Чтение онлайн

— Есть, — вполне отчётливо повторил за мной Халк, вынуждая к нему обернуться. Монстрила несколько раз кивнул мне, будто бы подтверждая что всё понял и я совершенно правильно расслышала. — Йо. Есть, — добавил он, и тут же пошёл к печи возиться с чугунком и чашками.

Йо?! Ты что рэпер? Глупость какая. А под «есть» он как будто бы и правда имел ввиду есть. Неужели запомнил? Так он тоже учит мой язык?! Я ошеломлённо уставилась на Халка, в то время как он, будто бы этого не замечая, продолжал накрывать на стол, как заправская официантка в столовой. На ресторанную не тянул, ну никак, слишком здоровенный. Ему больше подходит в клубе на фейс-контроле стоять, никто бы не прошёл. Да, что там, ни один посетитель не осмелился бы даже приблизиться к такому охраннику даже при наличии пригласительного билета.

А ещё лучше ему подошло бы быть каким-нибудь правительственным агентом или представителем ЦРУ. Поставить за спиной президента, и ни одна скотина не рискнула бы сунуться. Халк бы всех одним своим грозным видом бы приводил в страх. А этот его пронзительный взгляд — любой преступник расколется в два счёта.

А ещё, если на него доспехи старинные одеть, ну как у богатырей на картине, то вот был бы среди них самым-самым. Этот, как его, Святогор. Шелом блестящий, кольчуга подлиннее и копьё огромное. «Отведай-ка силушки богатырской, супостат!». Ва! От такого все бы девки сомлели. А он бы только меня… И то что зелёный ничего не значило бы, богатырю всё можно, а ФСБ-шнику тем более.

Вдруг, Халк вклиниваясь в череду моих странных мыслей, подхватил меня на руки и быстро пересадил за стол, подтолкнув чашку с очередной кашей с мясом. Я бы поморщилась обыденности блюда, но слишком есть хотела, так что на капризы сил не осталось.

Сразу же приступив к еде, я, таким образом, пыталась скрыть волнение, что всякий раз испытывала от его таких простых прикосновений, и лёгкости, с которой он меня таскает на руках. Для моего мира это уже давно перестало быть нормой, но Халк вёл себя так, будто такое поведение для мужчины в порядке вещей. Конечно, ему с его данными в модели не попасть и можно позволить себе подкачаться, но ведь дело не в этом, а в его грёбаной магии, из-за которой моё сердце всякий раз ухается вниз, стоит ему ко мне лишний раз прикоснуться. И ведь не делает ничего особенного, а я всё равно вся сама не своя. Чего ж ты такое на меня колдонул, скотина безрогая, что я теперь всё чаще думаю о тебе, как о мужике, хотя ты не мужик, а монстр в человеческом обличии, которого воспитывали звери!

Вместо ответа в дверь громко заскреблись. Мне не нужно было гадать, чтобы понять, кто к нам снова припёрся, на ночь глядя. Я судорожно заозиралась по сторонам, пытаясь понять, куда мне лучше себя запихнуть, чтобы, в случае нападения форкоша, был шанс выжить.

— Волк, — сухо сообщил мне Халк, как ни в чём не бывало отправившись открывать дверь.

По законам логики моя челюсть в этот момент должна была отвалиться и сплясать чечётку на дощатом полу, но эта была реальность, так что я осталась сидеть с открытым ртом.

В дверях же и, правда, сидел наш волк. Не совсем наш, но именно тот, который, едва появившись у нашего домика, зачастил сюда так, будто бы желает прописаться вместо меня на шкурах. В этот раз он припёр в зубах дохлую птицу, с виду напоминающую мне куропатку, только, естественно, как и всё здесь, сильно увеличенного размера. Не поверите, больше всего я была рада осознать, что она мертва, и ухаживать за ней мне не придётся, хватит и смурфов.

Я уже думала, что Халк пригласит незваного гостя к столу, когда тот, сплюнув дичь на руки монстрилы, кивнул вместо прощания и, развернувшись, затрусил обратно в лес. Не успев порадоваться его скорому уходу, взгляд мой остановился на птице, и в мозгу тут же родилась безрадостная мысль, что эту тушу перед приготовлением надо, как минимум, ощипать. От этого мне сразу как-то вдруг стало настолько нехорошо, что я даже есть расхотела. Жалостливо посмотрев на монстрилу, я умоляла оставить готовку этой дохлятины хотя бы до следующего утра.

Только Халк понял меня совершенно иначе, отчего-то приняв мольбы о снисхождении за усталость, и решил проблему по-своему. Убедившись, что есть я более, не собираюсь, он вновь поднял меня на руки, а потом быстренько переправил спать, но на этот раз не на шкуры, а на печь, чем очень меня удивил. Подкинув мне туда же книжку, он пожелал мне отдохнуть (по интонации поняла) и принялся за свои дела, более не обращая на меня внимание.

Этой ночью я вновь спала одна, но уже в приятном тепле, идущем от печи. Только лежанка мне всё время казалась такой огромной, что можно было на ней потеряться. А ещё в ветре, трепавшем лесные ели, мне слышалась всё та же волчья песня, только чтобы попросить защиты и покоя, нужно было слезть с печки, чего у меня никак не получилось бы. Пришлось засыпать с верой в то, что всё у меня будет хорошо. А как иначе?! Лёля всё сможет преодолеть! Даже глупость Халка.

В этот раз я проснулась совсем рано, смурфы ещё только начинали драть глотки и особо не мешали. Стараясь не шуметь, я повернулась на лежанке так, чтобы видно было комнату, и тут же увидела Халка, по-прежнему развлекающегося с вырезанием дощечки. Я ещё не успела толком рассмотреть, что он там всё-таки такое мастерит, как его широкая спина дрогнула, а её обладатель повернулся ко мне лицом, откладывая инструмент.

— Привет, — почему-то чувствуя себя неловко, выдавила я, и тут же потянулась к чёлке, поправить её. Интересно, я очень лохматая после сна?

— Сиа, — отозвался монстрила, улыбнувшись мне одними уголками губ. — Есть?

Я не сразу сообразила, что он спросил меня, хочу ли я есть на моём же родном. На обдумывание потратила примерно минуту, прежде, чем ответить. Всё это время Халк стоял рядом ожидая.

— Хочу, — закивав, призналась. — Хочу есть.

Монстрила вновь улыбнулся и так спокойно протянул ко мне руки, будто всегда так делал. Я удивилась, не зная, как это понимать, хотела даже отказаться, как вдруг почувствовала боль в правой лодыжке. Тут-то до меня, наконец, дошло, почему Халк со мной стал таким обходительным. Ну, конечно, провинился, вот теперь так извиняется.

— Ладно, — умерив свою радость от его галантности, буркнула я, подтягивая ноги к краю лежанки так, чтобы снова не задеть. — Только не урони меня, — зачем-то попросила я, хотя была уверена, что этого не случится. Не могло случиться. Никогда.

Так странно. Вроде, знаю его без году неделя, а вот так уверена. Опять магия, наверное. Совсем я перестала замечать её внимание, каждый скачёк в сердце воспринимаю, как норму. И Халком его зову скорее по привычке, ведь уже не страшно совсем. Только и это не повод мириться с его странностями: этими хозяйскими замашками с мытьём полов, посуды, постоянной чисткой мутанской картохи. С этим меня не примирит никакая магия, чтоб ты знал. Если не прекратишь, сбегу от тебя даже со сломанной ногой.

Высказав всё это, но мысленно, я осторожно наклонилась вперёд. Ладони сами собой, будто бы знали уже этот путь, легли на его плечи, пока он подхватывал меня за талию. Взяв ситуацию под свой контроль, Халк легко потянул меня на себя, так что я медленно сползла вдоль его тела на пол, касаясь того только кончиками пальцев.

Так я оказалась зажатой между печью и монстрилой. Сквозь ночную сорочку я хорошо ощущала каждый твёрдый изгиб его мышц и жар мужского сильного тела, чья притягательность благодаря непонятной магии так приводила меня в трепет. Хуже того, эта вынужденная близость вызывала во мне ответный жар. В голову начинали лезть совершенно бредовые мысли.

А Халк всё меня не отпускал, продолжая смотреть в глаза, смущать. И ведь не тяжело ему! Держит, будто пушинку! У меня бараний вес, конечно, но ведь всё равно можно устать. А ему, хоть бы хны! Специально, наверное, издевается. Знает ведь, что его приворот действует, вот и жмёт меня к себе. А вот я всё равно ничего делать не буду, потому что ты потом обязательно меня кинешь, или этот волчара припрётся не вовремя. И не смотри на меня так.

— Есть, — сквозь зубы процедила я, и не потому, что разозлилась, хотя и это тоже, просто сдерживать свои эмоции стало как-то напряжно под его воздействием.