Чтение онлайн

Компания занимается профессиональной косметикой и средствами по уходу за телом, имеет производство в Италии, и большую сеть дистрибьюции в России. И предпочитает воспитывать кадры сама. А это значит, что если меня возьмут, то первые два месяца я буду на испытательном сроке на позиции младшего HR-менеджера, а затем у меня может появиться даже свой кабинет.

О предполагаемой зарплате в случае прохождения собеседования у меня представлений пока нет, я даже думать об этом боюсь, чтобы не обнадёживаться заранее ещё больше. Потому что, как мне объяснили, она решается по договорённости на этом самом собеседовании. Но сумма, которую назвали минимальной, меня очень вдохновила. Почти в два раза больше, чем я получала на прежней работе. Огромные деньги. Почти семьдесят тысяч рублей.

Если меня возьмут, мама вообще сможет не работать. Главным будет её уговорить уволиться наконец с этой фабрики и, если хочется, заниматься только подработками на дому. Я сама смогу и оплачивать аренду квартиры и все наши основные расходы. Если меня возьмут, мы выберемся из нищеты.

Утро правда чудесное, и район здесь очень красивый, но с каждым новым шагом к будущей, надеюсь, работе, меня всё больше и больше потряхивает от волнения и беспокойства.

Белую блузку и серую плиссированную юбку я надела только потому, что на сайте этой компании две девушки в схожей одежде держали в руках её логотип. И я посчитала, что такой стиль для собеседования очень подойдёт, тем более — раз у меня есть похожая одежда. Он интересный и несмотря на довольно строгие цвета, вполне себе свободный и лёгкий. Я очень хочу произвести впечатление на коллегу-эйчара, показать даже внешне, что очень лояльна к компании и хочу у них работать.

От этого собеседования очень много зависит. Точнее, от того, как я его пройду.

Спустя минут пять я, вместе с другими пешеходами, большинство из которых серьёзные мужчины в деловых костюмах, дожидаюсь зелёного света светофора и перехожу дорогу. Так сильно волнуюсь, что даже сердце у меня колотится учащённо. А вдруг я им не подойду? То и дело нервно поправляю тщательно вымытые перед выходом из дома волосы и всякий раз ругаю себя за это — боюсь их запачкать. Подхожу к лестнице у входа в деловой центр — большой, широкой и очень ухоженной. Задираю голову и вижу, как высотное здание будто бы пирамидой уходит в вверх. Как много здесь этажей… Оглядываюсь — перед бизнес центром — красивая площадь с цветастыми клумбами, скверик с аккуратными лавочками, дороги, по которым туда-сюда снуют дорогие автомобили. И рядом парк, из которого я только что пришла. Поворачиваюсь ко входу в бизнес-центр и вздыхаю. Как классно, наверное, тут работать…

Поднимаюсь по плиточным ступенькам. Лёгкое цоканье высоких каблуков моих босоножек теряется здесь в общем шуме, сотканном из гула проезжающих мимо здания машин, звуков клаксонов и гомона людских голосов. Несмотря на то, что нет ещё и десяти часов, жизнь здесь уже кипит вовсю.

Передо мной и группой оживлённо болтающих девушек в строгих чёрных юбках и белых блузках открываются высокие стеклянные двери и я прохожу в прохладное, пахнущее свежестью, фойе. Кругом серо-белый мрамор, коричневые диванчики и кадки с растениями. Несколько охранников в синих рубашках и чёрных брюках хмуро осматривают вошедших.

Нужно пройти через рамку, и я кладу сумочку с документами и мобильным телефоном на столик рядом с ней. Всё хорошо, ничего не пищит. Охранник не обращает больше на меня никакого внимания, уже сосредоточен на следующем проходящем через рамку — прыщавом худом парнишке с рыжими волосами, одетым в серый костюм и с элегантным портфелем в руке.

Достаю телефон и набираю Аллу — эйчара, с которой договорилась о собеседовании.

— Алло, слушаю вас, — чуть жестковато и очень по-деловому быстро отвечает она.

— Алло, здравствуйте, — облизнув пересохшие губы, говорю я. — Это Наталья, мы с вами договаривались о собеседовании…

— Да-да, я поняла, — перебивает она. — Сейчас спущусь к вам. Подождите там на диванчике.

Впереди стойка регистрации с дополнительной охраной у турникетов. Небольшая очередь из тех, у кого нет своих карт. Отхожу в сторону, в глубину фойе и сажусь на краешек единственного не занятого полностью диванчика. Рядом какой-то пожилой мужчина в очках, закинув ногу на ногу, читает газету.

В ожидании Аллы я пытаюсь читать ленту в Фейсбуке, благо Интернет здесь ловит. Просматриваю всякие прикольные картинки, пытаюсь хоть немного успокоиться — я явно переволновалась и, понимая, что это волнение может негативно сказаться на результатах собеседования, я, блин, волнуюсь ещё больше! Сосредоточиться на чём-либо кроме картинок не получается вообще, то и дело отвлекаюсь на проходящих мимо людей. В конце концов, выключаю телефон и просто держу его в руках, чтобы не пропустить звонок от Аллы, если она надумает мне позвонить.

Мужчина, сидящий рядом со мной, хмуро складывает газету, бросает на меня внимательный взгляд поверх очков, встаёт и уходит к стойке ресепшн, покачивая на ходу кожаным портфелем. Тут вообще много мужчин с портфелями. Ещё с папками под мышкой и сумками через плечо. Люди снуют туда-сюда, входят в двери, выходят из дверей, жестикулируют, что-то оживлённо обсуждают, смеются, торопятся, хмуро идут мимо по своим делам. А я сижу на диванчике, как дура, с напряжённо выпрямленной спиной, будто лом проглотила, и жду, пока ко мне спустится Алла. И чем дольше она не спускается, тем сильнее меня бьёт мандраж. Если бы не обстоятельства, вряд ли бы я волновалась так сильно, но от этого собеседования так много зависит, что мне очень страшно даже подумать о том, что мне в итоге могут отказать. С другой стороны, резюме моё они прочитали, по телефону со мной пообщались, пригласить на собеседование пригласили, значит они, как минимум немножко, во мне заинтересованы. Главное дать им понять, что я готова учиться и очень хочу у них работать.

И тут я вижу, что миновавшая турникет женщина в жакете, направляется в центр фой и посматривает на лица присутствующих здесь. Явно кого-то ищет. Завидев меня, женщина чуть щурит глаза, поправляет очки, и направляется в мою сторону. Судя по всему, это Алла и есть. На виде ей лет тридцать пять-сорок. Она в светло-серых остроконечных туфлях на невысоком каблуке, в деловой чёрной юбке-миди в белую полоску, в белой блузке и чёрном в такую же тонкую белую полоску приталенном жакете. Я бы не назвала её красивой женщиной, в её внешности слишком много жёсткости и какой-то властности, что ли, но она заметно очень ухоженная и стильная. Волнистые волосы убраны в пучок на затылке. За стильной оправой ледяным серым цветом блестят глаза под нахмуренными аккуратными бровями. На узковатых, будто поджатых, губах едва заметная помада естественного оттенка.

Когда она подходит ко мне, я встаю.

— Наталья? — подняв бровь, интересуется она.

Она быстро и явно оценивающе оглядывает меня снизу доверху, и на долю секунды закатывает глаза.

— Да. А вы Алла? — робко спрашиваю я, сжимая в левой руке телефон, а правой вцепившись в ремешок сумочки.

— Да, верно, — бросает она. — Пойдёмте.

Она разворачивается и устремляется к стойке регистрации. Нервно кусая губу, я стараюсь не отставать.

— Юля, оформи девушке временный пропуск, — обращается она к одной из сидящих за стойкой секретарей на ресепшн — тоненькой синеглазой блондинке. — Она к нам, на тридцать второй.

Блондинка кивает ей и обращает безразличный взор на меня.

— Ваш паспорт, пожалуйста, — бесцветно говорит она.

— Да, конечно, — отвечаю я и принимаюсь доставать из сумочки паспорт. — Секундочку.

Я протягиваю ей документ и вижу, что он чуть дрожит в моих пальцах. Девушка берёт его, раскрывает, смотрит на фотографию, потом на меня — и принимается что-то набирать в компьютере. Закончив, возвращает мне паспорт с приложенной к нему бежевой пластиковой картой для входа и выхода.