Чтение онлайн

Вдали от нас среди десятков и сотен кустарников, да даже тысяч, трудилось множество русалов и русалок. Лишь после слов Сета я поняла, что они делают, так слажено и синхронно суетясь. Это то, чем занимались. Русалки. Обоих своих полов. Одни собирали семена, а другие их рассаживали. И все для того, чтобы выжить. Вот этого мне не хватало. Понять, чем они все живут. Включая и Сета, естественно. Он главная причина любой моей заинтересованности в подводных делах. Он, и только он. Хотя, не скрою, большая любительница моря внутри меня ликовала.

— Им осталась неделя, — вымолвил Сет. — Эти подсолнухи через неделю умрут, и на их месте будут рассажены новые. И так по бесконечному кругу.

— Как долго они живут? — обмолвилась я.

— Две недели.

— А растут?

— Столько же.

— И вы все время этим занимаетесь?

— У нас нет выбора. Иначе все пропадет. Но мы не жалуемся. Мы любим свою работу. Она нам нравится. И потом, без этого мы уже не можем. Без этого мы уже никак.

— Мне тоже бы наверно понравилось. Здесь так здорово. Работать, чтобы жить. Вполне, как у людей.

— Мы мало чем от вас отличаемся. Разве, что, хвостом и высокой духовной развитостью. Не знаю, заметила ли ты, но здесь все хорошие. Божий закон здесь не преступают.

— Вообще?

— За исключением незначительных случаев. Совсем незначительных.

— То есть, ты хочешь сказать, что здесь безопасно? В широком смысле этого слова.

— Ага.

— И здесь не воруют?

Сет рассмеялся.

— Что ж, это место — просто мечта. Лучшее место для жизни, если подумать. Жаль, что у нас все не так. Очень жаль.

— Когда-нибудь и у вас так будет. Вы все еще эволюционируете.

— Но вряд ли это будет так скоро. Минимум через десять тысяч лет. А то и больше. Вы, вот, как долго к этому шли? Сколько у вас заняло это времени?

— Много. Очень много. Более десяти тысяч лет. Многое за это время произошло. Но зато теперь все спокойно. Все так, как и должно быть.

— И все равно ты стремишься на землю. Чего тебе здесь не хватает?

— Ну, у вас есть то, чего нет у нас. Ваша культура богаче. Намного. Здесь нет телевидения. Нельзя смотреть сериалы. То есть, возможности нет. Книги и многое другое. Искусство. В общем, сама понимаешь. Здесь замечательно, но и у вас неплохо. Грех, туда не стремиться.

— Согласна. Но, если бы передо мной возник выбор, то я бы осталась здесь. Не думала бы.

— Я тоже. И все же хорошо иметь возможность быть там и здесь. Зачем лишать себя этого? Я счастлив, что могу быть частью обоих миров. И ты теперь тоже.

— И, правда. Мы оба наделены сей привилегией. И это действительно прекрасно.

Поняв вдруг это, я осознала, насколько нам с Сетом повезло. Какие же мы с ним счастливчики. А ведь все могло быть иначе. Все могло быть совершенно по-другому.

Поплыв оттуда, мы с Сетом набрели на местность, где вся поверхность дна была усыпана огромным множеством ракушек. Разных видов. Число которых едва ли можно было счесть. Какие же они все были красивые. Хотелось их пособирать. Забрать себе. Но я на это не решилась. Не стала нарушать сию красоту. Оно того просто не стоило. По крайней мере, для меня. Я просто смотрела и любовалась. Брала их в руки. Испытывала дюжинное восхищение. И все же при этом грустила. Я знала, что скоро отправлюсь домой. Что время мое истекает. И очень негодовала. Было довольно-таки грустно осознавать, что это чудное место придется покинуть. Уйти на неопределенный срок и об испытанном лишь вспоминать. Без всяких сомнений, желая вернуться. Грустно и немного обидно. За столь малый срок, что я пробыла под водой в мире Сета, я успела ко всему привыкнуть. И даже слегка привязаться. И это всего за одни сутки. За двадцать с лишним часов. Такой вот силы произведено было на меня впечатление. Огромной и невообразимой.

Проплыв чуть дальше, мы с Сетом ухватились за руки и очень резво помчали сквозь пространства вод. Мы оба ощутили порыв, и сразу же ему поддались. Ведь зову моря противостоять бессмысленно. Он очень и при очень силен. Настолько, что тебе неподвластен. Да, это и не нужно. Следовать ему, почти что, добровольный выбор. Ты хочешь этого сам. И мы ему следовали. Полностью и целиком, отдавшись.

Мы плыли, не ведая преград, не мыслив даже останавливаться. Мчась мимо полчища разных рыб, в числе которых было и несколько из семейства иглобрюхих. Три или четыре рыбешки. Мы видели их совсем близко. На совсем небольшом расстоянии от нас. От всех других рыб они безусловно отличались. Едва ли их можно было назвать типичными. Но они не единственные, на кого мы обратили внимание. Были и другие обитатели морских глубин, не менее выделявшиеся, среди тогда нас встретивших. К примеру, большая черепаха, что так учтиво вблизи нас проплыла. Она будто бы слегка потеснилась. Нельзя было не обратить на это внимания. Просто нельзя. Это было так удивительно. А сама она. Была такой красивой. Я всем восхищалась на своем пути. В особенности морскими звездами, мелькающими со дна под нами. Они были повсюду. И мы неслись над ними, стремясь только вперед. Навстречу водам, как некоей бесконечной субстанции, охватывающей все в округе. То чувство свободы, что я тогда испытывала, было абсолютным. Его нельзя было сравнить ни с чем. И соизмерить тоже. Его масштабы были необъятнейшими.

Время так быстро подошло к концу, что я и не заметила. Оно буквально пронеслось. Два дня, как за пару часов. И это без преувеличений. Я столько всего узнала. Столько увидела. Не верилось, что все это реально. Что все по-настоящему. И все же это было все в за правду. Хоть малость походило и на сон. Дивный сон, слегка напоминающий реальность. Где очень и при очень хорошо. Мне очень не хотелось уходить. И я была бы счастлива остаться. Но это, к сожалению, нельзя было. И мне в итоге все-таки пришлось. Пришлось уйти, уняв свои желания. Но прежде я еще понаслаждась. Последние, так сказать, минуты.

— Мы ели тут всего лишь раз. Один лишь раз за двое суток. Почему я не испытываю голода?

— Ты и завтра бы его не испытывала, если бы осталась. Такая тут у нас еда. Надолго, знаешь ли, насыщает.

— Серьезно?

— Ну да. Нам не нужно потреблять еду так часто, как вам. Нет необходимости.

— И сколько вы питаетесь в неделю? Или в месяц?

— Зависит от ситуации. Если говорить о надобности, то каждые три дня. Бывает четыре. А если речь об удовольствии, то сколько уж угодно. Когда приспичит. А еще зависит от еды. Она у нас многообразная. Но ты не захочешь об этом услышать.

— Понятно.

— Но, если ты хочешь, мы можем что-нибудь съесть. Просто, для удовольствия. Наши водоросли, почти, как деликатес. Помниться, ты была в восторге.

— Да. Те водоросли были потрясающими.

— Поплыли?

— Куда?

— За ними. Нам осталось совсем ничего.

— Нет. Нет-нет, не надо. Я надеюсь, что вернусь еще. Тогда и поплывем.

— Как скажешь.

Смотря на Сета, я думала лишь об одном. Как сильно я его люблю. И как я счастлива, что мы с ним рядом. Такое для души бесценно. В таком нуждаешься сильней всего. И как же важно вдруг все это получить. Насколько все же это значимо.

Чуть позже я про кое-что спросила. Про что-то несомненно деликатное. И вот, что, получила я в ответ. Такой ответ тогда я получила.

— Моя семья отсюда далеко. И даже очень. Точнее, то, что от нее осталось. Родителей давно уж нет в живых. А остальные слегка как бы разбросаны. Я редко с ними встречаюсь. Очень редко.

— Сочувствую о родителях. Какими они были?

— Хорошими. Самыми лучшими.

— На кого из них ты больше похож? На папу или маму?

— Не знаю. Наверно на обоих. У меня отцовские глаза и мамины волосы. Нос вроде папин. А губы даже не знаю. В общем, пятьдесят на пятьдесят. Все поровну.