Чтение онлайн

– Да так, - он отрицательно мотнул головой, - ничего. Ты где учишься?

– Институт иностранных языков, на третий курс перешла.

– А дальше что? Учитель? Переводчик?

– Нет, я в турбизнес пойду, - я мечтательно закатила глаза, - хочу мир посмотреть. Европу, Азию, Восток, Америку - все хочу!
– положила мечтающую голову на свои руки на столе, на секундочку прикрыла глаза и отключилась.

Проснулась я от сиплого голоса:

– Просыпайся, красавица, - и еще, что - то холодило правую щеку.

Я с трудом разлепила глаза и попыталась сфокусироваться на человеке вольготно рассевшимся у меня на кровати. И вдруг до меня с опозданием дошло, что это мужчина, лицо которого скрывала черная трикотажная маска, и который к тому же, держит возле моего лица нож.

Я дернулась и вцепилась двумя руками в его запястье с ножом. Подняла такой визг, что у самой уши заложило. В дверном проеме очень быстро появился еще кто - то в одних трусах - боксерах, взъерошенный и босой. И оттащил от меня придурка с ножом. Орать я не перестала, но соображать потихоньку начала.

Кажется, я у себя дома. Мужик в трусах - Макс Дадиани, а вот человек с ножом, мне совершенно незнаком. По крайней мере, голос. Лица под маской я по - прежнему не видела. Макс, тем временем, выбил у мужика нож, который благополучно улетел под кровать. И они начали метелить друг друга, круша все кругом. Я вскочила с ногами на кровать, распласталась по стенке, и продолжала сливаться с обоями, пока Макс не закричал на меня:

– Ёлка, исчезни, закройся где - нибудь!

Я, мгновенно сорвавшись с места, пока они крушили шкаф недалеко от меня, схватила в коридоре телефон и поспешно закрылась в ванной. Стуча зубами от пережитого, начала звонить 02. Родной полиции я сообщила адрес, свое имя и ,под непрекращающийся грохот, пожаловалась на злоумышленника, неизвестно как проникнувшего в мою квартиру, пока я спала.

Вызов приняли. Пообещали приехать очень быстро, по возможности. Я нажала отбой и прижалась ухом к двери ванной. В этот момент в дверь что - то так бахнуло, что я с перепугу дернулась назад и, не рассчитав размеров своего сан узла, загремела в чугунную ванную, наставив себе синяков и шишек где только можно. Там я немного полежала. Приходила в себя. Вспоминала, что каждый человек - творец, кузнец и трындец своего счастья и, зацепившись за край достояния чугунной промышленности, покинула не гостеприимную ванну. Из коридора раздался обеспокоенный голос Макса:

– Ёлка, выходи, он убежал.

Я аккуратно открыла дверь. Макс Дадиани стоял посередине коридора в трусах и показывал мне маску в руке.

– Извини, ушёл, - и расстроено развел руками, - догонять не стал. Решил, что в трусах и босиком, вряд ли успею, только соседям на смех, - я согласно кивнула и медленно покинула своё убежище.

Лучше бы я этого не делала. Я пошла к Максу, поинтересоваться, нужна ли ему медицинская помощь, но застыла, в полном шоке, когда увидела, что стало с моим домом.

– Мамочка моя… - это все что я смогла выдавить, всплеснув руками и прижав их к щекам.

Комод в коридоре лежал на полу, с вывернутыми ящиками и разбитым зеркалом. Полка для обуви сломана по центру. Стулья в хлам, дверцы вмяты в шкаф, словно в него угодило ядро. У перевернутого стола отбит угол, кругом битое стекло, щепки и ошметки. Цела была только кровать, на которой лежала разбитая люстра, и диван, на котором сегодня ночью спал Макс.

Я на цыпочках пошла к остаткам зеркальной витрины в своей бывшей спальне.

– Стой, - сказал Дадиани, - стекло кругом, - и, выудив из остатков обувной полки в коридоре мои балетки, бросил их на пол передо мной, - обуйся, пожалуйста, - я молча обулась и продолжила двигаться к цели.

На полу, между обломками витрины и осколками стекла, лежали наши с мамой фотографии в разбитых рамках и тетрадка с рисунками. Аккуратно все это собрав, отряхнув от битого стекла, прижала к груди, продолжая рассматривать окружающий меня погром, круглыми глазами.

– Может, скажешь, что - нибудь?
– спросил Дадиани, забирая у меня стопку с фотографиями и тетрадь, судорожно прижатую к груди.

– Ты все сломал!
– рявкнула я.
– Макс вздрогнул и поморщился.

– Во-первых, не я, а мы с неизвестным злодеем, а во-вторых, я тебя спасал, между прочим. В-третьих - я сломал, я и починю. Чего нервничать?

Стоя на полу босиком в трусах, начал рассматривать фотографии и рисунок в тетрадке: моё лицо, крупным планом, выполненное простым карандашом, распущенные волосы, взгляд из - под ресниц, нежная улыбка.

– Красиво, - протянул мне Дадиани стопку обратно, - поклонник рисовал?

– Что - то вроде этого, - кивнула головой, - надо бы одеться, я милицию вызвала, сейчас приедут.

– Ты тоже тогда накинь на себя что - нибудь, а то они в таком виде тебя до следующего утра допрашивать будут.

Я кивнула и на ватных ногах отправилась к остаткам шкафа, на поиски одежды. Мы оделись, я нашла сарафан, а Дадиани то, в чем приехал вчера. Джинсы, футболка и мокасины. Потом мы стояли и озирались по сторонам, я была в шоке, а Макс, наверное, думал, что лучше меня не трогать, чтобы не кричала. Но все же, рискнул отвлечь меня:

– Ксюш, может, позавтракаем, пока доблестная полиция не приехала?
– я вздрогнула, но не стала говорить, что так меня только мама называла. И это было так давно…

– Можно попытаться, если осталось пару тарелок, и вы холодильник в окно не выкинули…

– Холодильник - это святое, - сообщил Дадиани, разворачивая меня в сторону кухни.

Хлипкий старинный стол не выдержал мордобоя, и смиренно покоился на полу на сломанных ножках. Одна целая табуретка. Я смела на пол тряпкой все осколки со столешницы, открыла покосившуюся дверцу навесного шкафа, достала чашки, растворимый кофе, сахар, ложки. Макс шустро включил чайник, налив в него воды. Я заглянула в холодильник: две котлеты, колбаса и пара кусочков хлеба. Выгрузила все это на тарелку и вручила Максу со словами

– Чем богаты…

– Отлично, - сообщил Дадиани, пристраиваясь с тарелкой на подоконнике, - присоединяйся.

Я налила две кружки кофе и пошла с ними, присоединяться. Макс бодро жевал бутерброд, я стащила последнюю котлету и, жуя, попыталась оценить ущерб, а именно, во сколько мне обойдется придать этому безобразию жилой вид.

– Значит так, - выдал Макс, закончив лопать, - сейчас собираешь предметы первой необходимости в чемодан, остальное, важное, но не первой необходимости в коробки. Я вызываю водителя, все загружаем и переезжаем ко мне.