Подмастерье смерти
Шрифт:
– Донни Шэддери. Это моя студия. То есть я ее снимаю.
– Вы вчера проводили занятия?
– У нас каждый день занятия. Без выходных.
– Насколько я знаю, вчера с трех до четырех занятий не было.
– Да. Утренние классы – с семи до восьми, с восьми тридцати до девяти тридцати, с десяти до одиннадцати и с одиннадцати до двенадцати. Потом с двенадцати до часу – перерыв. С часу до полвторого что-то вроде импровизации, а потом дневное занятие – с полвторого до полтретьего. Потом у меня обычно перерыв до пяти. Все дни, кроме пятницы.
– Вы инструктор?
– Нас тут двое. Вчера я работала утром и днем, моя напарница – вечером. А что случилось?
«Неподходящее место, – подумала Ева. – Слишком плотное расписание. И все же…»
– Мне нужно знать, находился ли кто-нибудь здесь или в соседней студии вчера с трех до четырех часов дня.
– Я. Меня сегодня в новый мюзикл пригласили. Репетирую каждую свободную минутку. Вчера была здесь с полседьмого утра до пяти вечера.
– А что насчет студии йоги?
– Знаю, что, когда Сенса пришла, еще семи не было. А около трех она, как всегда, медитировала. Ну, наверняка. Я не заглядывала. У нее еще два инструктора работают. Одна из них, Пола, заходила ко мне в три – после дневного занятия. Она тоже танцами увлекается. Заглянула посмотреть, как я репетирую.
– Значит, весь день кто-нибудь здесь находился.
– Да.
– А из незнакомцев никто не заходил?
– По крайней мере, я не видела. И не слышала. Нам стоит начать беспокоиться?
– Не думаю, – Ева подошла к окну. – Семь дней в неделю, – повторила она. – И днем на этаже всегда кто-то есть.
– Ну да. Если уходим, мы все запираем. У нас и табличка есть. Мы с Сенсой снимаем этаж на двоих. Для удобства организовали здесь что-то вроде подсобки. Храним инвентарь… коврики… Мы ведь еще дважды в неделю по очереди преподаем в моей студии танец живота. Ничего особо ценного… но все равно всегда закрываем. Что-то у кого-то украли?
Конец ознакомительного фрагмента.