Поддаться
Шрифт:
Я держу ее руку, чтобы она не попыталась встать и ударить его.
— Уиллз, все хорошо. Мы встречались несколько раз около дома и раговаривали, коротко, но разговаривали. — Подруга смотрит на меня, и я не могу избежать ее взгляда. — Это просто разговоры. Поверь мне, одного раза с ним было достаточно.
Я вижу, как Чед осторожно приближается, и собираю всю свою уверенность, чтобы улыбнуться ему дружелюбно.
— Эй, Харлоу.
— Эй, Чед. Как ты?
— Хорошо, хорошо. Ты выглядишь прекрасно. Могу я… ммм… купить тебе выпить?
Я поднимаю свое почти полное пиво:
— Нет. Мне хорошо.
Он льнет ко мне, пытаясь, чтобы никто не слышал его. Особенно Уиллоу.
— Хар, мы можем поговорить? Пожалуйста. Мне нужно сказать тебе кое-что.
Мне остаться сейчас или уйти? Старая я говорит идти к нему, новая — идти прочь. Но с тех пор, как мы говорили дома, я не борюсь. И не собираюсь попасть под его чары вновь. Быть жертвой и охотником. Мне хорошо одной. Не поймите меня неправильно, Чед дьявол, но, возможно, он хочет извиниться за все то, что сделал. Я научилась прощать. Я не могу забыть того, что случилось с нами. Это изменило мою жизнь. Но я могу простить.
— Конечно, — говорю ему.
— Харлоу, ты сошла с ума? — Уиллоу кричит из толпы.
— Все хорошо. Что может произойти? Он не собирается меня похитить, — я задвигаю стул и следую за Чедом к временной пляжной территории неподалеку от ресторана.
Мы стоим там. Чед далеко от меня, что хорошо. Я жду, что он скажет.
Круз
— Она там, Круз. Иди туда и верни ее.
Макс шагает впереди моей патрульной машины в своих чаках. Он износит их в хлам, если продолжит идти.
— Я не собираюсь туда, мужик. К тому же я на дежурстве. Не могу этого сделать. Она ненавидит меня.
Макс запрыгивает на капот моей патрульной машины, когда я трогаюсь, чтобы поехать на дежурство. Он говорит мне, что Портер позвал его, чтобы сказать, что Харлоу, Уиллоу и Теа будут там и хотят встретить его на лодочной станции. Две причины, почему я не собираюсь туда.
Номер один — Харлоу, и номер два — Портер. Он надерет мне задницу, потому что ненавидит меня за то, что я сделал. И мы не говорили с тех пор, как он меня выгнал из дома. Я потерял одного из своих лучших друзей, потому что разбил сердце своей любимой девочки. Я убеждаю себя, что это того стоило. Я надеюсь, что у Харлоу все будет хорошо. Без меня.
Макс узнает новости от Портера и расскажет мне. Не то, что я хочу слышать, потому что это убьет меня. Меня убьет даже звук ее имени. Я слышал, что наш разрыв вернул Харлоу к психотерапии несколько раз в неделю. И все они очень беспокоились за нее. Меня стошнило, когда я узнал это. Мне было прекрасно известно, через что Харлоу прошла раньше, и как она была уязвлена после Чеда. И я просто рассыпаюсь на куски, когда думаю, что из-за меня Репка снова испытала еще один нервный срыв.
Я думал, что превратился в котенка, когда был с ней. Ха, ха! Вы должны видеть меня сейчас. Вспоминаю, как мы смотрели те старые черно-белые фильмы, которые она так сильно любит. Как я чувствовал себя ее частью. А Харлоу была моей частичкой, когда мы уютно располагались на диване. И этот ее взгляд, когда начиналось кино. Такое впечатление, что она выигрывала в лотерею или что-то вроде. Тот взгляд заставлял меня любить ее еще больше. Когда ты видишь любимого человека таким обожающим что-то, то понимаешь, что твои проблемы незначительны. Они просто тают. Временно.
Я иногда хожу на пляж, погружаю пальцы ног в воду и представляю, как Харлоу боялась этого.
Когда на дежурстве мне приходится проезжать мимо школы в то время, как Репка заканчивает работу, я думаю о ней и смотрю на часы, представляя, что ей пора уходить домой и она, возможно, говорит студентам «до свидания». Я представляю ее в черных очках. Ее волосы растрепаны к концу дня. Представляю, как она приходит домой, снимает туфли на высоком каблуке и надевает пушистые домашние носки. Я думаю о ней больше ночами, когда не на дежурстве. Ночами лежу и думаю, и не сплю, хочу, чтобы все было по-другому. Черт, кого я смешу? Я думаю о Харлоу каждую секунду, каждый день.
Ее запах не остался на подушке, которую я украл. Сейчас она пахнет… ничем. Теперь от Харлоу у меня осталось только фотография нас двоих. Та, которую мы сделали в машине. Та, которую моя девочка вставила в рамку и подарила мне накануне Нового года. Другие фото я сжег на нашей пристани. И выкинул в море. Я не могу на нее часто смотреть. Но с одной фотографией я не смог этого делать. Я не смог уничтожить и ее, как уничтожил Харлоу.
Фотографии — это кусочки бумаги. Воспоминания, которые есть у меня о ней, о нас, воспроизводятся у меня в голове. Постоянно.
Чтобы ответить на все дальнейшие вопросы — у меня мозоли на руках. Да, я сказал мозоли. Я не был ни с кем в этом плане, только со своей рукой, с тех пор, как расстался с Харлоу после Нового Года. Я не могу кончить… Не могу довести до конца. Я пробовал. Морти сошел с ума. Я целовал несколько девушек, но все, что я вижу, это ее лицо и ее запах. Тела не кажутся похожими. Мягкость ее волос, кожи, груди. Ее запах. Ничто не может сравниться с ней. Я даже произносил ее имя, пока занимался сексом с кем-то. Получил удар по Морти и несколько пощечин за это. Но я заслуживаю этого. Еще несколько месяцев, и я ее выкину из головы.
— Ты ублюдок, ты знаешь это? Я имел дела с твоей жалкой задницей, и знаешь, к какому выводу я пришел?
Я закатываю глаза:
— Что случилось, Макс?
— Ты чертов ссыкун! Ты не суровый мужик, ты мужик-проститутка. Ты не представляешь из себя ничего, кем хочешь казаться. Ты эгоистичный чертов придурок.
Маленький ублюдок. С кем, он думает, разговаривает?
Макс подходит ближе ко мне, и я настороженно смотрю на него.
— У тебя было что-то, что ты хотел всю жизнь в своих руках, — он складывает ладони в форме чаши. — Чертова любовь. Ты даешь ей уйти, потому что не слишком хорош? Ты никогда не останавливался и не думал, что не дал Харлоу шанса принять решения, основываясь на фактах? Ты никогда не давал ей шанса ненавидеть тебя. Я всегда думал, что она поймет все про твою семью и твою чертову жизнь. И плевать на то, что сказала бабка. Она может быть влиятельной в Принстоне, но кто сказал, что где-то еще она так же влиятельна?
Иисус, а вдруг он прав? О, Боже! Что, черт, я натворил?
Макс останавливается и смотрит на меня:
— Ты ведь хочешь ее вернуть, нет?
Я снимаю свою фуражку и тяну себя за волосы:
— Она меня ненавидит, Макс. Я ее уничтожил. Я не могу ей сказать, что сделал это, чтобы защитить ее.
— Попробуй, Круз. Просто попробуй.
Я хожу по кругу, потому что слышу ее имя. Я слышу, как кто-то зовет ее по имени, и следую за голосами, которые говорят. Макс идет поблизости сзади меня. Я смотрю на другую сторону здания.
Она там. Моя Репка там.
С Ноксом.
Харлоу
— Что ты хотел мне сказать, Чед? У меня мало времени.
Мы здесь стоими практически лицом к лицу. Он смотрит неприятно и раздраженно:
— Я просто давно хотел извиниться перед тобой.
Я ухмыляюсь:
— Слишком долго ты пытался, Чед. Это все довольно прекрасно. Я научилась прощать тебя и себя. Мы должны двигаться дальше.
Он двигается ближе ко мне, а я отступаю назад. Чед произносит мое имя: