Чтение онлайн

Щеки у Дарьи были красными, вероятно у нее жар. На расстоянии вытянутой руки от дивана стояла табуретка с медикаментами.

– Даша, ты меня слышишь? – потряс ее за плечо Дима.

В ответ Дарья только слегка завозилась в своем коконе, глубоко с надрывом вздохнула и снова улеглась как лежала. Дима положил ладонь Дарье на лоб, машинально отметив нежность кожи. По коже казалось побежали тысячи мурашек.

Дмитрий замер на мгновение, впитывая в себя эти ощущения, потом резко отнял руку. Это просто контраст моей холодной руки и ее горячего лба, вот и все, успокаивал сам себя. Дарья была очень горячая, Дима нашел градусник на табуретке, присел на диван, потянулся к Дарье и оттянул ворот свитера, чтобы поставить градусник.

Мелькнула белая кожа шеи и предплечья, Дима, аккуратно, стараясь не прикасаться к Дарье лишний раз, просунул градусник подмышку. Благо ворот у свитера был широкий и позволял это сделать.

Недолго думая Дима пошел в сенки и принес охапку дров, находиться в таком холодном помещении Даше нельзя, нужно хорошо натопить.

Пока занимался растопкой печи, в голове наметил план по перевозу Дарьи из этой халупы в благоустроенную квартиру, огляделся, и прикинул каких вещей ей не хватает, например, хорошего пухового одеяла, вместо старого заношенного пледа. На печь поставил чайник и кастрюльку с теплой водой на всякий случай.

Пошел проверить температуру у больной и ужаснулся цифре тридцать девять с половиной, которую показывал градусник. Похоже с переселением придется погодить. В таком состоянии ее транспортировать никуда нельзя.

– Потерпи, Дашунь, – ласково обратился к ней Дима, – сейчас аптечку принесу, укол сделаю и полегчает.

Вышел на мороз к снегоходу за аптечкой и сам удивился своему приступу нежности, что это на него нашло, одно дело несправедливость устранять, другое – заботиться о посторонней девушке.

Внутренние органы сковало судорогой, если бы мог, то бежал отсюда со всех ног, никаких чувств испытывать к этой пигалице нельзя, особенно этих приступов нежности.

Но оставить Дашку не мог, она такая маленькая в этом его свитере, как в платье безразмерном. Кожа бледная, почти прозрачная, волосы пепельные в хвост собранные, губки пухлые розовые, просто конфетка, которую хочется освободить от кокона из тряпок и съесть.

Эй, остановись, мужик, шептал внутренний голос. Вам с этой маленькой училкой не по пути, у тебя Эля есть.

Кое как привел мысли в порядок и достал из багажника снегохода аптечку. У них аптечка была на все случаи жизни, без нее они никуда не выезжали. Отец выдолбил это правило самым первым: без аптечки на месторождение ни шагу.

Зашёл в дом, где стало ощутимо теплее, сбросил тулуп и ботинки, прошел в зал, сдвинул тетради на край письменного стола и открыл аптечку. Быстро нашел антибиотики и витамины, набрал в шприц, лекарства. Жаропонижающее решил, что разведет в порошке и даст выпить.

Откинул все тряпки, которыми она укрывалась, перевернул ее на живот, задрал свитер и приспустил спортивные штаны. Перед ним предстали простые хлопковые трусики небесно- голубого цвета.

– А ты тут Викторию секрет увидеть ожидал? – спросил сам у себя Дима.

Но эти простые трусики вызвали в нем неконтролируемую волну возбуждения. Которое в данной ситуации было абсолютно неуместным.

Уколы вколол быстро и укрыл Дашку только пледом, квартира нагрелась, чайник вскипел, надо идти разводить лекарство и поить Дарью.

Дима подкинул ещё дров в печь, развел лекарство в бокале, шагнул в зал и взглянул на Дарью, которая уже перевернулась на бок.

Ночь эта будет долгой, отметил про себя и двинулся к девушке, чтобы ее напоить.

Даше было очень холодно, поэтому она собрала все, чем можно было укрыться, и закуталась как можно плотнее. Жаропонижающее она выпила в обед, оно было в тех лекарствах, что привез Андрей Владимирович. Даше неудобно было напрягать людей своей болезнью, но видя ее состояние ее отправили домой, велев лечиться, и сказали, что лекарствами обеспечат, их тут закупают массово на школу.

Дарья плотнее куталась в плед, в детстве она часто болела с высокой температурой, ее проблемным местом всегда было горло, если чуть ноги подступила, все, гнойная ангина обеспечена. И без антибиотиков ее не вылечишь. Пока антибиотик не выпьешь, сбивать температуру бесполезно.

В аптечке, что ей дали, были противовирусные, а антибиотиков не было, Даша знала, что их тут скорее всего так просто не достать, поэтому даже спрашивать не стала.

Она кое-как затопила печь, понимала, что, если не подбрасывать поленья печь быстро прогорит, но сил встать у нее не было. Одолевал тяжёлый больной сон. В какой-то момент сна стала нещадно болеть голова, как будто кто-то надел на голову железное ведро и стал бить по нему кочергой. Дарья поморщилась, натянула во сне на голову одеяло и звук прекратился. Потом кто- то стягивал с нее теплое одеяло, ей это не понравилось, она силилась встать и вернуть себе свою собственность, но была слаба как новорожденный котёнок, мысли расплывались, тело не подчинялось.

Спасибо невидимому врагу, он теплое одеяло вернул, и Дарья смогла спать дальше. Правда недолго, ее усадили, грубые руки крепко держали, а строгий голос приказывал открыть рот и глотать. Дарья и тут хотела возмутиться, но горло болело нещадно и из него вырывался только какой-то хрип. Поэтому не сопротивлялась и глотала кислую жидкость.

На этом ее мучения закончились. Она уснула и уже во сне почувствовала сначала что согревается, как будто обнимает горячую печку, а потом ей вовсе стало нестерпимо жарко.

Возникло ощущение, что придавили сверху горячей тяжёлой плитой. Даша попыталась выползти из-под этой плиты. И тут же почувствовала тихий успокаивающий шепот на ухо и нежное прикосновение ко лбу, как крылья бабочки. Плита сдвинулась, стало приятно и уютно, поэтому Дарья продолжала спать, радуясь смене болезненного тяжёлого сна на спокойный.

Дашка проснулась в теплой мягкой постели, от которой пахло не затхлостью старой квартиры, а свежестью. За окном было светло, как бывает светло на севере.

Север, точно, я же работаю в школе на Чукотке, подскочила на месте Дарья.

Подлетела с кровати как ужаленная, от резкого движения голова закружилась, и Дашка шлёпнулась прямо у кровати.

– Ты чего скачаешь как коза? – спросила Наталья Петровна, встав в дверях с полотенцем на плече.

– Ой, здравствуйте, я просто испугалась, что проснулась в незнакомом месте, я у вас дома? – спросила у коллеги.

– Да нет, голубушка, это мы у вас дома, – сказала Наталья Петровна, выделяя слово вас.