Чтение онлайн

В эти годы особенно обнажилась сырьевая уязвимость соперников США. Фактор военной мощи Соединенных Штатов приобрел новое измерение: американская сторона получила возможность убеждать союзников в Западной Европе, и особенно в Японии, что в случае критического развития событий на международной арене (образование новых объединений развивающихся стран — поставщиков сырья, резкое ужесточение в отношениях с Советским Союзом) лишь американская мощь, американский флот могут обеспечить жизненно важные торговые пути, обеспечить жизнедеятельность западноевропейской и весьма уязвимой японской экономики.

Соединенные Штаты пригрозили, что, встретив «непонимание» со стороны стран «третьего мира», они могут блокировать деятельность таких организаций, как МВФ и МБРР. Напомним, что в МБРР процедура принятия решений и принцип распределения голосов позволяют Соединенным Штатам собрать достаточное число голосов, чтобы добиться отлучения любой непокорной страны «третьего мира». С точки зрения администрации Р. Рейгана, МИФ, ужесточая условия предоставления ссуд и повышая свою роль в качестве контролера, должен был бы создавать в развивающихся странах атмосферу, способствующую привлечению частных инвестиций и иностранных кредитов. С той же целью МБРР мог бы заниматься финансированием совместно с коммерческими банками. В результате такого подхода ссуды будут предоставляться только тем развивающимся странам, которые неукоснительно выполняют условия МВФ, то есть американские условия, условия страны, доминирующей в МВФ.

Используя свое преобладание в ряде международных организаций, Соединенные Штаты прибегли к шантажу: высказали сомнения в отношении того, смогут ли они в дальнейшем выполнять принятые обязательства в отношении предоставления фондов МВФ и МБРР. Встал вопрос об увеличении взносов развитых стран. В известной степени это был критический для начала 80-х гг. момент. Западной Европе, решись она на реформу представительства в МБРР, пришлось бы оказывать давление на своего самого мощного союзника и нынешнего лидера западной валютно-финансовой системы, так что западноевропейские страны не осмелились на открытое размежевание. Американская сторона подтвердила свое господствующее положение в обеих международных организациях.

Более открытую форму протеста против линии Рейгана в отношении развивающихся стран заняла Франция. В своей первой же речи в Елисейском дворце в день вступления на пост президента Франсуа Миттеран отметил: «Франция должна решительно заявить, что подлинного международного сообщества не будет до тех пор, пока две трети планеты будут получать взамен своих людских и материальных ресурсов голод и презрение» [307] .

Существовало и определенное ослабление фронта развивающихся стран, не сумевших сохранить столь необходимое единство, позволившее им в середине 70-х годов занять более влиятельные позиции на мировой арене. Во-первых, ослабли их экономические позиции вследствие ухудшения конъюнктуры на мировом капиталистическом рынке. Товары из развивающихся стран стали с еще большим трудом проникать на рынки развитых стран капиталистической системы, спрос на их сырьевые ресурсы сократился. Во-вторых, увеличилась задолженность этих стран, она составила на конец 1984 г. сумму в 800 млрд долл. Экономика наименее развитых из развивающихся стран (32 страны) зависит от займов, 82% которых предоставляются за счет официальной двусторонней или многосторонней помощи, то есть эти государства во многом зависят от доброй вол заимодавца, что ставит их в особо уязвимое положение.

В-третьих, большая группа государств существует, производя одну-две монокультуры или один-два вида сырья как источник своей иностранной валюты. Финансирование этих стран приходится на главные банки «Севера», где главный кредитор — Всемирный банк и его филиал — Международная ассоциация развития. Стремление получить займы и экономические программы делают эти страны менее активными в отстаивании своих интересов.

Как показывает опыт 80-х гг., рейгановская администрация предприняла несколько попыток убедить Европейское экономическое сообщество добиться отказа в помощи «тем странам «третьего мира», которые вызывают у США тревогу по политическим или стратегическим соображениям» [308] . Вашингтон, к примеру, специально командировал в штаб-квартиру ЕС в Брюсселе своего представителя, чтобы попытаться помешать оказанию Европейским сообществом экономической помощи Гренаде. (О том, как США в конце концов «решили» эту свою проблему, широко известно: в октябре 1983 г. американский десант оккупировал Гренаду.) Самое главное: перенося «рейганомику» (упор на частный бизнес) на мировую арену, США столкнулись не только с противодействием развивающихся стран, но и с ясным неодобрением своих партнеров по западному блоку.

Наиболее драматическим полем приложения политики Р. Рейгана в отношении стран «третьего мира» стала его политика в Центральной Америке. Для координации интервенционистской политики США против неугодных им режимов здесь в декабре 1981 г. было создано новое региональное военное командование. Американское правительство сделало все возможное для дестабилизации положения в Никарагуа. Противники законно избранного никарагуанского правительства, базирующиеся в Гондурасе и Коста-Рике, получили военную помощь, в то время как экономическая помощь Никарагуа была прекращена. Произошло вмешательство Вашингтона в гражданскую войну в Сальвадоре. В 1982 г. президент Р. Рейган выдвинул так называемую «карибскую инициативу», предусматривающую предоставление странам Карибского бассейна и Центральной Америки торговых льгот и финансовой помощи на сумму 350 млн долл. Из этой суммы почти половина предназначалась для сальвадорского режима, а такие страны, как Никарагуа и Гренада, были исключены из этой программы «как не имеющие частного сектора». И тем не менее беспрецедентное давление на Никарагуа не дало желаемых Вашингтону результатов. Именно в этом случае, когда колосс Северной Америки бросил свои силы против небольшой центральноамериканской страны, проявился подлинный характер отношения республиканской администрации к развивающемуся миру: против стран, не склонных полагаться на частое предпринимательство и не желающих быть послушным объектом американской внешней политики, Вашингтон готов был применять силу.

Отличительной чертой американской политики в 80-х гг. стала демонстративная поддержка расистской ЮАР (президент Р. Рейган назвал ее «верным союзником»). Вашингтон стал фактически единственным союзником той страны, что особенно ярко выразилось летом 1985 г., когда Южно-Африканскую Республику потрясли массовые проявления неприятия черным большинством страны режима апартеида. В этом случае ни ЕС, ни Япония не поддержали обреченный режим и его американского покровителя. Остались США в одиночестве и по вопросу о предоставлении независимости Намибии. Исключительной одиозностью отличалась политика Р. Рейгана в отношении Ливии — Вашингтон пообещал помощь любому африканскому государству, которое выступит против правительства Каддафи. В Южной Азии опорой США продолжал оставаться Пакистан, с территории которого они начали открыто помогать антиправительственным силам в Афганистане. Трехмиллиардная помощь Пакистану означала также и давление на Индию, следующую самостоятельным внешнеполитическим курсом.

На коротком историческом этапе обстоятельства частично благоприятствовали республиканской администрации. К началу 80-х гг. ослабли усилия сторонников единства развивающихся стран, активного противопоставления огромного «третьего мира» эксплуататорам из развитых капиталистических стран. Прежде всего произошла дифференциация в сфере «Группы 77», объединившей развивающиеся государства мира и столь активной в начале 70-х годов. Выделились обогатившиеся страны ОПЕК, динамично развивающиеся страны Азии (Южная Корея, Тайвань, Гонконг, страны АСЕАН), далеко назад оказались отброшенными лишенные ресурсов десятки стран Африки и Южной Азии. Из-за отсутствия единства менее концентрированной стала ударная сила «Группы 77» и движения неприсоединении, менее убедительными стали их требования по созданию нового международного экономического порядка (поддержанные социалистическими странами, большинством мирового сообщества), по глобальному пересмотру отношений с развитыми капиталистическими странами. Кризис сузил сферу рынка, на который рассчитывали поставщики сырья из развивающихся стран. У США появилась возможность игнорировать требования и претензии этих стран.

Итак, Соединенным Штатам постарались возвратить утраченный мир 50-х гг., доминирование в военной сфере, в сфере мировой экономики, в процессе принятия важнейших политических решений, касающихся проблем мирового развития.

1. Ради изменения стратегического равновесия в свою пользу администрация Р. Рейгана увеличила долю военных расходов в ВНП США с 5,7 до 7,1%. Было начато осуществление программ модернизации стратегических сил, создания новых сил стратегического назначения и милитаризации космоса.

2. США продемонстрировали готовность к силовому вмешательству в дела других стран, это подтверждает их агрессивная политика в отношении ряда центральноамериканских государств.

3. Администрация Р. Рейгана увеличила стратегический нефтяной запас до 50-дневной нормы импорта.

4. В экономической области был несколько понижен уровень инфляции и начался экономический подъем.

Республиканская администрация противостояла главным долгосрочным причинам современного относительного упадка веса США — децентрализации экономической мощи, переходу ее к союзникам (1) и возросшей сложности мировой политики, делающей контроль над ней все более сложной задачей (2). Достигнув некоторого продвижения в воздействии на краткосрочные факторы, республиканская администрация постаралась воздействовать на долгосрочные процессы, определяющие будущее — усложнение мира, на его колоссальную социальную трансформацию. Именно они стали определять характер международных отношений в последние полтора десятилетия XX в. в мире 160 (тогда) суверенных государств. Это была активная попытка одной страны, США, контролировать ход мирового развития.

На мировом горизонте Америке был неподвластен только коммунистический Восток, с которым Вашингтон собирался соперничать долгие десятилетия. Изумление от добровольного ухода Советского Союза сохранилось в США и ныне, полтора десятилетия спустя. Как оказалось, незападные цивилизации если и могли держаться, то в условиях раскола внутри

Запада, союза с одной из западных сил. Совокупной же мощи Запада противостоять было трудно, если не невозможно. Изоляция от Запада действовала как самое мощное разрушительное средство. При попытках опоры на собственные силы живительный климат Запада (идеи, разумная энергия, наука, технологические новации) оказался скрытым от населения, традиции общения с Западом в XVIII—XIX вв. были забыты. В СССР произошла определенная деградация умственной жизни, наступила эра вымученных посредственностей, эра холуйства вместо лояльности, смешения всего вместо ясно очерченной цели, время серости, самодовольства, примитивного потребительства, всего того, что вело не к Западу, а в «третий мир».