других внешних повреждений, в том числе ран и ушибов на голове и теле, тоже. Элизабет объяснила, что ей неожиданно стало плохо и, она потеряла сознание, поэтому упала в овраг. По моим рекомендациям, ей нужен покой, теплая одежда и одеяла, так как долгое нахождение на морозе могло спровоцировать развитие инфекций. На всякий случай, нужно будет наблюдаться у меня, пока девочка находится в Сноупикс, чтобы я смог прописать необходимые лекарства. Для профилактики я уже кое-что выписал. Все обошлось, - доктор по-доброму похлопал меня по плечу, - поэтому не стоит так плакать.

– Как представитель Сноупикс уверяю вам, что мы создадим все необходимые условия, чтобы мисс Элизабет как можно скорее поправилась, и больше не вспоминала этот инцидент, - поспешил вставить свое слово администратор Эллиот.

– Спасибо вам, - только и смогла вымолвить я. Голос дрожал, но я хотя бы что-то сумела произнести. – И вам мистер Эллиот, и вам доктор. Спасибо за помощь.

– А нам можно к Лиззи? – почти шепотом спросила крошка Билли, прижимаясь к брату.

– Думаю, мистеру Андерсону следует побыть с дочерью наедине и серьезно поговорить, а потом вы сможете войти и вместе отправиться с сестренкой к себе в номер, хорошо?

Дети закивали, облегченно выдохнув, а я вновь ударилась в самобичевание после слов доктора Стюарта. Натан, скорее всего, станет отчитывать дочь за случившееся. Но ведь это не вина Лиззи, а моя вина. Это я не подумала дважды, прежде чем отпускать Элизабет в кафе, не посоветовавшись сначала с Натом. Да кого я обманываю?! Что значит «посоветовавшись»? Кто я вообще в этой семье? Никто. При том я сама не желаю стать «кем-то». А то, что Натан оказывает мне знаки внимания, никаких прав и привилегий мне не дает.

Чтобы иметь какие-то права, нужно в первую очередь самой решиться на этот шаг в сторону Андерсонов – стать полноценной частью их жизни. А я после произошедшего еще больше засомневалась в том, чтобы заводить семью и детей. Видимо, я все же не создана для этого.

Селия Дюваль – супер-юрист, способный поставить на колени даже самого последнего козла Нью-Йорка, прокололась на первой возникшей ситуации с ребенком…

Натан с Лиззи вышли минут через пятнадцать. На девочке был больничный халат и тапочки, а на плечи был наброшен плед. Очевидно, мокрые вещи пришлось снять: во-первых, чтобы она не заболела; во-вторых, чтобы доктор мог осмотреть ее. Наконец, я смогла выдохнуть с облегчением. Вот она – живая и невредимая! Улыбается даже, а глаза сияют серебристо-голубым светом.