Чтение онлайн

— А что такое? — уточнил я слегка встревоженно.

— Да так… — будто бы немного смутилась Каратова. — Мне же тут делать было особо нечего. Мана закончится — жди, пока новая наберется. Ну и шаталась по усадьбе, как неприкаянная. И ненароком услышала… Я не хотела подслушивать, правда, — потупилась она, запнувшись. — Просто случайно так вышло…

— Так что услышала-то? — в некотором уже нетерпении осведомился я.

— Господин Стамболи говорил по телефону… Ну, не по телефону — не знаю, как здесь эта штука называется… — снова запнулась Светка. — Навроде портсигара…

— Телефоном и называется, — кивнул я. Вениамин Давидович Стамболи, сам из купцов, был определен руководством корпуса в управляющие имуществом Воронцовой до достижения молодой графиней полного совершеннолетия. — Ну, не тяни мимикра из астрала! — подстегнул я собеседницу.

— Какого еще мимикра? — не поняла девушка.

— Поговорка местная, — отмахнулся я. — Давай, рассказывай, раз уж начала!

— Угу, — кивнула Каратова. — Ну так вот, господин Стамболи жаловался кому-то, что дела у него здесь идут из рук вон плохо. И кредит не выходит получить — а деньги, типа, нужны, и нужны срочно. И авария очень некстати на фабрике произошла. И мастеровые бастуют. И инспекторы какие-то внепланово пришли — теперь грозятся производство остановить. И мелкий, но важный деловой партнер нежданно обанкротился и прекратил поставки… «Напасть на напасти, и все разом — прямо гнев астральный». Это я уже, считай, дословно цитирую. Собственно, вот, — развела она руками.

— Ну, бизнес есть бизнес… — неуверенно протянул я в задумчивости. — А у Воронцовой, почитай, целая промышленная империя. Не может в такой все идти гладко и без сбоев…

— А все негладко — может? — прищурилась Светка. — Я, конечно, не очень в курсе насчет астрального гнева, но сказано это было таким тоном… Ты же знаешь, чем занимался мой отец? Ну, там, в нашем мире? — спросила она вдруг.

— Что-то по юридической части? — не без труда припомнил я. — А при чем тут это?

— Корпоративными войнами. Защита бизнеса от рейдерства — ну, недружественного поглощения — и все такое. Иногда он вскользь рассказывал дома о тех или иных своих проектах — не упоминая конкретных названий, конечно. А я же тоже на юриста идти собиралась — вот и слушала во все уши. Впитывала, так сказать, мудрость. Так вот, папа говорил: если у предпринимателя возникла проблема — это нормально, на то и бизнес. Если две проблемы, явна одна с другой не связанные, навалились разом — то это еще может быть случайным совпадением. Но если проблем больше двух — да таких, с которыми раньше не сталкивались, и, наложившись, они друг друга еще и усугубляют — почти наверняка вас атакуют недоброжелатели. Вот так вот…

— То есть ты считаешь, что Воронцовой угрожают некие рейдеры? — нахмурился я. — Да не, — мотнул головой почти тут же. — Ее род здесь в таком авторитете — кто на подобное осмелится?!

— Ну, тебе виднее, — пожала плечами Каратова. — Я в местных реалиях не шарю — может, и правда, зря панику развела… Пошли, что ли, в магии практиковаться? — предложила она.

— Погоди… — остановил ее я, осененный догадкой. — Вот скажи, — пристально посмотрел я на собеседницу в упор через четверть минуты. — Если владельца некоего бизнеса, который, правда, сам им не управляет, вдруг пытаются подставить, обвинив в совершении преступления — это как, вписывается в схему рейдерской атаки?.. При том, что обвинения абсолютно левые и легко опровергаемые? — уточнил все же затем.

— Типичный прием, — кивнула Светка. — Распыление ресурсов оппонента, моральное давление… При удаче — устранение с доски одной из ключевых фигур… Тут даже неважно, занимается владелец делами сам или нет. А что, Милану в чем-то таком обвиняют? — осведомилась она.

— Не то чтобы… Давай-ка лучше поговорим с ней самой, — предложил я. — Что мы тут за нее решаем?

— Только говорить будешь ты, — попросила девушка. — Я ее, признаться, немного побаиваюсь…

— Могу тебя понять, — хмыкнул я.

— Да уж, картина маслом, — заявила молодая графиня, звонко шлепая по столу пачкой просмотренных документов.

Воронцова восприняла нашу с Каратовой информацию со всей возможной серьезностью и сразу же отправилась за разъяснениями к Стамболи. Минут пять побеседовала с управляющим за закрытыми дверьми — и, вроде бы, на повышенных тонах — и вышла из его кабинета с целой кипой бумаг. В которых затем мы втроем — сама Милана, Светка и я — добрых пару часов и проковырялись. Муравьева напрямую в ревизии не участвовала, заявив, что в деловых вопросах не разбирается вовсе, но отрядила в помощь Каратовой Оши — без нее моя бывшая одноклассница не смогла бы читать написанное глаголицей.

На наше счастье, в основном нам досталась не первичка, в которой мы без сомнения вовсе утонули бы, а сводные отчеты, заблаговременно подготовленные Вениамином Давидовичем. По ним уже можно было хоть что-то понять.

— Ну, что раскопали? — полюбопытствовала Машка. — Все не очень? — поняла она уже по одному выражению лица молодой графини. А может, Оши ей что-то втихаря шепнула…

Мы трое переглянулись. Я и Светка кивнули Воронцовой, уступая ей слово.

— «Не очень» — это весьма мягко сказано, — буркнула Милана, повернувшись к Муравьевой. — Все плохо. Очень плохо. Просто-таки срань духова!

— Реально эти… Рейдеры? — ахнула Машка.

— Похоже на то… Незадолго до смерти граф Анатолий решил крупно вложиться в переработку пыльцы, — начала она — не столько даже, наверное, для Муравьевой, сколько стараясь уложить понадерганную нами информацию в собственной голове. — Так-то ход был разумный — по сырью наша монополия была под угрозой из-за истории с Болгарией, следовало сделать ставку на что-то иное. Отчим остановился на идее фабрики по производству артефактов — задуманной как крупнейшая в стране. Но свободных средств у него почти не имелось — все крутились в деле — так что пришлось занимать деньги на стороне, под векселя. Большие деньги. Огромные. И возвращать их надо будет вот буквально на днях. Похоже, граф Анатолий считал, что в нужный момент без труда сумеет где-то перекредитоваться, а вот у господина Стамболи сделать этого покамест что-то не получается. Можно было бы попробовать вытащить какие-то средства из работающих структур и отступить с минимальными потерями, но тут-то и подоспел тот самый «гнев астральный», — кисло скривилась Воронцова. — На одном из вспомогательных производств произошла авария — пришлось срочно бросать все ресурсы туда. Очень странная авария, к слову, просто на ровном месте… Тут же вдруг объявили забастовку мастеровые на Ярославском месторождении. Условия труда их, видите ли, не устраивают! Дармоеды! Видели бы они, как вкалывают те же болгары в Стара-Загорской пещере или англичане в своем Северном Йоркшире! По сравнению с тамошними порядками у нас под Ярославлем просто сущий курорт!.. — стукнула в сердцах Милана кулаком по столу.

Не сдержала молодая графиня и магии: под потолком комнаты вспыхнул — правда, тут же и погас — огненный вихрь. Светка испуганно сжалась.

— Вот-вот должна была запуститься первая очередь фабрики артефактов — из-за которой весь сыр-бор, — мрачно продолжила между тем Воронцова. — Так дух вам: нежданно-негаданно разорился какой-то мелкий купчишка и сорвал нам поставку ключевого элемента оборудования. А у других такого не купить — заказы, якобы, на год вперед расписаны… Инспекция потом еще какая-то заявилась. Я даже не поняла, из какого ведомства, нужно будет у Стамболи уточнить… А сам этот Стамболи намедни — не поверишь — ухой в ресторане отравился. Да необычной, с какими-то магическими приправами. Дня три теперь лечиться будет, половина дел — побоку…

— Думаешь, его специально траванули? — поежившись, спросила Муравьева.

— Ресторан приличный — «Макдоналдс», эмигранты из Северной Америки держат. Не какой-нибудь там тебе «Яр» или «Эрмитаж». Так что даже и не знаю. Может, просто духово стечение обстоятельств. Но больно уж к месту. Вернее, не к месту.

— Типичная картина подготовки к рейдерскому захвату, — вставила свое веское слово Светка.

— И кому же это настолько жизнь надоела? — с сомнением бросила Машка.

— Да вот непонятно, — развела руками Милана. — И пока векселя не предъявят — не узнаем, наверное.

— Не факт, что и тогда узнаем, — снова заметила осмелевшая Каратова — знакомая тема явно добавила ей уверенности в себе. — Первые векселя могут принести подставные лица. А то и вообще случайные люди. Тут ведь в чем дело: в случае просрочки выплаты, право требовать с нас — с вас, в смысле, — таки смешавшись, поправилась тут же она, — так вот, право требовать долги получат уже все, кому не лень — так, по крайней мере, пишет господин Стамболи. Хорошо бы, конечно, посмотреть в самом законе, но пока следует исходить из худшего. Ну и инициатор всей движухи вполне может подтянуться в этой второй волне. Делая вид, что ранее он тут вообще был ни при чем.