Чтение онлайн

«Карасёв — замечательный парень, смелый, в военном отношении грамотный, — рассказывает Ботян. — Бывали такие случаи, что немцы окружали нас, блокада была, но благодаря Карасёву мы выходили из такого положения, когда, казалось, выхода не было! Особенно в Польше. Там были не только наши партизаны, но и польские. Немцы собрали 30 тысяч, чтобы окружить нас и уничтожить. Но мы вышли!»

Как видно, и сейчас, 70 лет спустя, Алексей Николаевич не отделяет себя от других бойцов «Олимпа». Недаром же про него говорят: «человек команды»… Хотя тогда уже, как мы знаем, его в отряде не было. А всё — «мы», «нас», словно бы и он вместе со всеми пробивался из окружения…

«В ночь на 15 июня в результате удачного манёвра основной массе партизан удалось вырваться из окружения и сосредоточиться в Билгорайскихлесах, сохранив всю боевую технику. Советские самолёты сбросили им оружие и боеприпасы.

Новая попытка гитлеровцев окружить партизан была полностью сорвана минутным партизанским штурмом. Вражеские цепи были прорваны на двухкилометровом фронте. Все отряды партизан ушли в Немировские леса. Гитлеровцы были вынуждены снять блокаду лесов и ограничиться операциями отдельных крупных карательных отрядов…» [291]

Однако после всех этих боёв и маневрирования по тылам противника, продолжавшегося где-то до начала июля, в планы действий оперативной группы «Олимп» были внесены существенные изменения.

«В начале августа 1944 года советское партизанское соединение имени Александра Невского, действуя в тылу противника на коммуникациях немецко-фашистских войск, совершило глубокий рейд в полосу Карпат по южной польской границе и в районе населённого пункта Вишня-Комарник вышло на территорию Чехословакии», — говорится в справке о действиях отряда «в тылу противника на территории Чехословакии в 1944–1945 годах».

«Прощаясь» с героическим партизанским соединением, считаем нелишним сказать несколько слов об итогах его боевой деятельности:

«Отрядом А. Невского проведено 130 боевых операций в Белоруссии и на Украине, в Польше, Чехословакии и Венгрии.

Отряд «Олимп» действовал в тылу противника с 10 февраля 1943 г. по 15 февраля 1945 г., совершая глубокие рейды на территории Белоруссии, Украины, Польши, Чехословакии и Венгрии, прошёл путь протяжённостью более 11 тыс. 500 км, провёл в сложных условиях более 130 крупных боёв и столкновений с немецко-фашистскими войсками и различными формированиями: РОА, восточными легионами, калмыцким кавалерийским корпусом и бандами украинских националистов. На своём пути бойцы отряда разрушали коммуникации противника, уничтожали живую силу и технику, делали всё, чтобы жизнь оккупантов стала невыносимой». [292]

Стоит также уточнить для любознательного читателя, что напрямую расстояние между Москвой и Владивостоком составляет 9057 километров, а расстояние между Москвой и Петропавловском-Камчатским — 9992 километра. Отряд прошёл несколько больше, да ещё и с боями…

Таким образом, разведгруппа Ботяна по сути превратилась в самостоятельный отряд.

«В апреле 1944 г. товарищем] Ботян[ом]с группой в 35 чел. был создан на территории Польши по существу первый советский партизанский отряд, выросший до 170 человек…» — говорится в архивном деле «Курган».

В данной информации — ещё одно подтверждение того, что задачи по ликвидации господина Франка перед группой Ботяна тогда ещёне стояло. Группы, имеющие такие задания, не растут как на дрожжах. Они остаются в своём прежнем составе.

Но это — одна из тех легенд, которых о пребывании Алексея Николаевича на родной для него польской земле сложилось множество. Пожалуй, сегодня и сам Ботян вряд ли сможет «отделить зёрна от плевел», потому как незначительные, казалось бы, эпизоды, на которые тогда особенного внимания не обращалось — мол, сделали и забыли, теперь после последующего изучения и осмысления получают совершенно новое звучание.

Вот, например, рассказывают, что однажды днём, когда группа отдыхала на каком-то пустующем хуторе, над ними проревел огромный снаряд, оставлявший за собой огненный хвост. По траектории полёта разведчики поняли, что место, откуда он был пущен, находится не так уж и далеко. Пошли посмотреть, остановились у рядов колючей проволоки. Рисковать, пробираться на тщательно охраняемую территорию объекта не стали, так как выполняли другую задачу… Координаты по рации передали в Центр, и вскоре по объекту был нанесён бомбовый удар нашей авиацией. В это время оперативная группа уже находилась далеко отсюда.

Теперь известно, что это был испытательный полигон ракет «ФАУ-2», знаменитого, хотя и не слишком эффективного гитлеровского «оружия возмездия».

Вот только кто точно скажет, какая именно разведгруппа обнаружила этот полигон? Если одни авторы приписывают эту удачу группе Ботяна, то в ряде источников говорится, что группа Ивана Таранченко, несколько позже также вышедшая из соединения имени Александра Невского, обнаружила в районе реки Сан подземный завод, изготовлявший ракеты «ФАУ-2», и полигон для испытания «оружия возмездия».

Главное, что это было. Один подвиг, или просто один боевой эпизод из такого громадного общего числа, что и не запомнишь — было, не было?..

14 июня 1944 года оперативная группа Ботяна прибыла к месту назначения, расположившись лагерем у хутора Невцова, в трёх километрах восточнее горы Радзиевой.

Её появление на территории Краковского воеводства стало значимым событием, вызвавшим очень противоречивые оценки с разных сторон. Известно ведь, что оперативная обстановка на оккупированных гитлеровцами землях Польши была, мягко говоря, весьма сложной. Недаром же начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин (войсками фронта командовал тогда маршал Рокоссовский) 16 июля 1943 года подписал такое распоряжение:

«Наши войска, действующие на территории западных областей Белоруссии и Украины, вошли в соприкосновение с польскими вооружёнными отрядами, которыми руководит польское эмигрантское правительство.

Эти отряды ведут себя подозрительно и действуют сплошь и рядом против интересов Красной Армии.

Учитывая эти обстоятельства, командующий войсками фронта приказал:

1. Ни в какие сношения и соглашения с этими польскими отрядами не вступать. По обнаружении таких отрядов немедленно личный состав их разоружать и направлять на армейские пункты сбора для проверки.

2. В случае сопротивления со стороны польских отрядов применять в отношении их вооружённую силу.

3. О ходе разоружения польских отрядов и о количестве собранных на сборных пунктах солдатах и офицерах доносить в штаб фронта». [293]

Такие вот «пролетарский интернационализм» и «славянское братство»!

Понятно, что в «коммунальном», как мы его назвали, партизанском лесу никакому отряду невозможно было оставаться совершенно незамеченным. Вот и подразделение Ботяна однажды натолкнулось на отряд аковцев. Но если в директивах действующим войскам можно давать указания «немедленно разоружать» такие отряды и «применять вооружённую силу», то в лесу необходима «толерантность». Там, знаете ли, нужно было либо сразу открывать огонь, либо вести переговоры. На этот раз всё обошлось переговорами.