Чтение онлайн

— Уволят? Почему? Не думаю, что он отъявленный негодяй, — усмехнулась Елизавета Петровна, — этот твой… А как его зовут, кстати?

— Денис, — почему-то шёпотом произнесла Женя.

— Надо же, как моего сынулю, — засмеялась женщина.

— Вы смеётесь, а мне не до смеха, — обиделась девушка.

— Так я пока ничего криминального не услышала. Ну, познакомились вы? Понравилась ты ему, и что? За это не увольняют.

— Понимаете, я встретила Кораблёва. А он, судя по всему, друг Дениса.

— Кораблёв? — женщина прищурила глаза.

— Ну, тот самый Валентин Кораблёв, из-за которого у меня были проблемы с поискам работы.

— И что тут такого, что они друзья? — женщина погладила по руке Женю. — Если Денис умный мальчик, то сам разберётся кому верить, а кому нет, — ласково улыбнулась девушке. — Давай-ка, лучше займёмся вязанием. Ты успокоишься немного.

Но повязать им не удалась, так как у Елизаветы Петровны зазвонил телефон

— Да, я слушаю. Да, — она как-то удивлённо и в тоже время удовлетворённо улыбнулась. — Держите меня в курсе дела. Спасибо.

— Узнали что-то хорошее? — спросила её Евгения.

— Мой сын подрался, — благоговейно произнесла Елизавета Петровна. — Из-за девушки, — добавила заговорщицким голосом.

— Подрался? — переспросила Женя.

«Чему тут радоваться?» — не понимала она.

— Иногда мужчине надо и кулаками помахать, чтобы отстоять честь девушки, — продолжала улыбаться женщина.

— Повезло девушке, — сделала вывод Женя.

— Ещё как повезло, — раскрыла схему вязания Елизавета Петровна, — им обоим очень повезло.

— Что ж, — улыбнулась Женя собеседнице в ответ, — давайте посмотрим, что вызывает у вас трудности.

Денис хотел броситься следом за девушкой, но колкие и уничижительные слова друга заставили его поскорее захлопнуть дверь своего кабинета, чтобы сплетни не потекли дальше… Хотя он прекрасно знал, что Любочка не только главный разносчик «мусора» по компании, но и доносчик, если не отцу, так матери точно, ведь девушка была дочерью её лучшей подруги.

— Валька! — прислонился парень к закрытой двери. — Что ты такое несёшь? Разве так можно?

— Ну, конечно, куда мне до ваших благородных манер, — ехидно заметил Валентин. — Но вот что я скажу тебе, Ден, таких прохиндеек надо метлой поганой гнать, — зло оскалился.

Денис заскрипел зубами, пряча вспышку гнева.

— Откуда ты знаешь её? — спросил, стараясь сделать совсем незаинтересованный вид.

— Да она у нас домработницей работала. Такая стерва, я тебе хочу сказать. Ну, ничего, теперь я наконец до неё доберусь. У неё какой-то покровитель с «мохнатой лапой» имеется. Я ведь такой слух о ней по городу пустил, мама-не горюй, а её к вам в компанию каким-то образом взяли.

— Всё так серьёзно? — сделал безразличное лицо Денис.

— Ещё как! Она же нищая. Живёт в каких-то трущобах. Мать у неё, что ли, больная, не помню детали уже. Следовательно, деньги ей нужны? Правильно, — не дожидаясь ответа продолжил парень, — нужны. Ну, я ей и предложил: она греет мне кровать, я ей деньжат сверху зарплаты, что мать платит, добавлю.

— И? — подался вперёд молодой человек, до боли сжимая кулаки.

— А она, — ехидно ухмыльнулся, — отказалась. Да ещё посоветовала засунуть их, ну, сам знаешь куда.

— Но ты-то, конечно, на этом не остановился, — Денис почувствовал, что сейчас с превеликим удовольствием выбил бы всю дурь и заносчивость из приятеля:

«И как я раньше не замечал, насколько гнилым человеком он стал. Деньги они что? Бумажки… Не будет их и его не будет… Как же быстро вседозволенность разрушила его, как личность, превратив в нечто, мерзкое и дурно пахнущее».

— Конечно. Я подсыпал снотворное в её бутылку с водой и вывез к себе на квартиру. А она возьми, да, очнись. И вместо того чтобы расслабиться и получать удовольствие, стала сопротивляться и заехала мне коленом, — поморщился — и сбежала, — Валентин произнёс непечатное ругательство. — Но я не растерялся. Нет, — снова, ухмыльнулся молодой человек, не заметив, как побледнело лицо Дениса. — Я сделал так, что её никто на работу не брал. Был уверен, что она приползёт ко мне. Умолять станет. А эта, — опять произнёс ругательство, — всё твердила, что лучше сдохнет, как собака, но унижаться не станет. Представляешь!

— Представляю, — тяжело дышал Денис. — Очень даже представляю, — и его кулак встретился с носом Валентина.

Тот от неожиданности пошатнулся и привалился к стене.

— А-а! — закричал он от боли. — Ты мне нос сломал! У тебя, что крыша поехала?

— Да нет, друг мой, с крышей у меня всё в порядке. Это ты человеком быть перестал.

— Так ты меня, — задрал голову вверх, так как кровь двумя струйками вытекала из обеих ноздрей. — Из-за этой, — обозвал девушку, — ударил. Может ты сам к ней пристроился, поэтому и на работу взял. Уборщицей. Пьфу, — сплюнул кровь, — падаль всякая…

— Падаль? — повысил голос Денис и схватил на грудки Валентина. — Я покажу тебе падаль! — и со всего размаха его кулак впечатался в скулу неприятеля.

Тот «за словом в карман не полез» и нанёс ответный удар, угодив в верхнюю левую челюсть Дениса, аккурат, чуть ниже глаза.

— Так значит? — и парень схватил, теперь уже бывшего друга, за шею, пригибая, а Кораблёв тем временем наносил удары в живот соперника, куда только мог дотянуться.

Молодые люди в пылу драки наткнулись на тумбу, на которой стоял аквариум. Тумба была узкая и достаточно высокая. Аквариум круглый с большими золотыми рыбками — это была слабость отца Дениса. Он любил во время работы посматривать за мирной и размеренной жизнью своих «питомцев». Но в данный момент тумба с грохотом упала. Аквариум разбился. Вода с шипением разлилась по полу кабинета. Рыбки запрыгали по паркету, жадно хватая воздух, корчась в предсмертной агонии.

Молодые люди на мгновение замерли, а потом продолжили наносить друг другу удары. И в тот момент, когда Денису удалось скрутить Валю, придавив его лицом к столу, в кабинет ворвалась перепуганная Люба.

— Что случи… — и замерла испуганно хлопая глазами.

— Чего стоишь, — рявкнул на неё Денис. — Вызови охрану. Немедленно!

— Да-да, — вздрогнула девушка и выбежала из кабинета.

— Пусти, — заёрзал Кораблёв. — Ты больной! Чтобы разрушить дружбу из-за какой-то бабы. И была бы стоящая, а то так, — сплюнул кровь, — уборщица. Самый низший сорт.

— Если ты не замолчишь, то я тебе для проформы ещё и руку сломаю. Совсем совесть потерял.

— Ты ещё пожалеешь!

— Я уже жалею, что все эти годы был твоим другом. Ничтожество! Беззащитную девушку преследовал и гордится этим! Но вот что я тебе скажу, — нагнулся к уху Валентина, — если с Жени упадёт хоть один волос, то это ты пожалеешь, что на свет родился. Я понятно объяснил?

— Значит я прав, и ты сам её, — но договорить ему Денис не дал, заламывая руку парня ещё сильнее, тот закричал и дёрнулся.