Чтение онлайн

— А ты, Алекса, веришь? — спросила Шарлотта.

— О… Мне бы очень хотелось что-нибудь найти! — воскликнула Алекса.

Тут Марк надел рубашку и вытащил из ящика со льдом несколько бутылок пива.

— Самую знаменитую кражу совершили сто пятьдесят лет назад, — проговорил он с усмешкой. — Тогда в Англию вывезли часть Парфенона.

— Мы просто спасли эти ценности, — возразил Тони. — В Британском музее они в целости и сохранности.

— Да, ценности в целости и сохранности. — Марк снова усмехнулся. — И они принадлежат англичанам.

— Приятель, но ты ведь тоже англичанин, — заметил Тони.

— Но не всегда верноподданный, — парировал Марк.

— Полагаю, что все скульптуры должны быть возвращены в Акрополь, — заявила Алекса.

Марк взглянул на нее с улыбкой:

— Ты считаешь, что музеи всего мира должны передать свои сокровища Греции?

— Совершенно верно. Это было бы справедливо.

— Возможно, ты права. — Марк пожал плечами. — Но боюсь, наши друзья с тобой не согласятся.

— Нет ничего странного в некотором расхождении мнений, — отозвался Тони. — Ведь в нашем случае это чисто теоретические расхождения.

Тони с Шарлоттой обменялись многозначительными взглядами, но Алекса, смотревшая на Марка, этого не заметила.

Они входили в гавань на закате, когда солнце, превратившееся в ярко-оранжевый шар, окрасило горизонт в пурпурный цвет.

— Какое удивительное зрелище, — проговорила Шарлотта. — Я начинаю влюбляться в Кавос.

Марк с улыбкой кивнул:

— Вы правы, в Греции замечательные закаты.

— Особенно здесь, на Кавосе, — подхватил Тони. — Как ты думаешь, Шарлотта, не задержаться ли нам тут?

— С удовольствием, дорогой братец.

— Как знать, — продолжал Тони, — возможно, нам все-таки удастся купить на острове дом. Мы могли бы проводить в нем отпуск.

— Увы, дом Алексы не продается, — со вздохом проговорила Шарлотта.

— Сегодня это не продается. — Алекса рассмеялась и мысленно добавила: «Нет, я ни за что не откажусь от дома моего деда».

Они возвращались домой уже в сумерках, впервые за этот день Марк обнял Алексу и привлек к себе. Она подняла на него глаза, и он, склонившись к ней, поцеловал ее в губы.

— Алекса, я думаю о предстоящей ночи, — проговорил он вполголоса.

— Я тоже, — сказала она. — И еще я подумала… Когда мы стояли у храма, мне вдруг пришло в голову, что было бы замечательно…

— Заняться любовью среди развалин?

Она рассмеялась:

— Нет, я подумала, что нам следовало подняться туда вдвоем. Тогда все выглядело бы по-другому.

— Ты же сама захотела присоединиться к Уитфилдам, — напомнил Марк.

— У нас не было выбора. — Алекса снова засмеялась. — Но они мне понравились. Хотя…

— Я слушаю, — кивнул Марк.

— Они сказали, что им приглянулся мой дом, но мне кажется, они просто шутят, когда говорят, что хотят купить его.

— Мне тоже так кажется, — сказал Марк.

— Но все-таки они мне нравятся, — продолжала Алекса. — И если они действительно поселятся здесь…

— Знаю-знаю, — перебил Марк. — Тогда за ними последуют другие.

— Марк, они тебе не понравились, так?

— Я их не знаю, — ответил он уклончиво. — Но даже если бы знал, то все равно не доверял бы им. Тебе следует быть более разборчивой.

— Разборчивой?

— Да, следует проявлять осторожность.

Они свернули за угол и стали подниматься по склону холма. Какое-то время оба молчали. Уже подходя к калитке дома, Алекса спросила:

— Если бы я проявила осторожность, то не наняла бы тебя, верно?

Открыв калитку, Марк усмехнулся:

— Сдаюсь, Алекса. Ты, как всегда, права.

Она быстро пересекла двор и вошла в дом. Марк, следовавший за ней, вдруг сообразил, что дверь дома была открыта. Он ускорил шаг, и тотчас же послышался пронзительный крик Алексы.

Она стояла посреди кухни, а вокруг нее валялись кастрюли и сковородки, и кто-то вытряхнул из упаковок все продукты. Кофе же, рассыпавшийся по полу, казался на кафельных плитках черным песком. Снова закричав, Алекса побежала в холл, но тут Марк догнал ее и, прижав к стене, прошептал:

— Тихо. Стой здесь и не двигайся. Тот, кто это сделал, возможно, еще здесь.

Марк вышел в холл, а затем стал подниматься наверх. Алекса же, стоя у стены, прислушивалась к его шагам. Наконец он вернулся, подвел ее к столу и заставил сесть.

— Здесь никого нет, — сообщил он. — Но в комнатах ужасный беспорядок. Возможно, это воры.

— Воры здесь, на Кавосе? — Алекса покачала головой. — Я считала, что на острове краж не бывает.

— Может, это просто мальчишки? — предложил Марк.

— Нет-нет! — воскликнула Алекса. — На Кавосе присматривают за своими детьми. Хотя… — Она окинула взглядом кухню и вздохнула: — Возможно, это все-таки мальчишки. Иного объяснения просто быть не может. Марк, а в остальных комнатах то же самое?

Он утвердительно кивнул.

— Как они посмели! — в ярости закричала Алекса.

— Тише, тише, — попытался успокоить ее Марк.

Но тут Алекса всхлипнула и разрыдалась. Марк обнял ее и прошептал:

— Дорогая, не надо, все в порядке. Ведь ничего страшного не произошло.

— Прости, я не сдержалась. — Алекса снова всхлипнула,

— И не бойся ничего, — сказал Марк.

— Я вовсе не боюсь. Просто я ужасно разозлилась. Действительно, как они посмели?

— Ты пока посиди, — сказал Марк, — а я сейчас вернусь.

Он вышел из кухни и вскоре вернулся с бутылкой в руке.

— Коньяк? — удивилась Алекса. — Я не знала, что у тебя есть коньяк.