Чтение онлайн

– Потому-то пациенты и ищут постоянного доктора среди удобных, если можно так сказать, – вставил Исаев.

Остальная молодежь в беседу не встревала, а лишь тихо потягивала чай и хрустела печеньем.

К оконнному стеклу прилепился кленовый лист и закрыл собой часть выглядывавшей из-за тяжелых туч далекой и загадочной луны.

Мы переместились в сияющий абсолютной чистотой смотровой кабинет.

– Саша, пожалуйста, зови женщин.

Александра пригласила первую роженицу. Алексей Семенович взял историю родов и стал читать ее от начала до конца, как говорится, от анамнеза до диагноза. Я и Ирина Александровна внимательно слушали.

– Отлично! – сказали мы в один голос.

– Располагайтесь, пожалуйста! – добавила Саша.

– Скажите, осмотр будет болезненным? – взволнованно спросила пациентка.

– Я сделаю все, чтобы так не получилось. Над вопросом боли в родах работала природа. Рождение в муках – ее задумка. А вы наперекор постарайтесь расслабиться. Глубоко подышите, сделайте вдох, выдох, – я погладила женщину по руке. – Вам немного осталось. Потуги на подходе. Умеете тужиться?

– Училась на курсах и самостоятельно по видео из интернета.

– Молодец! Сейчас еще разок прорепетируете с Александрой Васильевной, – ободряюще произнесла я и взяла акушерскую трубку. Благодаря ей услышала звонкий, уверенный ритм маленького сердца. Здесь, несомненно, все будет хорошо.

Да, интернет сейчас – хорошая помощь на все случаи жизни. И для пациента, и для врача. Значимая, быстрая помощь. А когда-то я приходила на дежурства с двумя авоськами книг-подсказок, несла толстенные и не очень труды по терапии, хирургии, неотложной помощи. И все это читала, запоминала, повторяла.

Следующей вошла без пяти минут мама двойняшек. Я улыбнулась, пытаясь настроить, вероятно, сложный разговор на дружеский лад, и подобрала максимально позитивный тон.

Хороший доктор в идеале должен быть еще и хорошим актером, чтобы подыгрывать пациенту.

– Доброе утро еще раз! Подумали, приняли решение?

– Да не волнуйтесь вы… Я согласна на кесарево сечение.

– Волнение в этом случае – слишком простое слово. Я хочу сказать по-другому. Я переживаю за вас. Пере-живаю! То есть здесь и сейчас живу вашими проблемами. И стараюсь действовать в ваших интересах. А что такое волнение? Легкое колебание на бесстрастном море, не больше.

– Не хотела вас обидеть. Давайте согласие на операцию, подпишу.

– Вот здесь и здесь поставьте, пожалуйста, подпись, – я снова улыбнулась, испытывая облегчение от того, что решение было практически беспроблемным, по-другому и не скажешь. – Через десять-пятнадцать минут встретимся с вами еще раз, но уже в операционной. Ирина Александровна, как вы считаете, мы правильно поступаем?

– Конечно, нечего испытывать судьбу. Это только ей дано право безнаказанно испытывать нас.

– И еще хочу сказать по поводу ваших страхов, – вновь я обратилась к женщине. – Пару лет назад мне предстояла маленькая плановая операция. Накануне ночью, лежа в палате, я не могла уснуть от тревоги. Вначале успокаивала себя тем, что хирурги – профессионалы, затем согласилась сама с собой, что готова ко всем осложнениям, и даже непоправимым, в итоге расслабилась только после того, как обняла рубашку мужа, которую взяла в больницу. Врачи испытывают такие же эмоции, что и остальные люди, а значит и понимают их абсолютно!

Вошла девушка с сильными схватками. Видно было: еле крепится, чтобы не закричать от боли. Многие в такие моменты не сдерживаются.

Конечно, когда роженица плачет и стонет – это огромная недоработка врачей. Уже много лет акушеры используют богатый арсенал способов и средств для обезболивания родов, противодействуя жестокости природы по отношению к женщине. В современном мире акушерство может и должно быть с человеческим лицом.

– Располагайтесь, пожалуйста! – произнесла Саша.

– Будем рожать дальше, только нужно вас хорошенько обезболить. Что думаете по этому поводу? – спросила я.

– Хотела просить вас об этом, – услышала тихие слова, почти шепот.

– Договорились. Предлагаю самую действенную анестезию, но для нее необходимо будет сделать укол в спину.

– Я согласна на все!

– Решено! Зовем анестезиолога. Александра Васильевна, помогите, пожалуйста, нашей мамочке дойти до предродовой и сделайте звонок другу. А мы досмотрим остальных.

– Давайте наконец-то разойдемся! Не хочу утомлять себя ненужными беседами, – шутливо шепнула мне на ухо Ирина Александровна.

– Только помогите сначала записать истории и идите, – шепнула я в ответ. – Алексей Семенович, приглашайте следующую роженицу!

Вошла девушка с отекшими руками.

– Я еле-еле сняла кольцо.

– Умница! У нас пару раз подобные случаи заканчивались вызовом МЧС, сотрудники которого были вынуждены ломать украшения инструментами. Но вернемся к вашей усталости. Мы дадим вам возможность немножко поспать.

– Поспать? – с разочарованием переспросила пациентка. – А я так надеялась, что вот-вот рожу. Почему у меня все так долго и невовремя происходит?

– Время для «вовремя» у каждого свое, это раз. Роды идут у вас прекрасно, просто начались ночью, и к утру вы умаялись, это два. Сейчас отдохнете, проснетесь, и пойдем в родильный зал. Вот посмотрите, все так и будет. Согласны?

– А у меня есть выбор?

– Выбор есть всегда. Последнее слово за вами.

Девушка пристально посмотрела мне в глаза, секунду-другую подумала и сказала:

– Хорошо.

Поверила, значит. Это лучший вариант, когда между доктором и пациентом устанавливаются теплые отношения и полное доверие.

– Отлично! Тогда идите, пожалуйста, в предродовую, к вам придет анестезиолог.

У остальных рожениц процесс шел как по писаному: ничего сомнительного и подозрительного. По крайней мере, моя акушерская интуиция молчала.

Когда осмотры завершились, раздался звонок на сотовый телефон.

– Я уже успел соскучиться. Кстати, когда ты уезжала, еле рассмотрел тебя во дворе в этой природной неразберихе. А потом, когда исчезли огни твоей машины, меня такая тоска взяла! – услышала я голос мужа.

– Доброе утро! Это я сейчас исчезну в твоем голосе!

– Как работа? Продвигается?

– Летит ракета со скоростью света.

– Ясно. Не буду тогда отвлекать. Люблю, целую, жду. Всегда твой.

– Вот умеешь ты меня вдохновить! Пока.

– Позвоню позже.

Я глянула в окно. Черная дыра, пожирающая Землю.

Иногда я развлекаюсь, придумывая ассоциации к какому-либо понятию. Кстати, недавно обдумывала, что может значить черное пятно. И вот что получилось:

в живописи оно – признак шедевра,