Чтение онлайн

– Цветы… Я совсем забыла. – Госпожа ван дер Эйслер взглянула на Риту. – Вы, наверное, тоже хотите поехать с нами? Быстрее пролетит время.

– Если можно, я останусь, – вырвалось у Риты. – Вы позволите сесть за ваш стол? Мне надо написать много писем, как раз будет возможность заняться этим в тишине.

– А вы, Оливия?

– Мне надо до отъезда разобрать одежду Нелл. Я буду рада, если справлюсь за час или два.

– Ну тогда ступай, душечка. – Рита снова была любящая мать. – Я уверена, Оливия поможет тебе одеться…

– Почему бы нет – мы же обе идем наверх, – беспечно сказала Оливия.

Одев Нелл, Оливия проводила девочку вниз. Стоя в дверях, помахала рукой вслед отъезжавшей машине – за рулем был Тобер, а Нелл, невероятно довольная, сидела рядом.

Оливия ушла в комнату Нелл – мало удовольствия сидеть в гостиной с Ритой. Рита, однако, этого не ожидала. Только Оливия покончила с мелкой починкой и рассортировала одежду малышки на кровати, собираясь уложить все в чемодан, как вошла Рита.

– Оливия, мне надо с вами поговорить. – Рита опустилась на стул возле кровати.

Она казалась ужасно серьезной, даже встревоженной, и Оливия спросила:

– Случилось что-нибудь? Вам нехорошо?

Рита вцепилась руками в колени.

– Я знаю, я вам не нравлюсь, – Рита жалобно улыбнулась. – Что ж, я вас тоже не люблю, но все равно не могу видеть вас униженной…

Оливия сложила маленькую ночную рубашку.

– Почему бы мне чувствовать себя униженной? Если вы о возвращении в Англию, то я знаю, что поеду после того, как вы договоритесь с мистером ван дер Эйслером.

Рита медленно выговорила:

– Мы собираемся пожениться, очень скоро, еще до пасхальных каникул. Вы об этом догадывались. Даже не знаю, как сказать, возможно, вы не поверите, но я умоляю вас прислушаться к моим словам…

Оливия села на кровать.

– Я ничего не понимаю. Не могли бы вы объяснить? – Как хорошо, что голос звучит ровно; внутри у нее все перевернулось, но внешне, Оливия надеялась, ничего не было заметно.

– Вы ведь любите Хасо, верно? – Рита говорила спокойно. – Раньше он этого не понимал. Он считает вас очень хорошенькой и очень надежной молодой женщиной, вы ему помогли в трудную минуту… нам обоим помогли. Сейчас он озабочен тем, как пощадить ваши чувства, он собирается распрощаться с вами, вручить билеты, чтобы вы уехали так скоро, как пожелаете. Я не рассчитываю, что вы мне верите, но все же хочу вам помочь.

– Почему бы это?

– Потому что я счастлива, а вы нет. Снова встретить Хасо, зная, что он жалеет вас… Он не скажет напрямую, что отвергает вашу любовь, он слишком добрый, но вы все равно будете так унижены…

Оливия изучала Ритино лицо – ей пришлось признать, что вид у Риты самый искренний.

– И как же вы мне поможете?

– Хасо не будет до завтра; обычно после такой операции он не отходит от пациента, пока не убедится, что может передать его ассистенту. Не хотите ли уехать сегодня? К сожалению, ваш билет остался у Хасо, но у меня есть с собой деньги. Вы можете на поезде доехать до Хука, а оттуда – ночным паромом… – Рита помолчала. – Хотя нет, лучше останьтесь. Увидитесь с ним перед отъездом, вам захочется попрощаться.

Оливия не заметила осторожный хитрый взгляд. Глядеть в любимое лицо и видеть жалость и сострадание? От этой мысли Оливию передернуло.

– Лучше я поеду сегодня. Если вы одолжите мне денег, я за несколько минут уложу вещи и уеду в Англию. Что мне сказать госпоже ван дер Эйслер?

Рита задумчиво нахмурилась.

– Можете сказать, что плохо себя чувствуете… или нет, это глупо. – Рита выпрямилась на стуле. – Не могли бы вы сказать, что вам позвонили из дому? Что вы там нужны? Например, кто-нибудь заболел… – Она опять нахмурилась. – Нелл расстроится, но раз она будет думать, что вы поехали домой за кем-то ухаживать…

Оливия вдруг почувствовала страшную усталость.

– Да, хорошо. Как мне попасть на поезд?

– Госпожа ван дер Эйслер даст вам машину до Леувардена, а когда Хасо приедет, сама ему все объяснит. Если хотите, я попрошу Хасо написать вам письмо.

– Нет-нет, спасибо. – Оливия встала. – Я как раз просмотрела все вещи Нелл. Она возвращается в школу?

– Через несколько дней мы ее отвезем, мы поедем к леди Бреннон.

Оливия кивнула.

– Пойду собираться.

Рита тоже встала и пошла к двери.

– А я схожу за деньгами, – сказала она и сочувственно добавила: – Мне так жаль, Оливия. Извините.

Когда Рита ушла, Оливия снова опустилась на кровать. В конце концов, это всего лишь то, чего она ожидала. Нет, не совсем, решила она. Она не думала, что Хасо будет обсуждать ее с Ритой, хотя, раз они женятся, это естественно. По крайней мере у Нелл будет любящий отчим, а Рита наконец-то превратится в любящую мать. Может быть, она к Рите несправедлива? Оливия проглотила подступившие слезы и стала укладывать вещи Нелл. Потом уложила свои. Когда пришла Рита, она взяла предложенные деньги, поблагодарила, спросила, куда прислать долг, – она сделает это сразу, как доберется до Англии.

– Знаете, у Хасо ваш билет и деньги на расходы, так что вы никому ничего не должны. А он обещал вам какое-то вознаграждение?

– Об этом речи не было. Нет.

– Но вы же пробыли здесь не одну неделю. Вы не можете работать бесплатно. Бедный, ему приходится так много всего держать в голове. Но я ему напомню. Я уверена, он вышлет все, что вам причитается.

– Нет, – сказала Оливия, – мне не надо денег, Лучше бы я вообще… – Она улыбнулась. – Я промолчу.

Когда госпожа ван дер Эйслер приехала домой, история у Оливии была уже готова, и та ей поверила. Нелл тоже поверила, хотя при мысли, что Оливия сейчас уедет, она чуть не плакала.

Дальше все было легко: Тобер предупрежден, чтобы держал машину наготове, чай выпит, прощальные слова прислуге сказаны и, наконец, положенные комплименты хозяйке произнесены.

– Я написала мистеру ван дер Эйслеру письмо и оставила его в кабинете на столе, – сказала Оливия.

Она обменялась рукопожатием с Ритой, обняла и расцеловала Нелл и села в машину рядом с Тобером. Он выехал за ворота, свернул на узкую дорогу – Оливия не оглянулась.

– Очень неожиданно, – заметила госпожа ван дер Эйслер. – Я и не знала, что у Оливии мать больна. Это она звонила?

– Да. Оливия была здесь, спрашивала меня о вещах Нелл и тут получила сообщение. Для нее это был удар. Мне кажется, она очень любит свою мать.

– Вы, конечно, останетесь, дождетесь Хасо?

– Да, конечно. Теперь, когда мы обо всем договорились, Нелл надо как можно скорее возвращаться в школу.

Госпожа ван дер Эйслер не спросила, о чем же они договорились. Она взяла вышивание и углубилась в узор.

Все уже спали, в доме стояла тишина, когда Рита крадучись спустилась в кабинет и забрала со стола Хасо письмо Оливии. Мало ли что там написано!