Чтение онлайн

— Нет, — усмехнулся он, и я вздрогнула вновь, — как видишь, в недостатке секса и девушек для секса я не страдаю. Это первое. А второе — я действительно профессионал. Поверь, если бы у меня стояла цель убить, я бы убил. А нашу жертву топили в спешке, постоянно оглядываясь по сторонам. — И он вдруг резко подался вперёд: — Откуда ты узнала, где нужно искать, Лина?

Говорить Алексею про видения не было смысла — пришлось импровизировать.

— Я… лунатик, — выпалила торопливо. Дьявол! Лучше бы время потянула! — Хожу по ночам. Я помню, что её тащили по набережной. Какая-то размытая тень. Он ударил её по голове, сделал укол и подхватил странно, под талию. Как пьяную. У нее туфли были, красные, они волочились по асфальту…

Горло сжал спазм. Господи, как страшно!

Зайчик отпустил мои волосы и встал рядом.

— Значит, ты лунатичка, а не соучастница, у которой проснулась совесть…

Что?! От возмущения я вскочила.

— С чего ты взял?! Я… я даже не видела её никогда! Я в отель приехала только позавчера — спроси у главной горничной!

— Я тоже, — он повернулся ко мне, — однако гонцы, которые приходили утром, уже успели подкупить девку, бывшую горничную, и та достала им ключ. Вывод — деньги значительно ускоряют ход вещей.

– Возвращаю тебе эту фразу, — вспомнив, что лучшая защита — нападение, отозвалась я, — а если ты помешанный маньяк, который приехал вслед за девушкой в отель, чтобы надругаться и убить! А спасти её пытался для отвода глаз!

Он снова хмыкнул, делая шаг ко мне. Но я же смелая, я с места не двинулась.

— Она была шатенка, к тому же, полноватая на мой взгляд. Как ты догадалась, я больше по худеньким блондинкам.

— Испытываю необъяснимое желание покраситься в чёрный и набрать пару килограмм! — язвительно заявила, впрочем, уже понимая, что наши взаимные обвинения — пустая бравада.

Несколько секунд Алексей, не мигая, глядел на меня, а потом неожиданно захохотал.

— Бесполезно, Лина, бесполезно… — и сгрёб в охапку. Я заёрзала с возмущением, но куда мне! — Я жду тебя сегодня. Поверь, у меня очень, очень грязный номер… и если я не увижу свою горничную, я буду недоволен. Возможно, даже пойду жаловаться. Новенькая горничная наверняка на испытательном сроке, особенно такая нерасторопная. Правда?..

У меня похолодели пальцы. Что?.. Откуда он узнал?!

Упёрлась ладошками в его грудь и надменно произнесла:

— Я не буду с тобой спать! Больше никогда!

— А я разве говорил про спать? — вкрадчивый шёпот на ушко. Такой, что сердце нервно ёкнуло: — Я говорил исключительно про уборку. — И уже обычным голосом: — Уходи и на берег больше не суйся. Вчера всё было мягко, но поверь, я могу быть очень злым Зайчиком. И тоже пойти на принцип.

Отстранился. Я переступила с ноги на ногу, оценивающе поглядела на Алексея. Неужели давление авторитетом было только ради берега?..

— Нет.

— Нет? — нехорошим голосом уточнил он.

— Я первая нашла этот берег. А ты можешь быть маньяком, который пытается спрятать улики. Я остаюсь.

— То есть, ты даёшь мне карт-бланш? — Алексей сощурил глаза, вызывая тёплую волну внизу живота. Мать! Что за поздняя весна у меня в организме?! — Ради незнакомой девицы ты согласна быть оттраханной во всех позах? Лина, без шуток — если это действительно убийство, тебе лучше здесь не ходить.

— Я остаюсь, — заявила твёрдо, будучи уверенной, что опасности нет. Но голос Зайчика заставил мурашек сделать марш-бросок по спине.

— Что ж, я тебя предупредил, — сообщил он и направился дальше, по берегу. Я посеменила за ним.

— А что мы ищем? — уточнила я, почти утыкаясь Зайчику в спину. — Ты ведь сказал, что это несчастный случай?.. Ну, той парочке за завтраком.

Придирчиво оглядывая берег, он с недовольной миной повернулся ко мне:

— Я не истина в последней инстанции, Лина. Я не могу утверждать, не имея на руках доказательств. К тому же, клиенты отеля — это последние люди, с которыми я буду делиться своими мыслями.

— То есть, ты всё-таки веришь мне?..

— Доказательства, — Зайцев покачал головой, — без доказательств любые теории мы можем засунуть в одно место. Вполне возможно, что две подруги пошли по пьяни купаться, она нырнула и не выплыла, а вторая испугалась и убежала. И теперь сочиняет сказки про красные туфельки и маньяка.

Теперь настала моя очередь глядеть на него скептически:

— Во-первых, зачем тащиться в такую даль, если можно искупаться на набережной? Не говоря уже о том, от ледяной воды пальцы сводит! Она бы протрезвела гораздо раньше, чем зашла по пояс! А что касается намёков в мою сторону… Горничная и постоялица отеля. Пили. Вместе. В первый день приезда в отель. Тебя ничего не смущает?..

Он внезапно сорвался с места, уходя дальше, по тонкой дорожке между морем и скалами.

— Она была не нашего круга, — бросил мужчина, — молодая, приятная, но в застиранной одежде с чужого плечами. Мамины-бабкины сарафаны, которые давно вышли из моды. Держалась зажато, даже испуганно. Было очевидно, что поездку в отель она оплачивала не сама… Хм!

Я замерла вслед за ним, во все глаза таращась на полоску каменистого берега. След от костра? Странно, зачем разводить костёр в двух шагах от воды?..

— Надо же, угадал, — довольно хмыкнул Зайцев, пробираясь к куче обгоревшего мусора. Стоп, а мусора ли? — Убийца пытался избавиться от улик. Даже бензин где-то раздобыл, ловкий малый.

У меня не было слов. Боже, всё важное — просто. Если убийца-дилетант, он должен наследить!

— Но что он хотел сжечь? И почему сжечь, а не выкинуть? — спросила для ясности.

— Это санаторий, а не улица, Лина, — отозвался Алексей, доставая из кармана перчатки и прозрачный пакет, — рано или поздно вещи нашли бы работники отеля. А зачем — это, конечно, хороший вопрос. Вероятно, он сначала изнасиловал её, а потом уже топил. Голую.

Я вздрогнула.

— Похоже на правду. Вещи сжёг, девушку утопил — и никаких проблем, — выдохнула, опускаясь на колени рядом с мужчиной. Безумно хотелось потрогать остатки пепелища, но мешать Зайчику я не решилась.

— Ты действительно полицейский?

Он промолчал, впрочем, ответ мне не требовался. Не полицейский. У полицейских не бывает контрактов, сексапильных помощниц и фразы: "Не нашего круга". Да и поехать в столь красивое место им не по карману.

— Смотри-ка, — он вытащил из остатков бумагу, подцепив её двумя пальцами. — Всё-таки наследил.