Чтение онлайн

Должно быть, лицо Сары выдавало ее неуверенность, так как Адли прошептал:

— Не бойся, Детка. Ты прекрасна. Я чувствую, как ты тоже хочешь меня. Не останавливайся, Сара.

Она приподнялась, так, что его кончик едва касался ее нежного центра, и посмотрела в его глаза. Ей хотелось запомнить его взгляд, когда он смотрит на нее. Ей хотелось запечатлеть в памяти, как он выглядел в это самый момент, когда его тело было так близко к тому чтобы войти в нее. Ее разум разрывали вопросы и неуверенность. Могла ли она на самом деле сделать это?

Адли ответил за нее.

— Да, Сара. Сделай это снова, позволь мне обладать тобой.

Она снова опустилась на него, удивившись с какой легкостью он мог проскользнуть еще глубже в нее. Ее тело заныло от размера Адли, который медленно проникал в нее. Она не была уверена, но ей казалось, что ее тело полностью обхватило его кончик, и девушка остановилась. Она не могла отрицать, что эти ощущения сводили ее с ума, и если бы не здравый смысл, Сара бы с легкостью поддалась им и разлетелась на миллионы осколков, пока бы волны наслаждение сокрушали ее тело.

Адли откинул голову на сидение и закрыл глаза, легкое напряжение искажало его черты лица. Если бы Сара взглянула на него минутой раньше или минутой позже она могла бы упустить это зрелище. Сара закрыла глаза и опустила подбородок к груди.

Она снова приподняла бедра, но в это раз, так далеко от тела Адли, что он распахнул глаза и посмотрел на нее.

— Я не могу, этого сделать, Адли. Мне так жаль... — нижняя губа Сары задрожала, и она почувствовала, как слезы закапали из ее глаз.

Адли сдвинул брови.

— Что? Что не так, Сара?

Сара закрыла глаза и крепко сжала их.

— Мне так жаль! Просто я не готова к... не так.

— О чем ты говоришь? Я люблю тебя, ты любишь меня, и завтра я ухожу на войну, черт побери.

Сара начала дрожать, когда попыталось сдержать рыдания, который угрожали оборвать ее голос.

— Я знаю! Просто не так я себе это представляла. Я имею в виду мой первый раз. Я хочу быть с тобой. И меня убивает то, что ты должен уйти, но когда мы это сделаем... — она замолчала, пытаясь подобрать слова, но понимала, что какими бы не были ее объяснения, ей не избежать слез и непонимания. Она сделала глубокий вдох, — просто, когда мы займемся этим, в первый раз, я не хочу, чтобы это произошло в старом фермерском грузовике. Прошу Адли, постарайся понять меня?

Адли провёл рукой по волосам и посмотрел на нее.

— Я все прекрасно понимаю, Сара. Дело в нем, не так ли? Ты по-прежнему не забыла о нем, да? — на лице Адли читалась боль и злоба, а Сара не верила своим ушам.

— Адли! Как ты можешь говорить такое? Дело совсем не в этом! Как мне убедить тебя, что я выбрала тебя? Я просто хотела, чтобы наш первый раз был другим. Я думала, ты поймешь, что я просто не готова, не могу поверить, что ты продолжаешь попрекать меня этим, — Сара спрятала лицо в ладонях и больше не смогла сдерживать слез. Она покачала головой, не веря в то, что именно это воспоминание теперь останется у нее об Адли в их последнюю ночь дома.

— О, боже, Сара. Ох, нет, что же я наделал? — Адли обхватил ее руками и притянул ее к своей груди. Он крепко обнимал ее, броня себя. — Не знаю, почему сказал это, Сара. Прошу... прошу, прости меня?

Плечи Сары содрогались, но она позволила ему обнимать себя, пока ее слезы не утихли. Девушка подняла свое заплаканное лицо и вытерла слезы. Сделав несколько глубоких вдохов, она, наконец, смогла заговорить:

— Я прощаю тебя, Адли. Мне так жаль. Но, мне нужно, чтобы ты перестал это делать. Ты не можешь продолжать говорить эти вещи мне.

Адли закрыл глаза, и Сара видела, как он боролся со своими собственными слезами. Затем нежно поцеловал ее в губы и прошептал:

— Я знаю, детка, прости. Просто я напуган, Сара. Напуган, до смерти.

Сара обхватила его лицо ладонями, и поцеловала его. Она не выпускала его лица, пока он не посмотрел на нее.

— Ты скоро вернешься домой, Адли. Ты сильный, и я просто знаю, что ты будешь в полном порядке.

Он тяжело сглотнул и, не моргая, ответил ей.

— Нет, Сара. Я не этого боюсь.

Сара наклонила голову, пытаясь понять.

— Тогда, чего?

— Единственное, что пугает меня, это то, что ты никогда не сможешь полюбить меня так, как любила его.

Сердце Сары убежало в пятки, и в горле появился ком от слов Адли. Она понимала, что не может попрощаться с ним и отправить его на войну в убеждении, что он никогда не сможет сравниться с Уиллом.

— Ты прав, Адли, не смогу.

Адли открыл рот, чтобы что-то сказать, но не стал. Он сжал зубы, и Сара видела, как заходила его челюсть от признания.

Она подождала, пока он посмотрит ей в глаза, и мягко продолжила:

— Тебя я люблю сильнее.

Его выражение изменилось, и удивление было ощутимым. Она улыбнулась от того, как такие простые слова могут быть настолько сильными.

— Да, Адли. Тебя я люблю сильнее. Моя любовь к Уи... к нему, была детской шалостью. Мы были молоды, и не понимали, что значит полюбить кого-то на всю жизнь. А вот это, — она указала пальцем на себя и него, — это по-настоящему. Я твоя.

Адли жестко притянул ее к себе, требовательно поцеловав ее. Когда они отстранились друг от друга, им обоим пришлось восстанавливать дыхание, и прислониться друг к другу.

— Я обещаю тебе, Сара. Я вернусь. Я вернусь к тебе, и сделаю тебя своей. Я женюсь на тебе, и проведу свою жизнь, радуя тебя. Ты будешь моей, и я никогда не отпущу тебя. И... буду заниматься с тобой любовью так, как ты не могла и представить. Богом клянусь, Сара. Я вернусь к тебе.

Сара знала, что Адли не бросал слов на ветер, и ничуть не сомневалась в его клятве.

Она крепко обняла его, давая себе клятву, что он никогда не узнает, что сказала ему лишь полуправду. Сара вполне может провести всю свою жизнь, любя Адли, но только потому, что усвоила урок, что значит любить кого-то вечно, в тот день, когда попрощалась с Уиллом.

Глава 49

После стремительной помолвки с Маргарет, наконец, прошло несколько недель, и Уильям успел свыкнуться с этой мыслью. На данный момент, об этом знал уже весь город, и Маргарет не теряя времени, вовсю планировала весеннюю свадьбу. Горожане безостановочно твердили ему, что это самое прекрасное время года для торжества, и как счастлива была бы его мать, увидеть его свадьбу и что он отыскал свое счастье в жизни. Но каждый раз, когда кто-то упоминал о его матери, это вызывало у него лишь тоску, к тому же прошло не слишком много времени с ее смерти. Он был уверен, что в его жизни никогда не настанет такого дня, когда он сможет проснуться без чувства вины за то, что случилось с матерью.