Чтение онлайн

Вернувшийся вскоре муж застал ее ревущую на кухне, всю перепачканную мукой.

– Значит так, с мамой я договорился, она детей заберет после школы и отвезет к себе, на работу твою позвонил, тебя отпустили до понедельника. А теперь сядь и на вот… выпей! – говоря всё это, он достал с полки бутылку коньяка и налил ей приличную дозу в пузатый бокал.

– Я не хочу, – хныкала Алёнка.

– Я сказал, пей, как лекарство, – безапелляционно приказал Василий.

Алёнка зажмурилась и выпила одним махом янтарную жидкость. По телу сразу разлилось тепло, а зубы перестали выбивать дробь.

– Ну что, полегчало?

– Угу, – простонала она, – Васенька, а что мы с Тимохой будем делать?

– Что-что, оставим, куда же его девать, с хозяином договорюсь, не переживай.

– Ой, а детям? Как детям-то всё расскажем?

– Детям? – приуныл Василий. – Придется сказать, как есть, что умерла, только без подробностей.

– А похороны? У нее же никого нет, кто ее хоронить-то будет? – снова завыла Алёнка. – Я лишь одного ее знакомого знаю, Семёна. Помнишь, мы его встречали время от времени? Но ни его телефона, ни даже фамилии я не знаю.

Василий налил ей еще один бокал, с которым Алёнка, не дожидаясь уговоров, быстро расправилась.

– М-да, дела. Ладно, я всё решу. А ты… – тут Василий задумался, он прекрасно знал характер своей жены, чтобы она быстрее пришла в себя, ее надо было чем-то занять, и чем скорее, тем лучше. – Давай-ка ты пока оповестишь всех ее знакомых, может, кто-то захочет попрощаться.

– А где же я их найду-то? У меня их телефонов нет.

– Ну знаешь, зай, тут уж сама подумай, или мне одному всем заниматься?

– Ой нет, Васенька, не одному, я всё сделаю, обещаю.

– То-то же… давай, действуй, а мне отъехать надо, с бумагами волокиты впереди много и, однако, у меня встреча, с совещания сорвался, а там люди серьезные. Тебя одну можно оставить? Ты как?

– Да нормально уже, – вяло отозвалась изрядно захмелевшая жена.

– Ну всё, я ненадолго, ты только больше ни на кого не набрасывайся с кулаками, а то еще в кутузку загремишь.

Он чмокнул жену в щёку, обнял ее покрепче и вышел. Алёнка осталась одна. Мысли после двух бокалов коньяка да еще и на голодный желудок вяло перетекали одна в другую, и она никак не могла на чём-то сконцентрироваться. Она упускала что-то важное, но что, никак не могла понять.

– Так, оповестить знакомых, – вслух сама себе сказала Алёнка, – у Веры Георгиевны рядом с телефоном лежала записная книжка, наверняка там есть все номера. Да, мысль хорошая, но как попасть в квартиру?

Она выглянула на лестничную клетку, там уже никого не было. Дверь соседки была опечатана. Не вариант. Вернувшись домой, Алёнка продолжала размышлять: «А сотовый? В телефоне должны быть контакты и последние звонки, не мешало бы посмотреть. Тоже отпадает, телефон забрала полиция. Да… ситуация».

Можно было бы попросить помочь Гришаню, он был айтишником от Бога, вдруг он смог бы уж если не найти список контактов, то попробовать установить звонки соседки. Гришка – хороший знакомый Алёнки еще со времен общажной жизни.

Когда-то будучи молоденькой второкурсницей Алёнка, не выдержавшая разгульной жизни соседок по комнате в общежитии, переехала в блок, где обитал пятикурсник Гриша с двумя своими соседями. Комендант, с которой у юной Алёнки установились практически дружеские отношения, сжалившись над ее мучениями с соседками, предложила ей комнату.

«Ты уж не обессудь, комната так себе, сильно убитая, да и пацаны по соседству, но тихие. Зато будешь сама себе хозяйка. Из-за размеров мы туда лишь по одному селим. Но лучше уж одной, чем с такими», – сказала комендант и открыла перед Алёнкой дверь ее будущего жилища. Алёнка сначала опешила от открывшейся перед ней картины. Комнатка действительно была маленькой, даже не так… крохотной. Весь дальний угол был в черной плесени из-за того, что комната была угловой и в швы между панелями попадала влага. Обои были все ободранные, а на одной из стен красовался кем-то нарисованный черно-белый портрет одноглазого мужчины. При этом недостающий глаз он держал в выставленной вперед руке. Из мебели в наличии имелась лишь трехногая кровать и полуразвалившийся шкаф. Ванна с туалетом тоже были в плачевном состоянии.

«Ой!» – только и смогла выдавить Алёнка.

«Не нравится? – усмехнулась комендант. – Извини, но других вариантов нет».

«Нравится! Переезжаю!» – решительно ответила студентка.

«Ну и отлично, ты пока потерпи, а завтра попробую тебе кровать поприличнее найти».

Оставшись одна, Алёнка призадумалась, отложенных денег должно было хватить на дешевые обои и линолеум. Да и родители обещали помочь. Можно будет купить новый шкаф и кухонный стол. Осталось придумать, как ремонт сделать. Сама она ни разу в жизни ничем подобным не занималась. И тут веселой гурьбой влетели три ее одногруппницы, с которыми Алёнка хорошо дружила. Оценив весь масштаб бедствия, девчонки выдали: «Ничего, справимся».

И работа закипела. Сначала они отодрали все старые обои и отмыли стену. Соседи, увидев четырех веселых и обаятельных студенток, скромно предложили свою помощь. На фоне ремонта ребята и сдружились. Через неделю комната приняла очень даже уютный вид, а уж как мальчишки были рады, когда Алёнка, засучив рукава, до блеска отдраила всю сантехнику! Оказывается, они не подозревали, прожив в этом блоке четыре года, что ванна у них не бурая, а белая. Они так вошли в раж, что даже раздобыли где-то банку краски и выкрасили ванну с туалетом в фисташковый цвет, о котором мимоходом обмолвилась Алёнка.

Ребята, естественно, старались помогать Алёнке, чем могли, объясняли физику, на которую у нее была настоящая аллергия, прибивали полки или делали мелкий ремонт, прогоняли чересчур настойчивых поклонников, одним словом, взяли над ней шефство. В благодарность за это она часто кормила их чем-нибудь вкусненьким. У нее сложились добрососедские отношения со всеми ребятами, но по-настоящему она дружила именно с Гришаней. Ему она могла рассказать всё, и он ее понимал с полуслова. Она частенько мирила его с очередной пассией, которых у парня было несчетное количество, а он лично следил, чтобы никто не посмел ее обидеть. Между ними существовало негласное правило – не портить дружбу всякими глупостями, и они честно его соблюдали. Дружба эта не закончилась даже после института, а с годами стала только крепче.

Гришка всегда был помешан на программировании и на всём, что связано с компьютерами. Сколько он ни пытался ей объяснить, чем именно он занимался, она так и не поняла, поэтому в один прекрасный момент он плюнул на это неблагодарное дело и стойко выслушивал все ее просьбы, связанные с любыми видами техники.

Вот и сейчас, услышав в телефонной трубке голос Алёнки, он сразу предупредил:

– Если это связано с разблокированием платных каналов, за которые ты не хочешь платить или подключением утюга к вайфаю, не трать время, это не ко мне.