Подарок для Темного
Шрифт:
— Что произошло? Вы меня оживили? — прошептала я, глядя то на него, то на Черную королеву.
— Не мы. У тебя появился хранитель посильнее, — улыбнулась она, глазами указывая на мой живот.
— Ты беременна, Рия, — сказал Эгорт. Его ладонь по-прежнему там и покоилась.
— Вы разыгрываете меня? — Я попыталась встать, но ничего не вышло. — Сколько я пробыла без сознания?
— Пять часов, — ответила Черная королева и переключилась на свои магические атрибуты на столе. — Магия лакмэнов оказалась слабее той, что уже зародилась в твоей утробе. Тебя спас твой ребенок.
— Мой ребенок?
— Наш. — Эгорт взял меня за руку и положил ее на мой живот. — Мы сотворили чудо, Рия.
— Какое чудо? Мы переспали три дня назад.
— В вашем мире что, на оплодотворение нужны недели? — задумалась вслух Черная королева. — Ты беременна. Более того, плод уже хорошо закрепился в матке. Так что тебе пора задуматься о здоровом режиме, а не бегать по библиотекам в поисках старых заклинаний для самоубийства.
Я взволнованно сглотнула, пряча глаза от Эгорта.
— Зачем ты это сделала? — спросил он с беспокойством. — Я чуть с ума не сошел, когда ворон доложил о твоем побеге.
— А что мне оставалось? — пристыженно пискнула я. — Я стравливала тебя с Максудом и Линдалом. Испытывала твое терпение, рисковала. Если бы ты однажды вышел из себя, то был бы разоблачен. А меньше всего мне хочется, чтобы ты пострадал. Или они.
Поджав губы, Эгорт снисходительно вздохнул. Ругать меня теперь было бессмысленно. Дело сделано.
— Максуд и Линдал сейчас обсуждают план по развитию Кхбит Табхан. С Агосто, Кассергенами и с главами еще двух соседствующих стран, — доложил он. — Линдал все мне рассказал.
— О, да он бесстрашный.
Эгорт слабо улыбнулся, повторив:
— Бесстрашный. Но его ты встретила раньше. Искра между вами вспыхнула тоже раньше. А еще он, в отличие от меня, всегда был к тебе справедлив.
— Ты тоже…
— Нет, выслушай меня, Рия. Я не верил в тебя. Считал тебя безумной. А он разглядел в тебе сильную духом, смелую, чудесную женщину, способную все преодолеть. Я долго думал только о себе, о своей мести. Он думал о тебе.
— Ты как будто сватаешь меня за него, — усмехнулась я, переплетя свои пальцы с его. — Эгорт, ты не представляешь, как сильно я тебя люблю.
— Тогда пообещай больше не делать глупостей. Пусть нас будет хоть трое, хоть пятеро, хоть все двадцать, я не переживу еще одну твою смерть.
— Нет, спасибо, — засмеялась я, смахнув навернувшуюся от радости слезу, — троих мне точно хватит.
— Тогда надеюсь, мы договорились. — Он снова склонился ко мне и поцеловал в губы. Нежно и чувственно.
От легкости во всем теле заныла сладкая истома.
Я закинула руки за его шею и, отвечая на поцелуй, потерялась в реальности. Пока Черная королева не напомнила о своем присутствии:
— Не целесообразнее ли продолжить ваше примирение в спальне?
Хихикнув, я носом уткнулась в шею Эгорта и вдохнула его родной запах. Однако было кое-что тоскливое у меня на сердце.
Отстранившись от него, я посмотрела на королеву и спросила:
— Лакмэны добьют меня после рождения ребенка, да?
— Тебе не о чем беспокоиться. Я все улажу, — улыбнулась она несколько грустно. — Только у меня есть одна маленькая просьба. Мне не посчастливилось быть матерью, поэтому я хочу стать хотя бы бабушкой.
Я взглянула на Эгорта. Ему решать, не мне. Она же не моя мама.
— В таком случае, у меня тоже будет условие, — ответил он. — Бабушка не будет вербовать своих внуков и внучек в ведьмовской ковен. У мира не должно быть владыки над слабыми расами. Сильные должны их защищать, а не порабощать и угнетать. Мы все равны. Я силен, Максуд хитер, Линдал умен, но мы все такие же разные, как и одинаковые. Рия показала нам, что залог успеха — любовь и дружба. Она как отражение всего Тронстума, а мы трое — ее созидатели. Наш мир — это женщина, за которой надо ухаживать. Разногласиям должен прийти конец.
Я опять едва не расплакалась. Эгорт мало говорил, но если его прорывало, то делал это мощно, стреляя в самую цель.
— За исключением одного, — уточнила Черная королева, — Дэлл Агосто отбудет весь условленный срок на работах, а к склепу Князя Тьмы мы не подпустим никого. И я буду во все глаза следить за Айвором.
— Идет, — согласился Эгорт и аккуратно поднял меня на руки.
Прижав к груди, вынес из мастерской и прямо на руках отнес в мою комнату, посреди которой стояла наполненная ванна, а Максуд уже разводил в воде ароматные эфирные масла. Из-за нежелания вылезать из объятий Эгорта мне стало даже лень спросить, что он тут устроил. Это сделал за меня вслед вошедший Линдал.
— Что это за альдоары, где нельзя помыться, — объяснил Максуд, не отвлекаясь. — В комнате должно быть все для расслабления и удовольствий.
— Так, знаток удовольствий, мою мать любезно попросили покинуть заседание…
— Выгнали?
— Скажем так, да, выгнали. Теперь ты готов вернуться к переговорам?.. — Линдал увидел, что Эгорт держит меня на руках и облегченно улыбнулся. — Ты очнулась.
— Куда бы я без вас делась?
Эгорт усадил меня на край кровати, а сам проверил воду в ванне.
— Теплая. Рия, давай я помогу тебе помыться. Погреться тебе не помешает.
— Эгорт, — обратился к нему Линдал, поскребя большим пальцем бровь, — Айвор хочет обсудить вопросы по безопасности и обороне планируемой в пустыне станции. Твое присутствие не помешает. Ты лучше всех знаешь дюны. Посоветуешь лучшее место для строительства.
— Я не могу оставить Рию. Позже обсудим.
— Нет, Эгорт, тебе нужно пойти! — заявила я. — Когда еще у вас появится возможность пообщаться с соседями? Это важно для нашего будущего. Для будущего нашего ребенка, — сказав это, я взглядом пробежалась по лицам Максуда и Линдала.
Они были непоколебимы. Уже знали о моей беременности.
— Я побуду с ней, — отозвался Линдал. — Если ты мне доверяешь.
Эгорт мог не отвечать. Убежденность, что Линдал не желает мне ничего дурного и его чувства искренни, читалась в его глазах.
Поцеловав меня и пообещав не задерживаться, он присвистнул Максуду, увлекшемуся откупориванием бутылки вина. Я отметила для себя, что этого любителя горячительных напитков придется перевоспитывать. А шантажировать, к счастью, было чем.